Новое в уголовном законодательстве о преступлениях против собственности

04-03-19 admin 0 comment

Борзенков Г.
Законность, 1995.


Г. Борзенков, доктор юридических наук, профессор.

Среди изменений, внесенных в действующий УК Федеральным законом от 1 июля 1994 г., важнейшее место занимает перестройка норм об уголовной ответственности за преступления против собственности. Эта реформа назрела уже давно. Существенным недостатком Уголовного кодекса было существование в нем двух групп норм, по-разному регулировавших ответственность за преступления против «социалистической собственности» (глава вторая Особенной части) и против «личной собственности граждан» (глава пятая). Такое положение не только не соответствовало новым социально-экономическим условиям, но и вступило в прямое противоречие с Законом «О собственности в РСФСР» и ст. 8 Конституции Российской Федерации, где было зафиксировано, что государство создает условия для развития разнообразных форм собственности и обеспечивает их равную защиту.

Устраняя отмеченное противоречие, Закон от 1 июля 1994 г. исключил из текста УК главу вторую Особенной части (ст. 89-101), а в главу пятую внес существенные изменения. Новое название главы («Преступления против собственности») и отсутствие указания на принадлежность имущества какой-либо конкретной категории собственников практически во всех нормах, кроме ч. 2 ст. 147(1), свидетельствует о том, что объектом уголовно — правовой защиты в равной мере являются теперь любые формы собственности: частная (юридических лиц и граждан), коллективная, государственная, муниципальная и собственность общественных организаций.

Впервые дано законодательное определение хищения, закрепленное в примечании к ст. 144 УК. Понятие хищения в российском уголовном праве советского периода разрабатывалось изначально применительно к преступлениям против социалистической собственности. Однако в последние годы в законе и судебной практике понятие хищения стало применяться и вне связи с посягательствами на социалистическую собственность. Очевидно, что не указание на форму собственности, а совокупность определенных объективных и субъективных признаков составляет основное содержание этого понятия, которое является родовым по отношению к конкретным формам хищения и характеризует группу наиболее опасных преступлений против собственности.

Отсутствие определения хищения в прежнем законодательстве было одной из причин судебных ошибок. Уяснение общих признаков хищения облегчает анализ конкретных видов преступлений против собственности, способствует правильной квалификации хищений, их отграничению от других преступлений и от действий, не наказуемых в уголовном порядке.

Примечание к ст. 144 гласит: «В статьях 144 — 147(2) под хищением понимается совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».

Одно из центральных мест в этом определении занимает понятие имущества. Хищение — это всегда имущественное преступление. Имущество представляет собой предмет хищения, который следует отличать от объекта — общественных отношений собственности.

Теория уголовного права и практика выработали систему признаков имущества как обязательного элемента состава любого хищения. Прежде всего, предмет хищения всегда материален, составляет часть материального мира, обладает признаком вещи. Это так называемый физический признак предмета хищения. Не могут быть предметом хищения как имущественного преступления идеи, взгляды, проявления человеческого разума, информация. О хищении интеллектуальной собственности можно говорить лишь в фигуральном смысле, имея в виду, к примеру, плагиат (ст. 141 УК). Не может быть предметом хищения (ввиду отсутствия вещного признака) электрическая или тепловая энергия. Незаконное самовольное использование в корыстных целях этих видов энергии может образовать состав иного преступления против собственности, предусмотренного ст. 148(3) УК.

Второй признак предмета хищения — экономический. Предметом хищения может быть только вещь, имеющая определенную экономическую ценность. Обычное выражение ценности вещи — ее стоимость, денежная оценка. Поэтому деньги, валютные ценности и другие ценные бумаги (акции, облигации, ваучеры и т. п.), являющиеся эквивалентом стоимости, тоже могут быть предметом хищения. И, напротив, не могут быть предметом хищения вещи, практически утратившие хозяйственную ценность, или природные объекты, в которые не включен труд человека. Последнее обстоятельство имеет значение для отграничения хищений от ряда хозяйственных преступлений в сфере использования природных ресурсов (ст. ст. 163, 166, 169 УК). Незаконное обращение в свою собственность продуктов природы, извлеченных из естественного состояния путем приложения труда, образует хищение.

