Правовая защита несовершеннолетних в сфере массового сексуального просвещения

04-03-19 admin 0 comment

Пристанская О.В.
Журнал российского права, 2000.


Пристанская Ольга Валентиновна — кандидат юридических наук.

Общественный конфликт по поводу предпринимаемых в последние годы попыток массового сексуального просвещения несовершеннолетних и усилия по его разрешению высветили более общую — правозащитную проблему. Они продемонстрировали правовую и социальную незащищенность детей и подростков от потенциально вредного информационного воздействия, будь то внедрение в учебных заведениях не адаптированных к отечественным условиям, неапробированных образовательных программ по сексуальному воспитанию или сомнительные проекты некоторых развлекательно — просветительных журналов для юношества.

Все более широкая коммерциализация социальных институтов, занимающихся сексуальным образованием, просвещением и воспитанием несовершеннолетних, недостаточность правового регулирования такого рода деятельности, отсутствие адекватного государственного и общественного контроля за ней вступают в противоречие с интересами государства и международно — правовыми принципами в сфере обеспечения нормального нравственного, духовного, психического и физического развития детей.

В соответствии с требованиями международного права в любом случае возникновения общественного конфликта, связанного с угрозой нарушения прав несовершеннолетних, следует исходить из принципа приоритетности интересов детей, обеспечения государством особой их защиты.

Такое решение диктуется прежде всего принципами Декларации прав ребенка <*>, признающей, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту».

———————————

<*> Понятием «ребенок» в международном праве охватывается любой несовершеннолетний, не достигший 18-летнего возраста.

Конвенция ООН о правах ребенка (1989 г.) предписывает уделять первоочередное внимание «наилучшему обеспечению интересов ребенка» во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются ли они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами. При этом в Преамбуле Конвенции обращается внимание на необходимость учета национальных традиций и культурных ценностей для защиты и гармоничного развития ребенка.

Международное право предусматривает возможность ограничения свободы слова в случаях, когда деятельность средства массовой информации угрожает правам и законным интересам детей.

Признавая в ст. 17 важную роль средств массовой информации в обеспечении доступа ребенка «к таким информации и материалам, которые направлены на содействие социальному, духовному и моральному благополучию, а также здоровому физическому и психическому развитию ребенка», Конвенция о правах ребенка ориентирует государства на поощрение разработки «надлежащих принципов защиты ребенка от информации и материалов, наносящих вред его благополучию…».

В качестве правовой основы для охраны несовершеннолетних от растления может быть принята ст. 34 названной Конвенции, обязывающая государство — участника «защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения», принимать в этих целях все необходимые меры для предотвращения, в частности, «склонения или принуждения ребенка к любой незаконной сексуальной деятельности», «использования в целях эксплуатации детей в порнографии и порнографических материалах».

Руководящие принципы Организации Объединенных Наций для предупреждения преступности среди несовершеннолетних 1990 г. (Эр — Риядские руководящие принципы) ориентируют государства на поощрение средств массовой информации в сведении «к минимуму показа материалов, связанных с порнографией, наркотиками и насилием», требуют «избегать показа детей, женщин и личных отношений в унижающей достоинство форме» (принцип 43).

Тех же принципов в целом придерживается и российское законодательство. Однако упомянутые выше международно — правовые нормы пока еще не в полной мере инкорпорированы в нем. Данный пробел в определенной части восполнен принятым 3 июля 1998 года Федеральным законом РФ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации». В специальной норме ч. 1 ст. 14 он предусматривает «защиту ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе… от распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, пропагандирующей насилие и жестокость, порнографию, наркоманию, токсикоманию, антиобщественное поведение».

Однако в стране в настоящее время отсутствуют концептуально — методологические, методические, правовые, организационные и материально — технические основы разрешения проблемы предупреждения вредного, социально неприемлемого информационного воздействия на несовершеннолетних. Предпосылки такого воздействия кроются в несформированности государственной концепции (стратегии) информационной политики Российской Федерации, в игнорировании необходимости предписанных международным правом особых подходов к обеспечению информационной безопасности несовершеннолетних. Хотелось бы думать, что разработанная в настоящее время в РАО концепция «Половое воспитание российских школьников» научно обоснована, адаптирована к отечественным условиям и может рассматриваться в качестве составной части образовательной и информационной стратегии государства в отношении несовершеннолетних.

