Порядок погашения судимости следует изменить

04-03-19 admin 0 comment

Вырастайкин В.
Российская юстиция, 1999.


В. Вырастайкин, помощник прокурора (г. Чебоксары).

За прошедшие два с лишним года применения Уголовного кодекса Российской Федерации выявились как многие его достоинства, так и недостатки. В частности, критического осмысления требуют положения ст. 86 УК РФ («Судимость»). Полагаю, что законодатель необоснованно полностью отказался от ранее существовавшего положения: совершение нового преступления до истечения срока погашения судимости прерывает течение срока, погашающего судимость (ст. 57 УК РСФСР), призванного играть профилактическую роль. Отступление от него в новом Уголовном кодексе — это дестабилизирующий фактор. Так называемое «автономное» погашение каждой судимости отнюдь не стимулирует стремление к правопослушному поведению. Попытка законодателя бороться против рецидивной преступности путем установления более строгого наказания за рецидив и более строгого режима исправительного учреждения (ст. ст. 18, 58 и 68 УК РФ) в значительной мере сводится на нет установлением нового порядка погашения судимости.

Поскольку рецидив обусловлен непогашенными судимостями, то их погашение одновременно (автоматически) «погашает» и рецидив.

К чему это приводит на практике? Прежде всего — к хаосу при исполнении приговора.

Назначение вида исправительного учреждения в ряде случаев зависит от наличия рецидива преступлений (п. п. «в», «г» ч. 1, ч. 2 ст. 58 УК РФ). Следовательно, учитывая, что каждая судимость погашается самостоятельно, в местах лишения свободы и в судах необходимо организовать четкую систему контроля за погашением судимостей. Это нужно для того, чтобы своевременно переводить соответствующих лиц из тюрьмы в колонию, из колонии особого режима — в колонию строгого режима, оттуда — в колонию общего режима — по мере погашения предыдущих судимостей, поскольку согласно ч. 6 ст. 86 УК РФ погашение судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с ней (см. также ч. 4 ст. 18 УК).

Тем самым некоторые осужденные, начав свой путь с колонии особого режима, освободятся из колонии общего режима. Думаю, что такая «миграция» совершенно неоправданна: во-первых, это не способствует исправлению осужденных; во-вторых, установить действенный контроль за погашением судимостей на практике проблематично; в-третьих, эта работа ложится дополнительным тяжелым бременем на суды (см. ч. 3 ст. 58 УК). А они и без этого перегружены.

Представим другую ситуацию. Суд первой инстанции, обоснованно признав рецидив преступлений, назначает соответствующие наказание и вид исправительного учреждения (исправительную колонию строгого режима). Затем данное уголовное дело вступает в стадию кассационного производства. На момент принятия решения судом кассационной инстанции предыдущая судимость погасилась (а заодно и рецидив). В результате изначально законный приговор автоматически превращается в незаконный (в части назначенного вида исправительного учреждения или меры наказания) со всеми вытекающими последствиями. Подобное может возникнуть и на других стадиях производства по делу. И это все происходит лишь в силу действия временного фактора. Нужны ли такие метаморфозы?

Проиллюстрирую фактическое претворение в жизнь анализируемой правовой нормы судами общей юрисдикции.

5 августа 1997 г. Б. осужден Канашским районным судом Чувашской Республики по п. п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к трем годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Как следует из приговора, преступление он совершил 4 декабря 1994 г.; ранее, 3 апреля 1991 г., был осужден по ст. 14 и ч. 2 ст. 144 УК РСФСР к трем годам лишения свободы; судимость не погашена. 5 мая 1998 г. тот же суд на основании ст. 86 УК РФ признал указанную предыдущую судимость погашенной и перевел Б. для дальнейшего отбывания наказания в исправительную колонию общего режима.

1 февраля 1991 г. Верховным судом Чувашской Республики И. осужден по п. «г» ст. 102 УК РСФСР к четырнадцати годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Преступление им совершено 27 июля 1990 г. Согласно приговору И. в период с 1957 по 1987 год был восемь раз судим, в том числе в 1987 году по ч. 1 ст. 109, ст. 113 и ч. 1 ст. 149 УК РСФСР осужден к лишению свободы сроком на три года (освободился 8 января 1990 г. по отбытии наказания).

14 мая 1998 г. Новочебоксарский городской суд Чувашской Республики по тем же основаниям, что и по упомянутому делу Б., перевел И. в исправительную колонию общего режима.

Аналогичные решения судами вынесены и по другим делам.

По официальным данным в нашей республике к июлю 1998 г. только в одну мужскую исправительную колонию общего режима судами по рассматриваемому основанию переведены из исправительных колоний строгого режима 160 осужденных. При этом согласно приговорам у части из них предыдущая судимость была погашена на момент совершения последнего преступления, часть ранее отбывала наказание в несовершеннолетнем возрасте.

Обращает на себя внимание, что законодатель норму, содержащуюся в ч. 6 ст. 86 УК, сконструировал предельно широко: «Погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью». Представляется, что он «захватил» здесь не только сферу уголовно — правовых отношений. В результате порождена двусмысленность и неопределенность, поскольку в ряде правовых актов законодатель однозначно сохраняет бессрочно неблагоприятные правовые последствия судимости. Например, связывая с ней возможность или невозможность занимать некоторые виды должностей.