Ввиду отсутствия экономического признака не могут рассматриваться в качестве имущества документы неимущественного характера, а также документы, которые не являются носителями стоимости, но лишь предоставляют право на получение имущества (доверенности, накладные, квитанции и т. д.). Хищение такого документа с целью последующего незаконного получения по нему имущества представляет собой приготовление к мошенничеству. Сказанное относится и к легитимационным знакам (жетонам, номеркам и т. п.). Ответственность за хищение документов, штампов, печатей, не связанное с завладением имуществом, наказывается по ст. 195 УК.

Третий признак предмета хищения — юридический. Таким предметом может выступать лишь чужое имущество, о чем прямо сказано в определении.

Суммируя сказанное, можно утверждать, что имущество как предмет хищения — это вещи, деньги, ценные бумаги и другие предметы материального мира, обладающие стоимостью, по поводу которых существуют отношения собственности, нарушаемые преступлением.

Предметом хищения может быть как движимое, так и недвижимое имущество. Некоторые виды недвижимого имущества по своим объективным свойствам практически не могут быть похищены тайно (дом, земельный участок), но могут быть похищены путем обмана, насилия или угрозы. Так, в последнее время участились случаи хищения приватизированных квартир. Кроме того, как показывает практика, «недвижимое» имущество в отдельных случаях может быть обращено в «движимое» (разбор и перевозка индивидуального жилого дома; снятие и увоз металлической ограды садового товарищества; демонтаж линии связи).

Предметом хищения может быть и имущество, изъятое из гражданского оборота. Но если похищается имущество, владение которым и оборот которого представляют угрозу общей безопасности или здоровью населения (оружие, яды, наркотические средства, радиоактивные вещества), то содеянное квалифицируется не как имущественное преступление, а по соответствующим статьям главы десятой УК.

Важнейшим элементом законодательного определения хищения является обобщенная характеристика действия, которая предполагает «изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц».

При совершении хищения имущество изымается из обладания собственника или лица, в ведении либо под охраной которого оно находится. Если имущество по тем или иным причинам уже выбыло из обладания собственника, то завладение таким предметом не образует хищения. Присвоение найденного или случайно оказавшегося у виновного чужого имущества образует состав преступления, предусмотренного ст. 184(4) УК. Находящимся в обладании собственника следует считать не только специально охраняемое или запертое имущество, но и такое, к которому открыт доступ — на территории предприятия, в помещении учреждения, на строительной площадке или в другом месте осуществления хозяйственной деятельности, на транспортном средстве, а также в любом месте, где оно временно находится без присмотра, если это имущество не утрачено собственником.

Употребление формулы «изъятие и (или) обращение» (в свою пользу) связано с тем, что, по мнению многих юристов, при хищении путем присвоения нет изъятия, поскольку виновный обращает в свою пользу имущество, которое фактически уже находится в его обладании. Однако присвоение вверенного имущества означает переход от правомерного владения к противоправному, что иногда называют «формальным изъятием».

Не является хищением обращение в свою пользу имущества, которое еще не поступило в фонды собственника. Причинение имущественного ущерба путем непередачи должного (преступная экономия) при определенных условиях может квалифицироваться по ст. 148(3) УК.

Изъятие имущества при хищении сопровождается обращением его виновным в свою пользу или в пользу других лиц, то есть установлением фактического обладания вещью, «господства над вещью». Похитивший имущество владеет, пользуется и распоряжается имуществом как своим собственным, он как бы ставит себя на место собственника, но юридически собственником не становится. Нельзя приобрести право собственности преступным путем. Поэтому хищение не влечет за собой утраты потерпевшим права собственности на похищенную вещь.

Этим можно объяснить, почему в определении хищения говорится об обращении чужого имущества не в собственность виновного, а в пользу виновного или других лиц. Однако это не означает, что хищением следует считать и временное корыстное использование чужой вещи. Напротив, не является хищением временное позаимствование чужого имущества. Такие действия могут быть квалифицированы по ст. ст. 148(1), 148(2), 148(3) УК.