Не созданы пока основы законодательного регулирования всего спектра отношений сторон процесса полового воспитания несовершеннолетних: государства, общества, общественных институтов (включая образовательные учреждения и СМИ), родителей и детей.

Не предусмотрены правом конкретные формы государственного и социального контроля за образовательно — просветительской практикой СМИ (в том числе в сфере сексуального образования юношества), не разработан механизм ответственности ее субъектов. Если в образовательных учреждениях такого рода деятельность, хотя и в недостаточной мере, но все же регламентируется соответствующими законодательными актами, охватывается различными видами контроля (посредством ее специального лицензирования, аттестации, аккредитации учебных заведений, установления государственных образовательных стандартов, критериев отбора педагогов, образовательных методик и программ и пр.), то в массовой информационной практике она остается нормативно неурегулированной и потому фактически бесконтрольной.

Упование на разрешение данной проблемы исключительно или преимущественно уголовно — правовыми методами, путем привлечения к уголовной ответственности лиц, занимающихся изданием, рекламированием и распространением среди подростков материалов откровенно сексуального, непристойного характера, представляется явно преувеличенным. Во-первых, действующее в России уголовное законодательство пока еще не в полной мере отвечает интересам защиты прав несовершеннолетних, не обеспечивает должного противодействия фактам массового, публичного растления детей, в связи с чем нуждается в серьезном совершенствовании. Во-вторых, значимость проблемы с позиции государственных и общественных интересов, с учетом трудно предсказуемых масштабов вредных последствий для широкого круга несовершеннолетних потребителей такого рода печатной продукции, требует принятия комплекса мер, прежде всего профилактического характера.

Необходимой гарантией предупреждения растления несовершеннолетних в форме публичной просветительской деятельности СМИ должно служить профессионально грамотное методическое, организационное и кадровое обеспечение такого рода деятельности. Это позволило бы оградить детей от непрофессионального подхода к освещению столь деликатной, интимной области человеческих взаимоотношений.

Анализ действующего законодательства и практики его применения свидетельствует о явно недостаточной правовой защищенности детей и подростков от неквалифицированного, низкопробного и игнорирующего специфику психологии несовершеннолетних информационного воздействия СМИ, в том числе в сфере публичного сексуального просвещения.

Действующие правовые запреты в этой области сформулированы неконкретно, в самой общей форме (см., например, ст. 37 Закона РФ «О средствах массовой информации», «Временные Правила коммерческого и иного распространения на территории г. Москвы печатной продукции эротического содержания», утвержденные распоряжением мэра г. Москвы N 386-РМ от 11 августа 1994 г.) и касаются населения в целом, не учитывая в должной мере особенностей восприятия сексуальной информации несовершеннолетними. Перспективным в этом направлении представляется разрабатываемый в настоящее время городской Думой г. Москвы законопроект под рабочим названием «О защите подрастающего поколения от аудио- и видеоинформации, наносящей вред нравственному развитию».

В целях преодоления пробелов и рассогласованности правового регулирования рассматриваемой сферы социальной деятельности необходимо:

1. Привести российское законодательство (семейное, гражданское, уголовное, в сфере образования, информации и печати и пр.) в соответствие с международно — правовыми принципами и нормами, направленными на охрану прав и законных интересов несовершеннолетних.

Предусмотреть в соответствующих нормативных актах более подробную регламентацию вопросов, связанных с защитой детей, подростков и их родителей от вредного информационного воздействия. С учетом требований международного права расширить предусмотренный ст. 14 Федерального закона РФ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» от 3 июля 1998 года перечень видов информации, способной нанести вред здоровью, нравственному и духовному развитию несовершеннолетних. Установить запрет на распространение среди детей печатной, аудио-, видео- и иной продукции, популяризирующей разврат и преступный образ жизни, пропагандирующей нормы и ценности криминальной среды. В законодательном порядке принять меры, направленные на предупреждение и пресечение использования несовершеннолетних в изготовлении, рекламировании и распространении указанных видов продукции.

