О приведении норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми нормами

04-03-19 admin 0 comment

Петрова Г.В.
Журнал российского права, 2000.


Петрова Галина Владиславовна — кандидат юридических наук, заведующая отделом финансового законодательства ИЗиСП.

Сегодня в сфере взаимодействия мировой экономики и финансов возникает целый спектр новейших проблем, связанных с содержанием современных финансово — правовых отношений. В этой связи особенно актуальными становятся также проблемы гражданского, административного, финансового права, общей теории права, международного публичного и частного права. Исследование международных и внутригосударственных правоотношений в таком контексте определяется сложнейшим положением, в котором находится российская система финансово — правовых норм, требующая коренного пересмотра многих своих базовых институтов из-за влияния международно — правового регулирования.

О применении правил международных договоров РФ говорится в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, а также в ст. 5 Закона «О международных договорах Российской Федерации». Помимо международных договоров составной частью правовой системы Российской Федерации являются общепризнанные принципы и нормы международного права. Иными словами, Конституция РФ включает общую правовую норму, заключающуюся в установлении во внутреннем праве Российской Федерации определенного обязательства о придании международно — правовым нормам силы внутригосударственного действия.

В этой связи изучение механизма воздействия на внутреннее право международных финансовых соглашений с участием РФ является особенно актуальным, поскольку возникает разделение международных норм, действующих непосредственно или требующих трансформации через внутренний правовой акт. Этим определяются и задачи государства по созданию концептуальных основ (теоретических и практических) приведения норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми финансовыми нормами.

Многие российские финансово — правовые нормы и институты оказались неэффективными при их применении в новейших финансово — правовых условиях, в которых уже давно функционирует мировая финансовая система. Одна из причин в том, что современные международные финансовые нормы создаются и действуют в экономико — финансовых условиях глобализированного мирового хозяйства. То есть в сфере мировых финансов формируются международно — правовые нормы, регулирующие геофинансовые отношения и влияющие на нормы, создаваемые государствами, международными организациями, транснационализированными хозяйствующими субъектами и организациями.

Поэтому приведение норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми финансовыми нормами должно исходить из учета фактора активного влияния мировых финансов на российскую финансовую деятельность. В противном случае будут ущемляться национальные российские интересы в мирохозяйственной сфере и ограничиваться права собственности российских предпринимателей из-за заключения низкоэффективных (с точки зрения юридической техники и долгосрочного эффекта) международных финансовых договоров и внешнеэкономических контрактов.

Приведение норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми финансовыми нормами требует пристального внимания и к следующим аспектам:

принципиально новые формы проявления и взаимодействия публичного и частного интересов в финансовой деятельности государства (повышение роли финансовых организаций, страхование финансовых рисков, развитие негосударственного финансового контроля);

новая роль государственных органов Российской Федерации в отношениях с наднациональными финансовыми структурами;

повышенное влияние на финансово — правовую среду условий обеспечения прав и свобод человека, свободы конкуренции и малого предпринимательства, качества жизни (повышение роли государственных доходов в обеспечении качества жизни, льготное налогообложение малого бизнеса, учреждений культуры, здравоохранения, образования и т.д.).

Необходимо учитывать также международно — правовые финансовые акты, влияющие на внутреннее финансовое законодательство:

— международные финансовые договоры РФ с иностранными государствами, типовые соглашения о финансовых рынках, о предотвращении двойного налогообложения;

— универсальные финансовые конвенции, принятые в рамках международных экономических организаций, таких как УНИДРУА, ЮНСИТРАЛ, ЮНИДО, ЮНКТАД и др.;

— международно — правовые акты Всемирной Торговой Организации;

— Устав Международного валютного фонда, Устав Мирового банка, уставы и типовые (модельные) акты межправительственных финансовых организаций;

— документы неправительственных финансовых организаций, находящихся под эгидой Лондонского и Парижского клубов;

— своды финансовых норм, систематизированных и кодифицированных в рамках Мировой фондовой биржи, Всемирной межбанковской биржи, Всемирного депозитарного хранения и др. финансовых институтов;

— модельные кодексы ОЭСР.