Изъятие чужого имущества и обращение его виновным в свою пользу обычно происходят одномоментно, совершаются одним действием. Если же процесс хищения имеет протяженность во времени, то именно указание на обращение имущества в пользу виновного характеризует момент окончания преступления: виновный противоправно приобретает возможность распоряжаться и пользоваться чужим имуществом как своим собственным. Если виновный не получил возможности распорядиться по своему усмотрению или пользоваться изъятым имуществом, т. е. не довел преступление до конца по причинам, не зависящим от его воли, содеянное надлежит квалифицировать как покушение на хищение. Возвращение похищенного или возмещение причиненного имущественного вреда виновным, когда хищение окончено, как правило, не устраняет состава преступления, но должно учитываться при индивидуализации ответственности и наказания.

Для признания хищения оконченным не требуется, чтобы виновный фактически воспользовался вещью, начал ею пользоваться, извлек из нее какую-то выгоду. Важно, что он получил такую возможность, установив свое господство над вещью. Отсюда следует, что если виновный совершил определенные действия, направленные на завладение чужим имуществом, но еще не получил возможности распоряжаться им как собственным, содеянное квалифицируется как покушение на хищение. Исключение составляют разбой и вымогательство, вопрос о моменте окончания которых решается иначе.

Определенные трудности возникают в практике при установлении момента окончания хищения с охраняемых объектов и территорий. Чаще всего хищение не считается оконченным, пока имущество не вынесено с территории охраняемого объекта, даже если оно было обособлено и подготовлено для последующего выноса или состоялся сговор об этом с работником охраны.

В определении хищения назван и такой признак объективной стороны, как причинение преступлением ущерба собственнику или иному владельцу похищенного имущества. Ущерб состоит в уменьшении наличного имущества (имущественных фондов) потерпевшего. Поэтому размер ущерба определяется стоимостью похищенного.

Закон не ограничивает уголовную ответственность за хищение какой-либо минимальной суммой. Это не исключает возможности освобождения от уголовной ответственности за кражу или другое ненасильственное хищение ввиду малозначительности деяния, если стоимость похищенного ничтожна и умысел виновного не был направлен на изъятие имущества в более значительном размере. За некоторые виды мелкого хищения возможна административная ответственность (ст. 49 КоАП РСФСР).

Размер ущерба — одно из оснований для дифференциации ответственности за хищения путем формулирования соответствующих квалифицирующих признаков.

Признак противоправности означает, что хищение осуществляется не только способом, запрещенным законом (объективная противоправность), но и при отсутствии у виновного прав на это имущество (субъективная противоправность). Отсюда следует, что завладение имуществом, на которое субъект имеет право, не является хищением, даже если оно совершено одним из способов, названных в законе.

Безвозмездным считается изъятие имущества без эквивалентного возмещения деньгами, другим имуществом, своим трудом и т. д. Если в процессе завладения имуществом собственнику предоставляется соответствующее возмещение, то такие действия нельзя считать хищением, поскольку они не причиняют имущественного ущерба (уменьшения имущественных фондов не происходит).

Возмещение трудом денежных средств, полученных в качестве заработной платы или вознаграждения по договору подряда, может происходить как в законных формах, так и с нарушением установленного порядка (путем подлогов, завышения расценок, фиктивного зачисления на работу подставных лиц и т. д.) Само по себе нарушение установленного порядка оплаты может повлечь уголовную ответственность по ст. ст. 170, 175, 196 и др. Однако, поскольку завладение денежными средствами в этих случаях не является безвозмездным, содеянное не должно квалифицироваться как хищение.

Об отсутствии признака безвозмездности можно говорить лишь при двух условиях: во-первых, соответствующее возмещение должно происходить одновременно с изъятием имущества (в процессе его изъятия или непосредственно после него, когда не было намерения уклониться от возмещения); во-вторых, возмещение должно быть полным (эквивалентным). Частичное возмещение стоимости изъятого имущества не означает отсутствия состава хищения, но может быть учтено при определении размера хищения. Вопрос о том, было ли возмещение эквивалентным, решается судом на основе анализа конкретных обстоятельств дела, с учетом в необходимых случаях мнения потерпевшего.