2. Более четко регламентировать права и обязанности субъектов любого рода образовательно — просветительской деятельности среди несовершеннолетних, правовые и организационные формы защиты детей и подростков от возможных злоупотреблений в сфере сексуального просвещения. Создать эффективные правовые механизмы применения существующих норм конституционного и гражданского законодательства, семейного права, направленных на защиту нравственных, семейных ценностей.

Следует отразить в отраслевом законодательстве (семейном, образовательном, регламентирующем деятельность средств массовой информации, органов социальной защиты и социального обслуживания населения и пр.) концептуальные положения «Основных направлений государственной социальной политики по улучшению положения детей в Российской Федерации до 2000 г. (национальный план действий в интересах детей)», принятых на основе Всемирной декларации об обеспечении выживания, защиты и развития детей в 90 годы <*>.

———————————

<*> Утверждены Указом Президента Российской Федерации от 14 сентября 1995 г. N 942.

В названном документе ставится задача «реализации прав детей на полноценное физическое, интеллектуальное, духовное, нравственное и социальное развитие в соответствии с нормами Конституции Российской Федерации и международными обязательствами»; «укрепления правовой защиты детства», «поддержки семьи как естественной среды жизнеобеспечения детей», «создания условий для духовного и нравственного развития детей, освоения ценностей культуры». В нем предусмотрен комплекс мер, направленных на борьбу с детской проституцией, проявлениями жестокого обращения с детьми, применением в отношении них некорректных приемов воспитания, психического и физического насилия, против разрушения семейных связей, за оздоровление образа жизни семей. Практическая реализация приведенных рекомендаций позволила бы, в частности, противопоставить суррогатным формам нравственного и сексуального воспитания несовершеннолетних (в том числе осуществляемым в коммерческих целях средствами массовой информации) квалифицированную государственную и общественную систему оказания социальной, психологической, сексологической и педагогической помощи родителям и детям.

Для вытеснения социально вредных и практически бесконтрольных форм массового информационного воздействия на детей и подростков необходимо незамедлительное финансовое, организационно — техническое и правовое обеспечение реализации Национального плана действий в интересах детей в отношении:

расширения и совершенствования различных форм просвещения родителей по вопросам воспитания, культурного развития и сохранения здоровья детей;

разработки и реализации программы подготовки молодежи к семейной жизни, в том числе через систему образования и здравоохранения;

развития сети учреждений по оказанию социальной, психологической и педагогической помощи семье и детям, включая срочную психологическую помощь.

Решение этой задачи должно рассматриваться в качестве обязательного условия обеспечения духовной безопасности России.

3. Принять на законодательном и правоприменительном уровнях меры, направленные на соответствующие требованиям цивилизованного общества ограничения в демонстрации средствами массовой информации актов насилия, агрессии, откровенных сцен эротического содержания, аномального, патологического поведения, в том числе в сексуальной сфере.

Обеспечить возможность практической реализации предусмотренных ст. 4 и 37 Закона РФ «О средствах массовой информации» норм о недопустимости злоупотребления свободой массовой информации и ограничении распространения эротических изданий, а также статей 13 Конвенции о правах ребенка и 13 Декларации прав и свобод человека и гражданина от 22 ноября 1991 года, разрешающих установление законодательных ограничений свободы слова в целях охраны нравственности.

Разработать и привести в действие правовые и организационные механизмы применения Федерального закона РФ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» от 3 июля 1998 года. Регламентировать в правовом порядке предусмотренные им нормативы распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, иной продукции, не рекомендуемой ребенку до 16 лет, «в целях обеспечения здоровья, физической, интеллектуальной, нравственной, психической безопасности детей».

4. Для предупреждения и пресечения злоупотребления свободой слова законодательно урегулировать и внедрить необходимые формы государственного и общественного контроля за соблюдением средствами массовой информации действующего законодательства, в том числе путем:

установления соответствующих видов правовой ответственности СМИ (как юридических лиц) и их сотрудников (издателей, распространителей, журналистов, авторов публикаций и материалов) за нарушение законодательства, направленного на правовую защиту несовершеннолетних;

ужесточения порядка лицензирования деятельности средств массовой информации и контроля за соблюдением условий лицензирования прежде всего специализированными изданиями, предназначенными для несовершеннолетних и распространяющими информацию эротического содержания.