Отсутствие ясных подходов к этим проблемам создает трудности для вступления России во Всемирную Торговую Организацию, осложняет применение иностранными инвесторами общепринятых в мире финансовых норм, препятствует созданию финансового рынка в России, увеличивает финансовые риски для ресурсодобывающих и других крупных компаний России, выходящих на мировой рынок.

Приведение норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми финансовыми нормами должно пройти несколько основных этапов.

Первый этап касается внедрения международно — правовых норм (в частности, международных норм Лимской декларации о финансовом контроле) о финансовой дисциплине и финансовом контроле. Принятие Федерального закона «О финансовом контроле в РФ» позволило бы использовать международные стандарты финансового контроля. Правительство РФ смогло бы обеспечить конституционные, экономические, общественные условия налоговой политики, федеративные налогово — бюджетные отношения, управление финансовым рынком, валютное регулирование и валютный контроль — важнейшие механизмы реализации государственной финансовой политики во внутренней и внешней финансовой среде.

Второй этап определяется тем, что международные финансовые обязательства России требуют развития правового регулирования финансового рынка и страхования всех видов финансовых рисков в РФ. Сегодня среди норм финансового законодательства действуют преимущественно нормы, регулирующие фискальные функции финансовых органов, отсутствует целостность в подходе к регламентации контрольно — координационных и стимулирующих функций финансового регулирования.

Третий этап связан с необходимостью привязки российского финансового законодательства к институциональным требованиям международного валютного, кредитного, денежного и торгово — расчетного оборота (создание множественности взаимоконтролируемых финансовых институтов и организаций, помимо ЦБ РФ и коммерческих банков).

Четвертый этап относится к российским обязательствам перед мировым сообществом по упорядочению правовых требований к банковской системе РФ, страхованию банковских рисков, устойчивости государственных и частных гарантий исполнения кредитных обязательств. На данном этапе содержание норм финансового законодательства не включает задачи и цели управления государственными и частными кредитными средствами в интересах создания рынка капиталов, долгов и инвестиций, согласованного с глобальными и замкнутыми процессами мирового геофинансового пространства.

Последний этап касается правового регулирования финансовых отношений с учетом норм, рекомендаций и типовых документов международных экономических и финансовых организаций, в которых участвует Российская Федерация по межправительственным соглашениям. В большинстве финансовых законов базовые юридические понятия не отвечают общепринятым мировым стандартам регулирования того или иного типа финансовых отношений или не имеют достаточной регламентации.

Российская доктрина международно — правового финансового регулирования формируется и действует в системе всеобъемлющей глобализации мирохозяйственных процессов, активно изменяющей традиционные подходы к применению международных норм в национальных системах финансового регулирования отдельных государств.

Нужно подчеркнуть, что международные и национальные финансовые нормы играют новую качественную и функциональную роль в регулировании межгосударственных финансовых потоков. Финансовое право отдельных государств не может не согласовываться с новейшими требованиями правового регулирования финансовой деятельности, существующими в мировой практике.

Исследуя международные финансовые нормы, необходимые для включения в российское финансовое законодательство, следует учитывать экономическое содержание и функции различных видов мировой финансовой деятельности и глобализированных финансовых потоков, которые регулируются данными нормами. В мировой практике появилось много финансовых норм по защите устойчивых валют и фондовых ценностей влиятельных транснациональных структур. В завуалированной форме такие субъекты стремятся избежать добросовестной конкуренции на финансовых рынках. Более того, международные финансовые нормы часто захватывают и так называемую сферу нереальных («виртуальных») финансов (электронных расчетов, компьютерных фондовых ценностей, финансовой информации, финансовых методик расчета и др.), не поддающихся контролю и без необходимой документации об ответственном лице.