С субъективной стороны любое хищение характеризуется прямым умыслом и корыстной целью. Виновный сознает, что в результате его действий определенное чужое имущество переходит в его обладание, и желает этого. Он сознает также противоправный и безвозмездный характер завладения имуществом. В содержание умысла входит и сознание виновным формы хищения, а также в соответствующих случаях — квалифицирующих признаков хищения. Ошибочное представление о принадлежности похищенного имущества тому или иному собственнику не влияет на квалификацию хищения.

Среди признаков хищения в законодательном определении названа корыстная цель, чем положен конец давнему спору. Корыстная цель при хищении предполагает стремление обратить похищенное чужое имущество в свою собственность или собственность третьего лица. Корыстная цель в хищении реализуется как получение фактической возможности владеть, пользоваться и распоряжаться похищенным имуществом как своим собственным. Отсутствие корыстной цели исключает квалификацию изъятия чужого имущества как хищения.

Ответственность за хищение несет вменяемое лицо, достигшее установленного возраста. Возраст, по достижении которого наступает уголовная ответственность, неодинаков для различных форм хищения. Согласно ст. 10 УК в редакции Федерального закона от 1 июля 1994 г., ответственность за кражу, грабеж, разбой, мошенничество и вымогательство наступает с четырнадцати лет, а за присвоение и растрату — с шестнадцати. Установление пониженного возраста уголовной ответственности за большинство форм хищения обусловлено высокой общественной опасностью этих деяний, которая доступна для осознания подростками, а также относительной распространенностью данных преступлений среди совершаемых подростками.

Из текста примечания к ст. 144 следует, что закон относит к хищениям составы преступлений, предусмотренные ст. ст. 144 — 147(2). Таким образом, вымогательство (ст. 148 УК) не рассматривается законодателем в качестве формы хищения. Однако следует иметь в виду, что в тех случаях, когда вымогательство выступает в качестве способа обращения чужого имущества в собственность виновного или других лиц, оно несет в себе все признаки хищения, перечисленные выше. Употребляемая законодателем при характеристике некоторых преступлений формула «без цели хищения» (ст. 148(1), «при отсутствии признаков хищения» (ст. 148(2) исключает также возможность совершения этих деяний путем вымогательства.

Определяя формы хищения как «тайное хищение» (ст. 144), «открытое хищение» (ст. 145), законодатель тем самым отказывается от ранее употреблявшегося в соответствующих случаях термина «похищение». Этим устраняется терминологическая путаница и подчеркивается, что кража, грабеж и т. д. отвечают всем признакам хищения.

Объединение норм об аналогичных посягательствах на собственность поставило вопрос о судьбе составов преступлений, которые ранее были лишь в главе второй Особенной части (ст. ст. 92, 94, 96, 97). В большинстве случаев законодатель пошел по пути распространения ответственности за эти преступления на посягательства против любых форм собственности. Исключение составила только норма о мелком хищении (ст. 96), которая не сохранилась.

Вместо ст. ст. 92, 94, 97 в Уголовный кодекс включены статьи 147(1) («Присвоение вверенного имущества»), 148(3) («Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием») и 148 (4) («Присвоение найденного или случайно оказавшегося у виновного чужого имущества»). Ответственность за эти преступления устанавливается независимо от того, какой категории собственников причинен ущерб. При этом подверглись некоторому изменению юридические признаки названных преступлений. Так, сопоставление заголовка ст. 147(1) с ее текстом позволяет сделать вывод, что законодатель рассматривает растрату и хищение путем злоупотребления служебным положением не в качестве самостоятельных форм хищения, а как разновидность присвоения.

При этом хищение путем злоупотребления служебным положением квалифицируется по ч. 2 ст. 147 (1), если предметом хищения было государственное имущество. Если же должностное лицо, злоупотребляя служебным положением, совершило присвоение любого другого имущества, кроме государственного, ответственность (при отсутствии других квалифицирующих признаков) наступает по ч. 1 той же статьи.