При правовой регламентации порядка лицензирования средств массовой информации в числе обязательных сведений, представляемых учредителями, предусмотреть более точное и подробное указание ими примерной тематики и специализации печатного издания, не допуская неопределенных и чрезмерно общих терминов, таких, к примеру, как «человеческие взаимоотношения».

В ходе подготовки поправок к Закону Российской Федерации «О средствах массовой информации» рассмотреть вопрос о правовой ответственности учредителей средств массовой информации за существенные расхождения между заявленной тематической направленностью СМИ и реальным содержанием публикаций в случаях, когда такое несоответствие влечет определенные правовые последствия (специальный порядок лицензирования, ограничения в распространении издания и пр.).

Предусмотреть на законодательном уровне возможность более оперативного официального реагирования на незаконное распространение средством массовой информации материалов, пропагандирующих порнографию, насилие и жестокость. Следует немедленно приостанавливать его деятельность после подтверждения указанных фактов в установленном порядке, в том числе по расследуемому уголовному делу. Согласно действующему законодательству, приостановление и прекращение деятельности СМИ допускается по решению суда лишь после неоднократного направления в течение года в адрес учредителя и (или) редакции письменных предупреждений регистрирующим органом или Государственным Комитетом по печати и информации РФ <*> (см. ст. 16 Закона РФ «О средствах массовой информации»).

———————————

<*> В настоящее время — Министерство РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой информации. — Ред.

5. В соответствии с компетенцией Государственного Комитета по печати и информации РФ в части осуществления им проверки и анализа печатных материалов с целью определения соответствия их содержания требованиям законодательства Российской Федерации обеспечить в необходимых случаях организацию указанным органом специальной (психологической, психиатрической, сексологической, культурологической, педагогической, криминологической) экспертизы содержания и форм подачи СМИ информации, предназначенной для детей и подростков.

Изучение заключений специалистов разных профилей по поводу содержания и формы подачи эротических материалов в отдельных развлекательно — просветительных журналах для подростков показало, что в настоящее время отсутствуют адаптированные к современным требованиям специальные методики экспертной оценки специализированных печатных изданий для юношества. Правоприменительная практика испытывает острую потребность в создании такого рода методик, в том числе для проведения комплексной психолого — педагогической, психиатрической и психолого — лингвистической экспертизы печатных изданий, теле- и радиоканалов, занимающихся сексуальным просвещением несовершеннолетних.

6. Привести деятельность средств массовой информации по сексуальному просвещению детей и юношества в соответствие с целями и задачами государственной политики образования в Российской Федерации. Принять меры к совершенствованию правовой регламентации данного направления деятельности СМИ и других просветительных учреждений в законодательстве РФ об образовании, информации и печати. Предусмотреть при этом повышение требований к уровню профессиональной подготовки и нравственно — этическим качествам журналистов, работающих с несовершеннолетней аудиторией.

7. С учетом распространения на практике новых, нетрадиционных форм публичного, массового растления несовершеннолетних (с помощью средств массовой информации, специализированных эротических периодических изданий, компьютерной техники, видеоиндустрии, расширения сети оказания порно- и сексуальных услуг с привлечением детей и подростков) обратиться в Верховный Суд РФ за официальным толкованием норм, предусмотренных ст. 135 и 242 УК РФ.

При подготовке толкования понятий «развратные действия», «порнографические материалы и предметы», определении критериев их разграничения с материалами и предметами эротического содержания обратить внимание на развитие интеллектуальных форм совращения детей. Растлению последних, в силу особенностей их психосексуального развития, может способствовать и доведение до их сведения информации, не признанной в установленном порядке порнографической. Учесть при этом значительно более высокую степень общественной опасности преступлений данного вида именно для несовершеннолетних, с точки зрения деформации их дальнейшего социального, физического, нравственного и духовного развития. Это поможет устранить разнобой в толковании правоприменительной практикой вида и направленности умысла виновных, мотивов и целей совершения указанных преступлений, будет способствовать достижению необходимого единообразия в их квалификации.