Таким образом, когда в структуре финансовых потоков переплетены два несопоставимых денежных слоя (товарно — инвестиционный, кредитно — расчетный и виртуальный), перед финансовым законодательством встают абсолютно новые задачи по формулированию норм и принципов правового поведения структур (государственных органов и хозяйствующих субъектов), принимающих и применяющих правовые нормы, и формированию правовых основ их полномочий и функций. Это вытекает из того, что не все общепринятые нормы и стандарты могут быть выгодны Российской Федерации, хотя она в соответствии с договорами имеет обязательства по включению международных норм во внутреннее право.

Большинство стран мира и мировое сообщество в целом начинают разрабатывать правовые и экономические приемы борьбы с недобросовестным финансовым поведением, чтобы защитить мировые финансовые рынки и национальные финансовые системы от запрограммированных финансовых кризисов.

В качестве мотивации формирования международных финансовых актов выступают особые информационно — правовые, институционально — правовые, управленческо — правовые и организационно — правовые условия, которые диктуются потребностями и целями конкретного международно — правового финансового регулирования (налогового, валютного, кредитно — расчетного) и, имея определенное самостоятельное значение, являются существенным системообразующим фактором, влияя на формирование российского финансового законодательства.

Создание правовых норм для регулирования и выделения в национальном доходе современной (виртуальной) части финансов, не обеспеченной «реальными» обязательствами России перед кредиторами, является настоятельной необходимостью для достижения бюджетного равновесия. Под словами «реальные обязательства» в данном контексте подразумевается система мер по подсчету стоимости российских внешних долгов с учетом мировых стандартов учета всех параметров международной финансовой добросовестной (или недобросовестной) конкуренции. Имеются в виду действия международных финансовых организаций и иных субъектов, касающиеся национального валютного курса, видов рисков, недобросовестного поведения международных и национальных финансовых субъектов, вынужденных мер по обеспечению финансовых обязательств, налогового бремени и др. То есть речь идет о совокупности мер, которые уже закреплены в международных нормах о честной финансовой конкуренции в условиях глобализации финансов. Если в международном и национальном праве о недобросовестном поведении на товарных рынках существует юридическая ответственность за недобросовестную конкуренцию, то такая же ответственность существует и на финансовых рынках, где деньги (кредиты) выступают таким же товаром и их собственники подвержены схожим приемам недобросовестного поведения и расправы с ними как с должниками.

В науке международного права уделялось особое внимание взаимодействию национальной и международной правовой системы с учетом ряда факторов, которые позволяют говорить о международном праве и национально — правовых системах как о самостоятельных и взаимодействующих правовых системах, включающих определенные подсистемы. Международное частное право регулирует определенную, специфическую часть международных отношений — отношения, в которых стороны не подчинены друг другу и ни одна из них не выступает как субъект власти, то есть международные отношения невластного характера. Межгосударственные, то есть межвластные отношения, отличны от международных немежгосударственных отношений властного характера (например, налогообложения иностранных физических и юридических лиц, выдачи виз иностранцам и т.д.). Что же касается международного права, то большинство исследователей считают, что в нем используется только один метод регулирования и, следовательно, применять метод регулирования в качестве разграничителя при определении самостоятельных отраслей оказывается невозможным.

Необходимо также отметить роль отработанных международной практикой приемов сближения и унификации финансового законодательства стран Содружества Независимых Государств. В Основных направлениях сближения национальных законодательств государств — участников СНГ от 15 сентября 1992 года определено, что стороны договорились проводить работу по сближению законодательств, в числе прочих сфер, в области денежной и банковской систем, регулирования рынка ценных бумаг, финансов, налогов, ценообразования, внешнеэкономических связей, таможенных правил и тарифов. К формам совместной финансово — правовой деятельности отнесены: выработка общих принципов и концепций финансового, налогового, бюджетного, валютного регулирования; общих условий движения товаров, финансовых средств и общий порядок взаимных расчетов. Страны СНГ согласовывают для участников Содружества модельные Налоговый и Бюджетный кодексы, Общие принципы валютного регулирования и валютного контроля.