Статья 148(3) («Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием») отличается от ранее действовавшей ст. 94 указанием на причинение ущерба «собственнику», а не «государству или общественной организации». Несколько изменена санкция за это преступление (срок исправительных работ увеличен до двух лет, а размер штрафа — до 50 минимальных размеров оплаты труда. Более мягкие виды наказания из санкции исключены).

В первоначальной редакции УК РСФСР 1960 г. существовала норма об ответственности за присвоение найденного или случайно оказавшегося у виновного государственного или общественного имущества (ст. 97), которая исключена Законом РФ от 29 апреля 1993 г. Статья 148(4) восстанавливает ответственность за это деяние, не связывая его с принадлежностью имущества определенной категории собственников.

Объективную сторону этого преступления составляет незаконное, безвозмездное, с корыстной целью удержание или потребление лицом найденного или случайно оказавшегося у него ценного имущества, заведомо принадлежащего другому собственнику. Согласно ст. 144 ГК РСФСР нашедший потерянную вещь обязан немедленно сообщить об этом лицу, потерявшему ее, и возвратить ему найденную вещь, либо заявить о находке и сдать вещь в милицию, местной администрации, а в соответствующих случаях — администрации той организации, где вещь была найдена. Закон не устанавливает определенного срока для возврата вещи, но по обстоятельствам дела должно быть установлено, что виновный имел намерение обратить чужую вещь в свою собственность.

Случайно оказавшейся следует считать любую вещь, которая оказалась в обладании лица помимо его воли и помимо воли собственника (например, пригульный скот). Это относится и к деньгам, ошибочно выплаченным или перечисленным, если лицо, обнаружившее впоследствии переплату, не заявляет об этом и не принимает мер для возвращения денег собственнику.

Отличие данного деяния от хищения состоит в том, что присваиваемое имущество уже вышло из обладания собственника без каких-либо действий со стороны виновного, то есть было утрачено.

Разновидностью данного преступления является присвоение найденного клада, то есть зарытых в земле, замурованных в стене или иным образом скрытых ценностей, прежний собственник которых неизвестен или в силу закона утратил на них право. Согласно ст. 148 ГК клад поступает в собственность государства и должен был быть сдан обнаружившим его лицом финансовому органу.

Уголовная ответственность по ст. 148(4) наступает лишь в случае присвоения ценного имущества. Для остальных случаев предусмотрена гражданско — правовая ответственность (ст. ст. 144, 147 ГК РСФСР). Вопрос о признании имущества ценным решается в каждом конкретном случае с учетом его денежной стоимости, значимости для потерпевшего, историко — культурного значения и т.д.

В ч. 2 ст. 148(4) предусмотрен единственный квалифицирующий признак — причинение значительного ущерба.

В новой редакции главы пятой появились и совершенно новые составы преступлений, неизвестные прежнему законодательству: ст. ст. 147(2), 148(1) и 148(2). Статья 147(2) устанавливает уголовную ответственность за «хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную или культурную ценность, независимо от способа хищения (ст. ст. 144 — 147(1)».

Особая ценность похищаемого предмета или документа выражается прежде всего в его высокой стоимости. Очевидно, что размер ущерба, причиняемого этим преступлением, должен быть не меньше крупного размера, то есть двухсот минимальных размеров оплаты труда.

Историческое, научное или культурное значение похищенного предмета определяется судом с учетом конкретных обстоятельств. В необходимых случаях назначается соответствующая экспертиза.

Для квалификации по ст. 147(2) не имеет значения, каким способом совершено хищение названных в нем предметов. Если хищение совершено различными способами, причиненный ущерб оценивается суммарно. Хищение предметов, имеющих особую ценность, путем разбойного нападения, требует дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 146 УК по совокупности. По воле законодателя вымогательство предметов, имеющих особую историческую, научную или культурную ценность, не может быть квалифицировано по ст. 147 (2). Содеянное подпадает под признаки вымогательства, повлекшего причинение крупного ущерба или иных тяжких последствий (ч. 4 ст. 148 УК).

Другой новеллой является ст. 148(1), устанавливающая ответственность за «неправомерное завладение транспортным средством, лошадью или иным ценным имуществом без цели хищения».

