Использование методов экономического анализа по делам о мошенничестве

04-03-19 admin 0 comment

Шагиахметов М.
Российская юстиция, 2000.


М. Шагиахметов, начальник отдела по расследованию организованной преступной деятельности в сфере экономики ГСУ при ГУВД Челябинской области.

Необходимость использования методов экономического анализа возникла в ходе предварительного расследования и рассмотрения в судах дел по фактам крупных мошенничеств. Основной особенностью совершения этих преступлений является их повышенная маскировка путем придания деятельности субъекта финансово — хозяйственной деятельности (как правило, юридического лица) видимости вполне законной. Сделать вывод об использовании юридического лица для целей совершения хищения, дать оценку деятельности от его имени как преступной, невозможно без ее всестороннего экономического анализа.

Судебная практика, к сожалению, не дает примеров такого развернутого анализа. Однако в приговорах по делам о крупных хищениях встречаются отдельные его элементы.

Так, приговором Вахитовского районного суда г. Казани 22 января 1996 г. осуждены П. и И. по ч. 3 ст. 147 УК РСФСР, которые с апреля по август 1994 г. собрали от имени «НТП» 1792251000 рублей от 1466 вкладчиков по договорам займа, принимая обязательства возврата с начислением 26% в месяц от суммы вклада.

Несмотря на то, что П. и И. отрицали наличие умысла на совершение хищения, суд признал их виновными, использовав в качестве доказательства заключение эксперта, в соответствии с которым на день окончания работы «НТП» сумма обязательств перед вкладчиками составляла 3077160866 рублей, при наличии из полученных средств только 1468292990 рублей.

Однако в таком виде выводы о наличии состава преступления в действиях П. и И. уязвимы, поскольку итоги финансовой деятельности, которые характеризуются состоянием финансового банкротства, могли быть результатом не только умышленных действий с целью хищения, но и результатом неумелого распоряжения финансами; указанные в приговоре цифры не дают ответа на вопрос о наличии обмана при завладении денежными средствами.

Восполнить указанные пробелы можно только при помощи проведения экономического анализа реальности и обоснованности принимавшихся перед потерпевшими обязательств и того, как фактически распоряжались осужденные полученными денежными средствами.

27 января 1998 г. Ленинский районный суд г. Ставрополя осудил С. по ч. 3 ст. 147 УК РСФСР за то, что он в период с апреля по июль 1994 г. от имени АОЗТ «НТИК» похитил полученные от 19 вкладчиков денежные средства на сумму 4130377140 рублей, 37655 долларов США, 1960 немецких марок, принимая обязательства по их возврату с начислением процентов.

С. также отрицал наличие умысла на совершение хищения, заявляя, что хотел, используя полученные средства, заработать прибыль для выполнения обязательств. Суд признал его виновным, при этом среди других доказательств использовал следующие: полученные денежные средства не зачислялись полностью на расчетный счет; значительная часть денег хранилась в сумках, в гараже, в сейфе и расходовалась без всякого учета; от результатов своей коммерческой деятельности С. не только не получал прибыли, но его деятельность была убыточной.

Это наиболее развернутый анализ, который мне удалось найти при изучении приговоров по делам о крупных мошенничествах, однако и он страдает существенной неполнотой. Выводы суда о виновности С. остаются уязвимыми, так как не содержат ответа на вопрос о наличии обмана при завладении чужими денежными средствами. Незачисленная на расчетный счет часть денежных средств и хранение вопреки установленному порядку и даже бесконтрольное их расходование могут оказаться лишь финансовыми нарушениями, если не будет доказано, что С. умышленно действовал в ущерб юридическому лицу, которое возглавлял. От определения убыточности коммерческой деятельности необходимо было перейти к оценке умысла С. при приеме обязательств и в процессе фактической финансово — хозяйственной деятельности.

По крупнейшему в России делу по факту мошенничества путем создания «финансовой пирамиды», рассмотренному в суде г. Реутово Московской области, по которому была привлечена С., собиравшая в период с 1992 по 1995 год от имени ИЧП «Властилина» денежные средства от граждан, принимая обязательства возврата с начислением до 100% за 1,5 месяца или предоставления товаров по ценам значительно ниже рыночных. Было собрано свыше 692 млрд. рублей (неденоминированных), прямой ущерб гражданам составил около 500 млрд. рублей. Суд приговорил С. к семи годам лишения свободы. Однако в аналитической части приговора, обосновывая вывод о наличии в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 147 УК РСФСР, он ни словом не обмолвился о доказательствах наличия умысла на совершение хищения в момент завладения или при распоряжении полученным имуществом. Оценки принимаемых перед потерпевшими обязательств не производилось, анализа фактической финансовой деятельности не дано.

Строго говоря, выводы суда при проведении неполного экономического анализа в приведенных примерах являются недостаточно убедительными. Совершенно не проверяя обоснованность принимаемых обязательств, суды не аргументировали выводы о получении денежных средств путем обмана и возникновении умысла уже на стадии завладения. Выводы о том, что полученные средства использовались с целью совершения хищения, сделаны на основе сведений по отдельным суммам и косвенных доказательств, к которым относится незачисление средств на расчетный счет, хранение наличности с нарушением финансовой дисциплины, отсутствие учета. Имеющиеся возможности для получения прямых улик путем проведения экономического анализа финансово — хозяйственной деятельности предприятий остались нереализованными.

Неполнота анализа и слабая обоснованность выводов о наличии состава мошенничества во многом обусловлены недостатками предварительного расследования. Зачастую следователи плохо представляют, какие вопросы необходимо ставить при расследовании дел по фактам совершения хищений с использованием юридического лица, не могут строго выдержать логику доказывания наличия состава, с учетом экономического характера деятельности, природы юридического лица и предпринимательства.