При определении роли международных договоров в приведении норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми финансовыми нормами во внимание принимаются следующие общие тенденции финансово — правового регулирования:

— повышение влияния международных договоров Российской Федерации в области финансовой деятельности на внутреннее финансовое законодательство и практику его применения;

— повышение роли обычаев делового финансового оборота как источников международных частноправовых норм, регулирующих финансовые отношения;

— повышение роли международных финансовых организаций в унификации норм международного финансового регулирования;

— приобщение внутреннего финансового законодательства и правоприменительной практики к внедрению международных финансовых норм, обычаев и стандартов;

— усиление восприимчивости национального законотворчества к использованию документов неправительственных финансовых организаций, типовых и модельных финансовых актов, международных финансовых правил.

Особенностями современного подхода российской правовой теории и практики к приведению норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми финансовыми нормами являются:

1. Международно — правовые финансовые нормы приобретают юридическую силу в российском финансовом законодательстве в результате их трансформации в нормы внутреннего налогового, валютного, банковского и других отраслей финансового права. Наиболее ярким примером являются определенные этапы трансформации норм и принципов Соглашения о МВФ в валютное законодательство РФ. В частности, новая концепция Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле» направлена на включение общепризнанных международных принципов и норм валютного регулирования в этот Закон.

2. Трансформация норм международных налоговых, кредитных, финансово — экономических и инвестиционно — финансовых договоров и конвенций во внутригосударственное финансовое право осуществляется в различных правовых формах (путем внесения изменений и дополнений в действующие налоговые законы, принятия новых Законов, например «О лизинге», «О защите конкуренции на финансовых рынках» и др.).

3. Использование той или иной формы трансформации зависит от содержания международного финансового соглашения, от особенностей регулируемых отношений, от разграничения компетенции в конкретной финансовой сфере между Российской Федерацией и ее субъектами.

Так, привлечение государственных, банковских и коммерческих кредитов под гарантии Правительства, контроль за их использованием относятся к компетенции РФ. К компетенции субъекта РФ относится получение иностранных кредитов под гарантии бюджетных доходов субъектов Российской Федерации. Их использование во внешнеторговой деятельности и погашение согласовываются с Правительством. Поэтому ежегодный закон о бюджете Федерации и о бюджете субъекта Федерации включает соответствующие нормы международных кредитных соглашений.

4. Трансформированная из международно — правового финансового соглашения норма отличается определенной автономией в системе внутригосударственных норм, поскольку она связана с породившим ее международным обязательством.

5. Повышение роли не только норм международных договоров, но и международных обычных норм в финансовой сфере часто приводит к непосредственному применению норм как договоров, так и обычаев без их включения в национальную правовую систему.

Предлагаемые подходы базируются на особой роли финансового права в системе российского права, которая определяется активным включением российской финансовой системы в мировые геофинансы. Финансовое право — это вытекающая из единых принципов мировой финансовой деятельности и оборота, зависимая от международных обязательств России совокупность правовых норм, принципов и обычаев делового оборота в области регулирования отношений по осуществлению государственной финансовой деятельности, реализуемой в области регулирования государственных финансовых обязательств, доходов и расходов с помощью определенного инструментария финансовой политики: налоговой (доходной) политики, бюджетной (расходной) политики, политики долговых обязательств, денежной стабилизации и политики на рынке кредитов и финансовых рынках.

Финансовое право включает не только правовые нормы, содержащиеся в финансовом законодательстве, но и обычные нормы национального и международного финансового делового оборота, общепринятые принципы финансовой деятельности, судебные решения. С точки зрения совершенствования правового регулирования государственной финансовой деятельности на современном этапе важен анализ системы финансового законодательства в его взаимосвязи с международно — правовым финансовым регулированием.

Интенсивное развитие правового регулирования в финансовой сфере привело к тому, что нормы международных финансовых (налоговых, кредитных и др.) договоров приобретают юридическую силу в финансово — правовом регулировании (особенно в налоговом) путем их прямого включения в национальные акты.

Такой вывод подтверждается развивающейся российской доктриной взаимодействия международного и внутригосударственного права, допускающей «непосредственное применение» («самоисполнение») международной нормы к внутренним отношениям <*>.