Виновный в этом преступлении, не стремясь обратить чужое имущество в свою собственность, осуществляет отдельные правомочия собственника вопреки его воле. Наиболее типично — временное пользование чужим имуществом, в результате которого собственник терпит ущерб, выражающийся в амортизации вещи, иногда в лишении возможности самому пользоваться и распоряжаться вещью по своему усмотрению. Лицо, неправомерно пользующееся чужой вещью, чаще всего не заботится о ее целости и сохранности, что приводит к порче, гибели или утрате вещи. Иногда ущерб выражается в неполучении ожидаемых плодов, продукции, дохода (упущенная выгода).

С развитием частной собственности опасность подобных деяний возрастает, чем и вызвана необходимость включения в УК этой нормы.

Угон транспортного средства — типичная разновидность неправомерного завладения чужим имуществом. Ранее ответственность за угон устанавливалась ст. 212 (1) УК, ставившей во главу угла причинение этим деянием ущерба общественному порядку и общественной безопасности. Причинение же ущерба собственнику транспортного средства затушевывалось, что вызывало нарекания. В настоящее время, когда защите интересов собственника придается важное значение, вполне оправданно рассматривать это деяние как преступление против собственности.

Наряду с транспортным средством в качестве предмета данного преступления закон называет лошадь или иное ценное имущество. Признание имущества ценным в конкретных случаях зависит от его стоимости и назначения. Исходя из конструкции нормы, ценным может быть признано имущество, стоимость которого примерно соответствует стоимости прямо названных в законе предметов (транспортное средство и лошадь).

Завладение ценным имуществом следует считать оконченным с момента начала его фактического использования или распоряжения им. Так, завладение транспортным средством (угон) считается оконченным с момента, когда транспортное средство уведено с места стоянки любым способом.

Данное преступление считается совершенным повторно (ч. 2 ст. 148(1), если виновный ранее совершил такое же преступление, независимо от того, был ли он за это судим. При этом должны соблюдаться положения закона о погашении судимости и о давности привлечения к уголовной ответственности. Совершение в прошлом кражи или иного хищения не образует повторности. Напротив, совершение деяния, предусмотренного настоящей статьей, образует повторность при последующем совершении хищения (ч. 3 прим. к ст. 144).

Специфичным квалифицирующим признаком данного преступления является уничтожение или утрата транспортного средства, лошади или иного ценного имущества. При этом имеется в виду неосторожная форма вины по отношению к данным последствиям. Умышленная форма вины требует квалификации по совокупности со ст. 149 УК.

Остальные квалифицирующие признаки ст. 148(1) идентичны соответствующим признакам кражи, грабежа и разбоя.

Новеллой является также ст. 148(2), в которой устанавливается ответственность за «неправомерное завладение чужим недвижимым имуществом с корыстной целью при отсутствии признаков хищения».

Это деяние во многом сходно с преступлением, предусмотренным ст. 148(1). Основное отличие — в предмете посягательства. В ст. 148(2) говорится о завладении недвижимым имуществом, к которому относятся земельные участки, недра и все, что прочно с ними связано, то есть объекты, перемещение которых без серьезного ущерба их прямому назначению невозможно, в том числе многолетние насаждения, здания, сооружения и пр.

Завладение недвижимым имуществом при отсутствии признаков хищения обычно состоит в неправомерном временном пользовании этим имуществом без ведома и согласия собственника.

В ч. 2 ст. 148(2) предусмотрены два квалифицирующих признака: совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или с использованием служебного положения. Во втором случае субъектом преступления может быть только должностное лицо.

Наряду с изменениями, внесенными в систему составов преступлений против собственности, Федеральный Закон от 1 июля 1994 г. усовершенствовал и систему квалифицирующих признаков. Поднято значение размера похищенного для квалификации хищений и других имущественных преступлений. Крупный размер хищения характеризует повышенную общественную опасность той или иной формы хищения в большей степени, чем другие отягчающие обстоятельства. Поэтому совершение хищения в крупных размерах рассматривается как особо квалифицированный вид кражи, грабежа, разбоя, мошенничества и присвоения. Вымогательство, повлекшее причинение крупного ущерба, также образует особо квалифицированный вид этого преступления (ч. 4 ст. 148). Согласно примечанию к ст. 144 в новой редакции, хищение признается совершенным в крупных размерах, если оно совершено одним лицом или группой лиц на сумму, двухсоткратно превышающую минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством Российской Федерации на момент совершения преступления.