Завладевая чужим имуществом не напрямую, а от имени юридического лица, мошенники в настоящее время стали избегать совершения явно незаконных действий. Наиболее крупные хищения совершены от имени юридических лиц, зарегистрированных без каких-либо нарушений; чужое имущество или денежные средства мошенники получают по различным договорам; совершение сделки может не иметь формальных правонарушений.

Особую сложность в подобных случаях представляет установление наличия обмана при завладении чужим имуществом. Не менее трудно доказать использование полученного имущества в личных целях. Это связано с тем, что право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи (ст. 223 ГК РФ). В соответствии с этим положением при завладении в ходе мошенничества чужим имуществом или денежными средствами от имени юридического лица под видом договорных отношений собственником полученного имущества или денежных средств формально становится юридическое лицо. В качестве собственника оно вправе распорядиться имуществом как угодно: передать конкретным физическим лицам, выдать денежные средства в качестве беспроцентных и бессрочных ссуд, совершить явно невыгодную сделку, в результате которой имущество перейдет в собственность физических или других юридических лиц за символическую плату и т.д.

Использование юридического лица позволяет при совершении крупных хищений маскировать субъективную сторону состава преступления и такой его признак, как противоправность, придавая противоправному обращению в собственность видимость совершения сделки по реализации имущества.

Маскировка преступной деятельности при совершении крупных мошенничеств под финансово — хозяйственную деятельность юридического лица определяет значительную специфику предмета исследования, которое необходимо провести следователю (а впоследствии и суду). Эта специфика определяется тем, что важнейшая часть указанной деятельности носит экономический характер, отражается в документах бухгалтерского учета различных субъектов хозяйственной деятельности, регламентируется нормами гражданского права.

Итак, при определении основных направлений анализа деятельности юридического лица прежде всего следует иметь в виду, что при совершении хищения мошенники вступают в отношения с потерпевшими от его имени и главным средством завладения чужим имуществом является принятие от имени этого юридического лица обязательств; фактическое распоряжение полученным имуществом преступники осуществляют также от имени юридического лица под видом финансово — хозяйственной деятельности.

С учетом необходимости определения умысла на совершение хищения по делам о мошенничествах как в момент завладения чужим имуществом, так и на стадии фактического распоряжения им, исследование деятельности юридического лица можно подразделить на два обязательных элемента: оценка обязательств юридического лица при завладении чужим имуществом и установление истинных целей его деятельности в процессе распоряжения полученным имуществом.

На оценку принимаемых перед потерпевшими обязательств с точки зрения их обоснованности оказывают влияние: обстоятельства, при которых они принимаются, точнее, наличие незаконных действий при этом (например, совершение сделки от имени юридического лица, зарегистрированного на подставных лиц может свидетельствовать об отсутствии намерений их выполнить); наличие или отсутствие их экономической обоснованности.

Оценка экономической обоснованности принимаемых обязательств включает в себя выяснение их реальности в условиях сложившейся конъюнктуры рынка и подкрепленности финансовым состоянием юридического лица. Оценка реальности обязательств имеет относительное доказательственное значение, так как результаты отдельных сделок могут сильно отличаться от закономерностей рынка. Основным средством оценки обязательств все же является проверка их обоснованности финансовым состоянием юридического лица.

Источниками для выполнения принятых на себя финансовых обязательств могут быть: избыточные активы — денежные средства, оборотные или основные средства; прибыльная деятельность, способная обеспечить получение достаточной прибыли. Если указанных источников нет, то принятие заведомо необеспеченных обязательств следует считать обманом, который направлен на завладение чужим имуществом.

При проведении анализа фактической деятельности юридического лица следует исходить из общих положений, определяющих роль и место предприятия в хозяйственной деятельности: самостоятельности, работе на рынке с целью получения прибыли от собственной деятельности, единства его прав и обязанностей. Исходя из этого, можно определить направления проведения анализа.

Во-первых, юридическое лицо, привлекая чужое имущество или денежные средства, принимает на себя обязанности, за исполнение которых самостоятельно отвечает своим имуществом. Из этого следует, что задачей анализа является выяснение, чем располагало юридическое лицо для выполнения принятых обязательств помимо полученного имущества.

Во-вторых, целью деятельности предприятия является получение прибыли, именно такой подход соответствует цели выполнения принятых обязательств. Следовательно, при проведении анализа необходимо проверить ставило ли руководство юридического лица перед собой цель получения прибыли. Отсутствие деятельности, направленной на ее получение, свидетельствует и об отсутствии намерений выполнять принятые обязательства.

В-третьих, единство прав и обязанностей в данном случае означает необходимость использования прав на полученное имущество в интересах юридического лица, принявшего на себя обязательства перед потерпевшим. Использование имущества в ущерб юридическому лицу влечет причинение ущерба интересам кредиторов.

Исходные данные для проведения экономического анализа могут быть получены из различных источников: бухгалтерские документы, отражающие отдельные операции финансово — хозяйственной деятельности; материалы документальной ревизии финансово — хозяйственной деятельности; заключения бухгалтерских экспертиз, необходимость в проведении которых может возникнуть для учета сведений, добытых следственным путем, либо при выявлении деятельности помимо бухгалтерского учета; заключения экономических экспертиз.

В качестве итога отмечу, что о наличии умысла на совершение хищения свидетельствуют следующие выводы экономического анализа фактической деятельности юридического лица: отсутствие избыточных активов, которые позволяют выполнить принятые обязательства; распоряжение полученным имуществом в ущерб юридическому лицу, без цели получения прибыли, в личных интересах.