8. При разработке законодательного определения дефиниций «порнография», «порнографическая продукция», «материалы и предметы порнографического содержания» и т.д. следует исходить из конкретно — исторических социальных потребностей российского общества, учитывая национальную культуру в сфере половых отношений, сложившиеся стереотипы сексуального поведения, отношений между полами, между родителями и детьми, традиций полового воспитания. Нельзя также не учитывать готовность общественного мнения к принятию той или иной концепции сексуального просвещения и образования. Недопустимо копирование западных программ, насильственное внедрение чуждых национальной культуре стереотипов сексуального поведения.

Представляется необходимым дифференцированный подход в правовой регламентации и официальном толковании понятия «порнографические материалы и предметы» применительно к их незаконному использованию (изданию, рекламированию и распространению) в отношении взрослых и несовершеннолетних. Очевидно, что откровенные материалы эротического характера наиболее сильно влияют на подростков.

9. Законодательно сформулировать более четкое определение «специализированных эротических изданий», чтобы исключить неоднозначное толкование, что неизбежно при избытке оценочных признаков в формулировке данного понятия действующим Законом о средствах массовой информации. В ст. 37 указанного Закона под средством массовой информации, специализирующимся на сообщениях и материалах эротического характера, понимается периодическое издание или программа, которые «в целом и систематически эксплуатируют интерес к сексу». Неясен смысл понятия «эксплуатация интереса к сексу», не установлены критерии определений «целостность» и «систематичность», в связи с чем становится проблематичным применение ограничений, предусмотренных Законом для специализированных эротических изданий.

Для несовершеннолетних потребителей печатной продукции одинаково вредным может быть ознакомление как с изданиями, периодически публикующими информацию эротического содержания, так и с журналами или газетами, специализирующимися на эротической тематике.

В законодательстве необходимо сформулировать признаки, четко разграничивающие между собой продукцию (аудио-, видео-, печатную и пр.) эротического, сексуального и порнографического характера, с одной стороны, и информационную продукцию по вопросам пола, предназначенную для использования в образовательных и научных целях — с другой стороны. Это, в частности, позволило бы исключить возможность необоснованного предоставления предусмотренных законом льгот средствам массовой информации, размещающим под видом публикации научно — популярного, просветительского и учебного характера материалы откровенно сексуального содержания, включая поданную в некорректной и оскорбляющей общественную нравственность форме информацию о физиологии и гигиене половой жизни <*>. Кроме того, появилась бы законодательная основа для дифференциации доступа несовершеннолетних к информации по сексуальным вопросам, как это давно практикуется в зарубежном праве.

———————————

<*> См., например, Федеральный закон «О государственной поддержке средств массовой информации и книгоиздания Российской Федерации» от 1 декабря 1995 г. N 191.

Такого рода попытки были сделаны при подготовке Федерального закона «О государственной защите нравственности и здоровья граждан и об усилении контроля за оборотом продукции сексуального характера», принятого 7 апреля 1999 года Государственной Думой. Однако именно недостаточная определенность предмета и целей правового регулирования, отсутствие четких правовых критериев разграничения ключевых понятий, используемых в данном законе, послужила одним из оснований возвращения его Президентом РФ на доработку.

10. Путем внесения соответствующих изменений в Уголовный кодекс РФ устранить допущенную при его разработке непоследовательность в соблюдении принципа приоритетности уголовно — правовой защиты прав несовершеннолетних потерпевших, повысив уголовную ответственность взрослых, виновных в их сексуальном совращении, что позволило бы более адекватно отразить степень общественной опасности потенциальных и реальных последствий такого рода действий, влекущих причинение существенного вреда нравственному, духовному и психосексуальному развитию несовершеннолетних:

— на основе тщательного исследования проблемы рассмотреть возможность восстановления в УК РФ, в ст. 134 «Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста» и в ст. 135 «Развратные действия», предусмотренного ранее действовавшим уголовным законодательством максимального возраста потерпевших до 16 лет, исходя не столько из формально — юридических критериев (например, законодательно установленный возраст вступления в брак), сколько из потребностей повышенной защиты государством права несовершеннолетних на личную половую неприкосновенность. (В примечании к указанным нормам можно было бы внести определенные оговорки, к примеру, о том, что уголовной ответственности за действия, предусмотренные ст. 134 и 135 УК РФ, не подлежат лица, состоящие в зарегистрированном браке с потерпевшими либо имеющие незначительную разницу в возрасте с потерпевшими.);

— статью 134 УК РФ дополнить частями второй и третьей следующего содержания:

2. «То же деяние, совершенное родителем, педагогом или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, либо совершенное неоднократно, — наказывается лишением свободы на срок от трех до десяти лет».