Кроме того, положения ч. 6 ст. 86 УК по смыслу охватываются ч. 1 этой статьи, в соответствии с которой судимость учитывается при рецидиве и при назначении наказания. Это положение статьи необходимо сохранить, дополнив после слов «рецидиве преступлений» словами «квалификации преступлений в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса» — далее по тексту.

Обратимся еще раз к судебной практике, чтобы наглядно представить и иные отрицательные стороны некоторых положений ст. 86 УК РФ. В «Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации» N 8 за 1997 год приводится Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации по делу К., судимого: в 1972 году по ст. 103 УК РСФСР к 8 годам лишения свободы; 1979 году по ч. 1 ст. 108, ч. 3 ст. 206 УК РСФСР; 1992 году по ч. 1 ст. 211 УК РСФСР; совершившего в декабре 1993 г. покушение на убийство, предусмотренное п. п. «и», «л» ст. 102 УК РСФСР.

Применив новый уголовный закон, на основании ст. ст. 10, 86 УК РФ, признав судимость по ст. 103 УК РСФСР на момент совершения покушения на убийство погашенной, Президиум Верховного Суда Российской Федерации переквалифицировал действия К. на ст. ст. 15, 103 УК РСФСР. Пункт «л» ст. 102 УК РСФСР исключен в связи с отсутствием в новом УК самого понятия «особо опасный рецидивист».

С формально — юридической точки зрения такая переквалификация должна была состояться, ибо к этому обязывают предельно жесткие требования ч. 6 ст. 86 УК РФ и новый порядок погашения судимости.

Вопрос же, думается, надо ставить в иной плоскости: насколько правильна с точки зрения эффективности уголовной политики, здравого смысла и практического рационализма позиция законодателя, отразившаяся в конструкции ст. 86 УК РФ, которая толкает к принятию подобных решений? Иначе чем двойственной и непоследовательной эту позицию не назовешь, поскольку в действующем уголовном законе, с одной стороны, четко просматривается тенденция к ужесточению наказания за убийства, с другой — Кодекс в определенной мере побуждает суды к принятию подобных либеральных решений.

Следует добавить, что положения ст. 86 УК РФ в их взаимосвязи, по сути, способны выполнять роль мины замедленного действия, некого постоянного разрушителя и другой категории уголовных дел, вызывая по истечении определенного срока необходимость пересмотра состоявшихся судебных решений, несмотря на то, что на момент их принятия они были законными и обоснованными. Имеется в виду категория дел о неоднократных преступлениях, в основе которой лежит непогашенная судимость (например, по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ и др.). Представляется, что по смыслу положений ч. 2 ст. 16 во взаимосвязи с ч. 6 ст. 86 УК РФ при погашении соответствующей предыдущей судимости неоднократность автоматически аннулируется. Тем самым судебные решения подлежат пересмотру в плане изменения квалификации преступления, так как неоднократность в качестве обстоятельства, влекущего за собой более строгое наказание, имела для лица именно эти правовые последствия.

Следовательно, и здесь нужна организация четкой системы учета и контроля за погашением судимостей и своевременное реагирование судов по пересмотру ранее вынесенных судебных постановлений. Осуществимо ли это с учетом огромного количества дел такой категории?

Резонно задаться вопросом: а надо ли вообще в соответствующих случаях квалифицировать действия по признаку неоднократности или назначать для отбывания наказания более строгое исправительное учреждение? Может быть, лучше уклониться от этого, заранее подсчитав, когда будет погашена предыдущая судимость, дабы не обрекать судебные решения на пересмотр в связи с предстоящим погашением судимости?

Пересмотры судебных решений, о которых идет речь, предполагают улучшение положения осужденных (в частности, смягчение наказания). Однако бесспорно, что далеко не всегда это способствует достижению целей наказания. В ряде случаев не такие пересмотры судебных постановлений не влияет даже совершение новых преступлений во время отбывания наказания, что просто нетерпимо.

В связи с этим предлагаю ч. 6 ст. 86 из УК РФ исключить. К старому (жесткому) варианту (ст. 57 УК РСФСР) законодатель, видимо, не вернется. Возможен компромиссный вариант, предполагающий дополнение ст. 86 УК РФ (после ч. 5):

«Совершение лицом, отбывшим наказание (основное и дополнительное), умышленного преступления до погашения или снятия судимости приостанавливает течение срока, погашающего судимость.

Течение указанного срока возобновляется после фактического отбывания наказания (основного и дополнительного) за последнее преступление либо истечения испытательного срока при условном осуждении или оставшейся части наказания, от которой лицо было условно — досрочно освобождено. При этом судимость за первое преступление (вариант — предыдущая судимость) погашается самостоятельно».

Учитывая, что не все преступления выявляются и раскрываются оперативно, а также то, что соответствующее лицо может быть освобождено от уголовной ответственности и наказания (например, в силу акта амнистии), необходимо и на эти случаи предусмотреть специальные правила погашения судимости. Предлагаю следующую формулировку:

«При освобождении лица, имеющего судимость, на основаниях и в порядке, установленных законом (вариант — в соответствии с законом), от уголовной ответственности или наказания за новое совершенное преступление течение срока, погашающего судимость, возобновляется после принятия решения об освобождении от уголовной ответственности или наказания.

Если лицо не привлекалось к уголовной ответственности за преступление, совершенное до погашения или снятия судимости, то течение срока, погашающего судимость, возобновляется после истечения срока давности».