———————————

<*> См.: Алексеева Л.Б., Жуйков В.М. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации. М.: Права человека, 1996; Усенко В.Т. Соотношение и взаимодействие международного и национального права в Российской Федерации // Московский журнал международного права. 1995. N 2.

В настоящее время идет активное расширение сферы воздействия международно — правовых норм на международные коммерческие и финансовые отношения. Развитие и обновление таких отношений ставят вопрос о расширении источников международного частного права, среди которых возрастает роль финансово — правовых мер негосударственного регулирования. Как отмечается в российской доктрине международного частного права <*>, многие нормы международного коммерческого и финансового оборота вырабатываются самими участниками оборота или негосударственными организациями и носят рекомендательный характер. Однако все чаще в науке и практике встает вопрос о том, в какой мере средства негосударственного регулирования могут быть отнесены к источникам международного частного права (ответ на него связан в основном с понятием «права» в конкретной правовой системе). В России доктрина не относится к числу источников международного частного права, но судебно — арбитражная практика часто обращается к доктрине для обоснования принимаемого решения. В этой связи можно отметить, что российская доктрина о соотношении международного и национального права находится в стадии формирования новых подходов.

———————————

<*> См.: Звеков В.П. Международное частное право. М., 1999; Богуславский М.М. Международное частное право. М., 1998; Тихомиров Ю.А. Согласованность и коллизия норм // Московский журнал международного права. 1996. N 2.

В российском законодательстве в случаях интегрирования международных договоров РФ в национальную правовую систему, как это предусмотрено ст. 15 Конституции РФ, отсылочные нормы включаются и в акты, не имеющие отношения к международному частному праву. Международные договоры в финансовой сфере часто отсылают к внутреннему праву, допускают замену применения собственных норм нормами и обычаями принятого внутреннего и внешнего финансового оборота. То есть механизм реализации международно — правовых финансовых актов складывается медленно и противоречиво, а нормы своеобразно «расплавляются» в нормах национального права, тем самым повышается роль международного права как средства сравнительного правоведения <*>.

———————————

<*> Тихомиров Ю.А. Сравнительное правоведение. Учебник. М., 1998.

На сегодняшнем этапе становления новой российской доктрины о соотношении международного и национального права и осмысления взаимосвязи внутренних и внешних норм финансового права важно учитывать глобализацию финансовых процессов, геоэкономические факторы активного смешения национальных, международных и интеграционных финансовых правопорядков, а также новейшие теоретические и методологические разработки, предлагаемые в правовых и экономических системных исследованиях по международным экономическим отношениям <*>.

———————————

<*> Кочетов Э.Г. Геоэкономика (освоение мирового экономического пространства). Учебник. М., 1999.

В этой связи проявляется существенный недостаток российского финансового законодательства — его оторванность от инвестиций. В то же время международно — правовой опыт свидетельствует, что нормы финансового контроля и управления практически всегда связаны с контролем за инвестициями и управлением инвестиционной деятельностью. Так, законы о финансовых услугах, принятые во многих странах, в частности в Великобритании, взаимосвязывают финансовые услуги с организацией клиринговых расчетов по сделкам и инвестиционным контролем. Терминологическое и законодательное разделение таких юридических институтов, как «инвестиции», «финансовый рынок», «налоговое управление инвестициями», «ценные бумаги», «финансовый контроль», «страхование финансовых рисков» привело к дроблению единого процесса финансирования и контроля за инвестиционной деятельностью. Законодательство об инвестиционной деятельности слабо связано с применением стимулирующего налогообложения, с финансовым контролем и другими инструментами управления финансовыми рынками, что приводит к нарушению единого регулирования общих процессов глобализации финансовых потоков. Зарождение новой финансовой модели мировой экономики, в основе которой лежит ликвидация межсистемных оболочек, сращивание различных сфер в единые блоки и создание субъектов мирохозяйственного общения на принципиально новой основе, требует комплексного подхода к правовому регулированию взаимосвязанных процессов (финансы и инвестиции, налоговое планирование и корпоративные соглашения и др.).

