Будут ли «сомнительные» нормы в новом УПК?

04-03-19 admin 0 comment

Колесник В.
Законность, 2000.


В. Колесник, Невельский городской прокурор.

Нужен ли нам УПК? Конечно, нужен! Ведь наш старенький УПК построен на фундаменте Основ уголовного судопроизводства бывшего Советского Союза, принятых еще в 1958 г. Осознавая многострадальность старого УПК, хотелось, чтобы в новый попало как можно меньше «сомнительных» норм. Учитывая небольшой опыт наших новых парламентариев, сделать это будет непросто.

Возьмем, к примеру, самую начальную стадию уголовного процесса — возбуждение уголовного дела. Регулируют это процессуальное действие несколько статей УПК, самая первая и, безусловно, главная — ст. 3, условно состоящая из двух неразделенных частей. При этом первая часть обязывает компетентное должностное лицо или орган возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения признаков преступления. Вторая часть — принять предусмотренные законом меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и к их наказанию.

Оставляя данную норму закона неразделенной, законодатель тем самым запрещает принимать требования условно названной части второй без выполнения условий части первой, т.е. без возбуждения уголовного дела. По-другому эту самую главную статью института возбуждения уголовного дела толковать и невозможно.

Однако на практике нередко при обнаружении признаков преступления применяются указанные меры и без возбуждения уголовного дела. Такие случаи происходят при расследовании по уголовному делу, когда в правовое поле следствия или дознания попадают и другие преступления, каким-то образом взаимосвязанные с расследуемым. Но кто должен определять эту взаимосвязанность, когда в действующем уголовно — процессуальном законодательстве соответствующей нормы нет?

В старых изданиях комментированных УПК РСФСР встречается со ссылкой на N 6 БВС СССР за 1966 г. такое определение: «Если дело возникло в процессе расследования другого уголовного дела и к моменту выделения его в самостоятельное производство по нему уже были проведены некоторые следственные действия, следователь вправе не выносить постановление о возбуждении уголовного дела» (Комментарий к Уголовно — процессуальному кодексу РСФСР. «Юридическая литература», 1976, с. 180).

Как видим, в те далекие годы даже не требовалось устанавливать какую-то взаимосвязь между преступлениями, а достаточно, чтобы «дело возникало» при расследовании другого дела и по нему были бы уже проведены некоторые следственные действия, позволяющие, не возбуждая дело, выполнять другие следственные действия, а не только «некоторые». Более того, следователь мог и выделить «его» в отдельное производство. «Его» взято в кавычки потому, что трудно назвать или представить выделенное уголовное дело без постановления о возбуждении хотя бы предыдущего дела.

Получается, что, например, из кражи можно без возбуждения уголовного дела выделить хулиганство и т.д. Как быть?

К сожалению, на современном этапе коренных изменений в решении рассматриваемой проблемы пока не произошло.

Возьмем, к примеру, последний опубликованный процессуальный документ по данному вопросу — определение судебной коллегии Верховного Суда РФ от 25 ноября 1998 г., гласящее, что «следователь не обязан выносить каждый раз новое постановление о возбуждении уголовного дела в случае, когда по делу будет установлено другое причастное к преступлению лицо».

С этим определением можно было бы согласиться при условии, если в текст внести всего одно слово, чтобы фраза заканчивалась так: «…причастное к данному преступлению лицо». Такая конкретизация определения судебной коллегии, привязка его только к одному преступлению отвечала бы требованиям УПК. В противном случае отмеченный коллегией путь может привести к процессуальному беспределу.

Рассмотрим это предположение на примере, приведенном указанным определением судебной коллегии, откуда следует, что в октябре 1997 г. гр-н У. был задержан с марихуаной и против него было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Правда, судебная коллегия почему-то умолчала, что дело было возбуждено именно против У. Наше утверждение исходит из того, что такого рода дела не возбуждаются «по факту».

Еще до возбуждения уголовного дела У. заявил, что приобрел марихуану у Б. Таким образом, от У. были получены сведения о наличии признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ (сбыт наркотиков), у другого лица. Следовательно, появился повод к возбуждению уже другого уголовного дела.

Но согласно требованиям ст. 112 УПК РСФСР для возбуждения уголовного дела кроме повода требуются и основания. Поэтому на основании возбужденного против У. дела был проведен обыск у Б., посредством которого у него была обнаружена марихуана.

Таким образом, все условия, предусмотренные требованиями ст. 112 УПК РСФСР, были выполнены и следствие обязано было возбудить уголовное дело по ч. 2 ст. 228 УК РФ, так как было обнаружено новое преступление. Мы убеждены, что проводить другие следственные действия против Б., связанные с обнаруженной у него марихуаной, без возбуждения нового уголовного дела недопустимо. Подтверждением тому служит анализ основополагающей в институте возбуждения уголовного дела ст. 3 УПК РСФСР, обязывающей возбуждать уголовное дело в каждом случае обнаружения признаков преступления. Ошибочно, на наш взгляд, мнение судебной коллегии о причастности Б. к возбужденному делу против У., так как Б. не был ни организатором, ни подстрекателем, ни пособником У. Не охватываются его действия и ч. 1 ст. 228 УК РФ.

На практике встречаются вопросы и посложнее. Например, у Б. при обыске кроме наркотиков обнаруживают и огнестрельное оружие. Тогда как?..

Мы убеждены, что в новом Уголовно — процессуальном кодексе будет закреплено, что без возбуждения уголовных дел возможно проводить следственные действия только в отношении соучастников единого преступления. Такое решение, нам кажется, может принять пока и Верховный Суд РФ.