Наряду с крупным ущербом в законе употребляются понятия «значительный ущерб» (ст. ст. 148(4), 149), «значительный ущерб потерпевшему» (ст. 144), «значительный ущерб собственнику» (ст. 148(1)).

Признак кражи, причинившей значительный ущерб потерпевшему, имелся в прежней редакции ч. 2 ст. 144 УК 1960 г. и трактовался обычно как ущерб, существенно повлиявший на имущественное положение потерпевшего. Это предполагает необходимость учета не только размера похищенного, но и материального положения потерпевшего: размера доходов, наличия иждивенцев и т. п. Такая трактовка оправданна, когда речь идет о хищении личного имущества гражданина.

Однако подобный подход не применим в случае кражи имущества, принадлежащего государственной организации, акционерному обществу, коммерческому банку или другому юридическому лицу, ибо для этой категории потерпевших даже ущерб на сумму, двухсоткратно превышающую минимальный размер оплаты труда (то есть крупный размер — по примечанию к ст. 144), не изменяет существенно их имущественного положения.

Исходя из объекта хищения, размер ущерба в таком случае должен определяться стоимостью похищенного имущества. В законе нет прямых указаний, какая стоимость похищенного может считаться значительным ущербом. Однако исходя из того, что кража в крупных размерах рассматривается как особо квалифицированный вид (ч. 3 ст. 144), причинение кражей значительного ущерба (ч. 2 ст. 144) может иметь место при стоимости похищенного в несколько раз меньшей, чем сумма, установленная в законе для крупного размера.

Как следует из примечания к ст. 144, размер хищения определяется только стоимостью похищенного имущества, хотя материальный ущерб, причиненный преступлением, может простираться и дальше, включая стоимость поврежденного имущества, потери от приостановки производственной деятельности в результате кражи и другую упущенную выгоду.

Для квалификации не имеет значения размер извлеченной преступником выгоды от реализации похищенного. Закон придает большое значение точному установлению стоимости похищенного. Какие-либо дополнительные критерии не должны учитываться при квалификации кражи по признаку крупного размера.

При определении стоимости похищенного до 1992 г. было принято исходить из государственной розничной цены. По мере перехода к свободным ценам государственная розничная цена потеряла значение универсального критерия для определения размера похищенного. Самое общее указание об оценке размера ущерба содержится в ч. 2 ст. 121 (3) КЗоТ в редакции от 25 сентября 1992 г.: «При хищении, недостаче, умышленном уничтожении и умышленной порче материальных ценностей ущерб определяется по ценам, действующим в данной местности на день причиненного ущерба». Суды должны исходить из реально складывающихся цен, данных о фактически понесенных расходах на приобретение имущества или затратах на его производство, с учетом износа (амортизации) предмета. Доказательствами стоимости имущества могут служить не только документы, но и показания свидетелей, а также объяснения потерпевшего. Разумеется, как и все доказательства, эти сведения подлежат судейской оценке. В сложных случаях стоимость имущества может быть установлена с помощью экспертизы.

Если стоимость имущества, имеющая значение для квалификации преступления, определяется исходя из цен, действовавших на момент совершения преступления, то при решении вопроса о возмещении ущерба, причиненного преступлением, размер ущерба, возмещаемого потерпевшему, определяется (в случае изменения цен) исходя из цен, действующих на момент принятия решения.

Особо квалифицирующим признаком хищения в любой форме (ст. ст. 144 — 147(1) является совершение этого преступления организованной группой. Ранее этот признак был только в статьях о вымогательстве. Понятие организованной группы дается в ст. 17(1) УК. Кроме того, для истолкования этого признака сохраняют значение руководящие указания Пленума Верховного Суда РСФСР, дававшиеся ранее по поводу квалификации вымогательства, совершенного организованной группой (Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1990, N 7, с. 8 — 9). Основной признак организованной группы, отличающий ее от группы лиц по предварительному сговору, — ее устойчивость. Об устойчивости группы расхитителей могут свидетельствовать, в частности, предварительное планирование преступных действий, подготовка средств и орудий преступления, подбор и вербовка соучастников, распределение ролей между ними, обеспечение заранее мер по сокрытию преступления, подчинение групповой дисциплине и указаниям организатора преступной группы.