К договорно — правовым аспектам приведения норм российского финансового законодательства в соответствие с международно — правовыми финансовыми нормами можно отнести:

— необходимость развития договорных (контрактных) основ оформления финансово — правовых отношений, поскольку действующее гражданское и финансовое законодательство не включает отработанные практикой и мировой наукой правовые составы, необходимые для защиты имущественных и публичных интересов участников финансового оборота;

— важность развития российской доктрины международного права о конкуренции и добросовестном поведении на финансовых рынках;

— развитие норм финансового законодательства, включающих оценку эффективности и обоснованности внешних и внутренних финансовых обязательств с учетом мировых стандартов учета рисков, добросовестного поведения, оценки инвестиционной стоимости финансовых ресурсов и степени их спекулятивности (виртуальности) на мировом рынке;

— совершенствование организационно — правовых основ уставной деятельности российских финансовых частных и публичных субъектов (повышение роли норм об ответственности за последствия финансовой деятельности);

— развитие правовых институтов обеспечения исполнения финансовых обязательств (страхование, гарантия, залог, поручительство).

Так происходит активное взаимопроникновение публичного и частного в практике оформления договорных отношений. Бюджетные и налоговые договоры становятся типичным явлением финансовой деятельности. Повышается роль долговременных факторов в оценке экономической выгоды (долгосрочного эффекта) при заключении финансовых договоров. Однако чаще такой эффект закрепляется не за российским, а за иностранным партнером, что нередко оправдывается задачами привлечения иностранных инвесторов.

В то же время существует реальная угроза выхода частного интереса за пределы публичных интересов и нанесения неограниченной свободой финансовых договоренностей ущерба финансово более «слабой» стороне. Российское гражданское право, провозгласив свободу частного договора, не поставило в жесткие рамки его финансовые и внедоговорные условия, что является результатом неадекватного отражения в гражданском праве принципов справедливости, финансовой добросовестности, прибыльности, защиты слабой стороны от разорения и других общепринятых в мире принципов защиты имущественных интересов (к примеру, российское акционерное право позволяет безнаказанно платить «мизерные» дивиденды акционерам при колоссальных скрытых прибылях акционерного общества или допускается выпуск необеспеченных бюджетными средствами ГКО).

Финансовые отношения, оформляемые долгосрочными внешнеэкономическими и финансовыми договорами, требуют развития современной системы правового обеспечения различных этапов реализации таких связей с учетом глобализации финансов. Такая система включает:

— правовое обеспечение риска получения «эффекта прибыли» от внешнеэкономического договора (устранение правовых основ договоров привело к забвению такого направления юридической науки, как «оценка эффективности правовых норм»);

— механизм финансовой (дисциплинарной) ответственности за нерациональное (противоречащее интересам занятости населения или развития инфраструктуры территории и др.) использование финансовых ресурсов;

— развитие российской доктрины международного частного права, коллизионного права, права международных внешнеэкономических и финансовых договоров.

Российские государственные органы должны разрабатывать правовые нормы, регулирующие национальные экономические интересы России как в странах СНГ, так и в мировом хозяйстве. Например, в США действует закон о международной банковской деятельности, регулирующий отношения американских банков с иностранными партнерами в мирохозяйственной среде. Необходимость принятия таких актов обусловлена тем, что международно — правовая среда не успевает регулировать международными конвенциями (договорами, соглашениями) быстро меняющуюся финансовую сферу. Поэтому государства, которые намерены защищать свои интересы в геофинансовом пространстве, идут по пути разработки национальных актов, определяющих выгодные им международные условия деятельности их финансовых и иных хозяйствующих структур.

К примеру, функции различных российских финансовых органов по обеспечению «единой финансовой политики» на территории Российской Федерации фактически реализуются лишь частично. Никто не знает юридических рамок и критериев этого понятия, поскольку его содержание зависит от многих международных финансовых факторов, например, от количества внешних обязательств России и их взаимосвязи с мировой валютной системой. Причиной этого парадокса можно считать неверное толкование и распределение финансовых полномочий и функций государственных органов при решении проблем геофинансовых процессов.