3. «Деяния, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, если они повлекли по неосторожности смерть потерпевшего (потерпевшей), либо причинение тяжкого вреда его (ее) здоровью, заражение его (ее) ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия, — наказываются лишением свободы на срок от пяти до пятнадцати лет»;

— диспозицию ст. 135 УК РФ «Развратные действия» дополнить словами:

«а равно распространение, включая торговлю, или рекламирование среди лиц, заведомо не достигших шестнадцати лет, продукции сексуального характера, либо привлечение таких лиц к изготовлению продукции или рекламы сексуального характера, к хранению, распространению, включая торговлю, и рекламированию продукции сексуального характера».

— редакционно уточнить формулировку диспозиции ст. 135 УК РФ, с тем чтобы она охватывала не только физические, но и интеллектуальные способы развращения несовершеннолетних, включая ознакомление последних с выраженной в любой форме (устной, письменной, печатной) информацией сексуального характера, объективно способствующей их половому возбуждению и стимулирующей проявление сексуальной активности;

— дополнить ст. 135 УК РФ частями второй и третьей следующего содержания:

2. «Те же деяния, совершенные:

а) с использованием средств массовой информации <*> или в иной публичной форме;

———————————

<*> Аналогичный квалифицирующий признак предусмотрен в действующем уголовном законодательстве России в ч. 2 ст. 129 и ч. 2 ст. 130 УК РФ.

б) в отношении двух или более лиц;

в) родителем, педагогом или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, — наказывается лишением свободы на срок до пяти лет».

3. «Деяния, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего (потерпевшей), заражение его (ее) ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия, — наказываются лишением свободы на срок от пяти до двенадцати лет».

— статью 242 УК РФ дополнить частью второй следующего содержания:

«2. Незаконные изготовление в целях распространения или рекламирования, распространение, рекламирование, торговля порнографической продукцией среди заведомо несовершеннолетних, а равно привлечение заведомо несовершеннолетних к изготовлению, распространению, рекламированию или торговле порнографической продукцией — наказываются лишением свободы на срок до пяти лет».

Потребность в выделении специального, отягчающего ответственность состава ст. 242 УК РФ, предусматривающего совершение данного преступления в отношении несовершеннолетних, обусловлена (помимо упоминавшихся выше причин) спецификой объекта преступного посягательства данного вида, характером и степенью общественной опасности и вредных последствий распространения среди детей и подростков порнографических материалов и предметов.

Современное уголовное право обоснованно применяет дифференцированный подход в определении объектов так называемых половых преступлений в отношении разных категорий потерпевших. Если преступным действиям сексуального характера подвергается взрослый человек, законодатель характеризует их как посягательства на «половую свободу личности». В тех же случаях, когда жертвой половых преступлений становится ребенок или подросток, их объектом считается «половая неприкосновенность» личности несовершеннолетних.

Кроме того, и в отечественном, и в международном законодательстве (например, в Конвенции о правах ребенка) объектом любых форм сексуального совращения и сексуальной эксплуатации ребенка признается его нравственное, психическое и физическое развитие. Вред, наносимый этим правоохраняемым ценностям действиями растлителей и дельцов порноиндустрии, существенно отличается по своей направленности, глубине и степени деформирующего влияния на личность от вреда, наносимого такого рода деятельностью взрослому, достигшему половой и социальной зрелости человеку.

Особенности психического развития несовершеннолетних требуется учитывать и в правовом регулировании сексуально — просветительной деятельности средств массовой информации. Подобный подход характерен для большинства ведущих стран Запада (США, Франции, Германии, Италии) и международного права (например, в Директиве о вещании ЕЭС), где вводятся существенные ограничения и запреты на распространение среди детей и подростков информации, «разрушающей их нравственность» и «нарушающей их благополучие».