Некоторые члены организованной группы могут выполнять лишь отдельные элементы объективной стороны кражи, например, взламывать преграды, охранять место преступления, принимать похищенное в момент его изъятия и т. п. Роль отдельных участников организованных групп может заключаться в создании условий для совершения хищения, например в подыскании будущих жертв или в ином обеспечении преступной деятельности группы.

При наличии устойчивых связей с организованной группой действия ее участников квалифицируются без ссылки на ст. 17 УК, даже если эти действия по своим объективным признакам не выходят за рамки пособничества.

Руководители организованных групп расхитителей (их создатели, разработчики преступных планов, организаторы отдельных преступлений) несут ответственность за все совершенные группой хищения, если они охватывались их умыслом (ч. 3 ст. 17(1).

В новой редакции ст. 146 (разбой) предусмотрены теперь не две, а три части, что позволило более детально дифференцировать ответственность за это преступление в зависимости от наличия квалифицирующих или особо квалифицирующих признаков.

Еще более дифференцирована ответственность за вымогательство. По ч. 1 ст. 148 квалифицируется вымогательство «под угрозой оглашения позорящих сведений о виновном или его близких, в собственности, ведении или под охраной которых находится это имущество», а по ч. 2 ст. 148 — «под угрозой насилия над лицом или его близким, в собственности, ведении или под охраной которых находится это имущество, либо под угрозой повреждения или уничтожения имущества этого лица или его близких».

Квалифицирующие признаки, распределенные в ч. ч. 3, 4, 5 ст. 148, в основном совпадают с известными по прежней редакции нормы. Вводится лишь один новый признак «действия, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, сопряженные с захватом заложников».

Захват заложников как один из квалифицирующих признаков вымогательства (ч. 4 ст. 148) — это лишение свободы одного или нескольких лиц, совершенное любым способом (тайно, открыто, путем обмана или с применением насилия), когда необходимым условием освобождения заложников является выполнение требований вымогателя. Угроза убийством или причинением телесных повреждений заложнику не требует дополнительной квалификации. В случае же умышленного причинения смерти заложнику содеянное квалифицируется по совокупности как вымогательство и умышленное убийство из корыстных побуждений (п. «а» ст. 102).

Поскольку захват заложников является способом совершения вымогательства, не требуется квалифицировать содеянное по ст. 126(1), за исключением случаев, когда эти действия повлекли тяжкие последствия (ч. 2 ст. 126(1).

Вводится также новый квалифицирующий признак в ст. 149 «Умышленное уничтожение или повреждение имущества». В ч. 2 этой статьи наряду с «иными тяжкими последствиями» специально предусматривается «умышленное загрязнение лесных массивов вредными веществами, отходами, выбросами, отбросами, влекущее усыхание или заболевание древесно — кустарниковой или другой растительности».

Таковы основные изменения, внесенные Федеральным законом РФ от 1 июля 1994 г. в уголовное законодательство о преступлениях против собственности.

ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ

«КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

(принята всенародным голосованием 12.12.1993)

«УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РСФСР»

(утв. ВС РСФСР 27.10.1960)

«ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РСФСР»

(утв. ВС РСФСР 11.06.1964)

«КОДЕКС ЗАКОНОВ О ТРУДЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

(утв. ВС РСФСР 09.12.1971)

«КОДЕКС РСФСР ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ»

(утв. ВС РСФСР 20.06.1984)

ЗАКОН РСФСР от 24.12.1990 N 443-1

«О СОБСТВЕННОСТИ В РСФСР»

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 01.07.1994 N 10-ФЗ

«О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ И ДОПОЛНЕНИЙ В УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РСФСР И

УГОЛОВНО — ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РСФСР»

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ от 04.05.1990 N 3

«О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ О ВЫМОГАТЕЛЬСТВЕ»