Эффективность финансового законодательства может постепенно повышаться благодаря приданию некоторым финансовым нормам элементов наднациональности. Так, Кодекс внутренних доходов США регулирует налогообложение американских компаний, получающих доход за рубежом, преимущественно с учетом американских налогово — бюджетных интересов. Выступая как страна — система, США реализуют национальную финансово — налоговую политику через делегирование (передачу) некоторых финансовых полномочий (налогового регулирования, правомочий по контролю на рынке ценных бумаг) частным (транснациональным) компаниям (организациям) или через прямое включение международно — правового регулирования в национальные законы, защищая таким образом свои экономико — финансовые интересы в зарубежных странах.

Указывая на «делегирование полномочий по налоговому регулированию», следует иметь в виду широкий спектр возможностей в выборе «удобных» или «приемлемых» форм налогообложения, которые предоставляются американским налоговым законодательством для налогоплательщиков, получающих доход за рубежом. При этом государство контролирует и соизмеряет объем поступающих в бюджет налогов с доходов в зависимости от финансового оборота компании (следует отметить, что система налогообложения в России привязала размер налогооблагаемой базы по налогу на прибыль к составу затрат, а не к рынкам сырья и обороту, что привело к непомерно высокому росту ведомственных издержек).

Юридическое содержание российских норм, регулирующих компетенцию координационных финансовых органов, отражает устаревший юридический стиль замкнутого национального функционализма. Консервация в действующем законодательстве архаичного юридическо — экономического обоснования функций госорганов и принципов распределения их компетенции привела к изоляции нашего государства от участия в мировых воспроизводственных процессах и устранению его от ответственности за формирование и распределение мирового дохода. До сих пор нашими экономическими и финансовыми органами игнорируется целый пласт экономико — правовых и финансово — правовых сфер, опосредующих современный мировой экономико — финансовый порядок, основанный на подвижности мировых транснациональных воспроизводственных систем, инвестиционной и финансовой взаимозависимости (глобализации) мирового хозяйства.

В результате финансовая деятельность в основном сведена к финансовому обеспечению уплаты внешнего долга, собираемости налогов, обеспечению кредитно — расчетных отношений в торговом обороте и другим частным случаям, не связанным с обеспечением долгосрочной государственной финансовой политики на национальном и мировом финансовом уровне.

Необходимо юридическое оформление в соответствующих внешнеэкономических, инвестиционных и финансовых законах международных аспектов национальной налогово — бюджетной политики, банковской деятельности, валютной политики. Действующее российское инвестиционное, финансовое и внешнеэкономическое законодательство начинает только частично касаться регулирования некоторых национальных интересов российского капитала в сферах глобализированного мирового хозяйства. Оно по-прежнему имеет спонтанный, отрывочный характер, отражая «болевые точки», требующие незамедлительной регламентации, и не вытекает из государственной системы мер управления и контроля защиты российских геоэкономических и геофинансовых интересов в мире. Россия продолжает оставаться страной, не охраняющей законодательными мерами свои капиталы за рубежом, намеренной собрать в федеральный бюджет налоги с доходов от этих капиталов, создать условия для их возврата и «работы» на российском финансовом рынке и рынке инвестиций.

Действующие финансовые, инвестиционные, внешнеэкономические законы, хотя и регулируют важнейшие сферы государственной и предпринимательской деятельности, практически не содержат норм — механизмов, направленных на реализацию мер по приобщению российских хозяйствующих субъектов к распределению мирового дохода, участию их в мировых глобализированных финансовых институтах, сбору налогов из иностранных источников от деятельности, связанной с функционированием на территории РФ.

В этой связи особенно актуальным становится принятие законов об общеэкономических, организационно — функциональных и финансовых основах (принципах) государственной деятельности в ключевых сферах, связанных как с внутренними, так и с международными интересами России.