От кого засекречены нарушения в сфере внешнеэкономической деятельности?

04-03-19 admin 0 comment

Ильжиринов В., Шипиев В.
Законность, 1996.


В. Ильжиринов, прокурор отдела по надзору за исполнением законов и законностью правовых актов.

В. Шипиев, прокурор Республики Калмыкия.

Общеизвестно, что внешняя торговля в современной России стала одним из наиболее криминализированных секторов экономики. Не последнюю роль здесь сыграли пробелы правового регулирования. Об этом шла речь в опубликованной в журнале «Законность» N 11 за 1995 г. статье И. Викторова. Хотели бы изложить наши взгляды на некоторые стороны проблемы, поднятой в статье.

В ходе прокурорского надзора за соблюдением законодательства о внешнеэкономической деятельности прокуратура Калмыкии столкнулась с трудностями правового обеспечения сбора данных о нарушениях, допускаемых при репатриации экспортной валютной выручки. Такие сведения необходимы для борьбы с сокрытием экспортных доходов от налогообложения (ст. 162(2) УК), нелегальным вывозом капитала (ст. 162(8) УК) и т.п.

Сейчас порядок валютного контроля за поступлением выручки от экспорта регулируется совместной Инструкцией Центробанка и Государственного таможенного комитета (ГТК) РФ от 12 октября 1993 г. Эта Инструкция не возлагает на уполномоченные банки, региональные подразделения таможенной службы и органы Банка России на местах обязанность направлять имеющуюся у них информацию о допущенных при репатриации экспортной валютной выручки нарушениях в территориальные правоохранительные органы. По п. 7 Инструкции все сведения о ходе поступления валютной выручки концентрируются в ГТК РФ и обрабатываются в вычислительном центре для подготовки оперативных и статистических сведений, необходимых при осуществлении валютного контроля. В дальнейшем согласно подп. 7.4 Инструкции необходимая для такого контроля информация направляется ГТК РФ в подотчетные ему таможенные органы, Федеральной службе валютного и экспортного контроля, Государственной налоговой службе, Банку России и Генеральной прокуратуре РФ.

По всей видимости, составители Инструкции считали, что действующие на местах правоохранительные и налоговые органы необходимой информацией будут обеспечиваться своими федеральными структурами. Нам неизвестно, поступают ли указанные в подп. 7.4 Инструкции оперативные и статистические сведения в Генеральную прокуратуру и другие ведомства, но прокуратура Калмыкии и поднадзорные нам органы такие сведения из центра получали в единичных случаях. При этом информация была отрывочна и неконкретизирована, что затрудняло проведение проверок. Например, в 1993 г. Генеральная прокуратура дала нам задание о проведении проверки по факту непоступления экспортной выручки в нефтегазодобывающее управление «Калмнефть» (НГДУ), но в задании не раскрывалось, по каким конкретным внешнеэкономическим сделкам были допущены нарушения. В самом НГДУ экспортные операции документально отражены не были, местные органы и агенты валютного контроля дали нам заключения об отсутствии у НГДУ каких-либо поставок на экспорт.

По сообщению работников Нижневолжского отделения Федеральной службы по валютному и экспортному контролю, они также не получают из своего центрального аппарата подробной информации о движении экспортной валютной выручки.

Установленный Инструкцией порядок обеспечения правоохранительных и контролирующих органов сведениями о репатриации валютной выручки затрудняет осуществление прокурорского надзора и борьбу с валютными, налоговыми и иными правонарушениями субъектов внешнеэкономической деятельности, поскольку, ссылаясь на Инструкцию и на конфиденциальность информации о движении валюты, региональные таможенные органы и уполномоченные банки зачастую создают препятствия в получении таких данных, а сами на нарушения в полной мере не реагируют.

В ходе проверок экспортеров мы попутно выяснили, что неподнадзорная прокуратуре республики Калмыцкая таможня в случаях непоступления валютной выручки в порядке ст. 109 УПК РФ проверяла только наличие признаков таможенных преступлений (ст. 162(6) УК). Вопросы наличия признаков преступлений, предусмотренных ст. ст. 162(2) и 162(8) УК, она не затрагивала по мотиву неподведомственности и в то же время информацию, необходимую для выяснения этих вопросов, по своей инициативе в территориальные правоохранительные органы или в налоговую службу не передавала.

Кроме того, ГТК РФ 20 октября 1994 г. за N 01-12/1209, ссылаясь на необходимость защиты коммерческой тайны, издал Указание «О порядке предоставления статистической информации по внешнеэкономическим связям», ограничивающее представление сведений о конкретных участниках внешнеэкономических связей и конкретных внешнеторговых контрактах. По этому Указанию такая информация может быть предоставлена прокурору по мотивированному запросу на основании ст. 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», органам налоговой службы и налоговой полиции — «в порядке информационной поддержки проводимых ими расследований хозяйственной деятельности того или иного участника внешнеэкономических связей по установленным либо устанавливаемым фактам недоборов налоговых платежей», правоохранительным органам — «при наличии возбужденного уголовного дела с обязательным указанием даты и номера такового либо в связи с необходимостью проведения проверки информации, предшествующей возбуждению уголовного дела».

По нашему мнению, приведенные положения Указания являются незаконными.

Во-первых, согласно постановлению Правительства РФ No. 35 от 5 декабря 1991 г. не могут составлять коммерческой тайны сведения по установленным формам отчетности, а также сведения, необходимые для проверки правильности уплаты налогов и иных обязательных платежей. Упомянутые в Указании ГТК РФ сведения по внешнеэкономическим сделкам экспортеры обязаны в силу утвержденной Постановлением Госкомстата РФ N 274 от 30 декабря 1994 г. «Инструкции по составлению статистической отчетности по поставке товаров для экспорта (форма N 7-ВЭС)» представлять в органы статистики по установленной форме отчетности. Кроме того, сведения об экспортных операциях и поступлении (непоступлении) валютной выручки используются для проверки налоговой отчетности экспортера о доходах. Следовательно, ссылка ГТК РФ на защиту коммерческой тайны в этих случаях неправомерна.

Во-вторых, в соответствии с п. 9 ст. 11 Закона РФ «О федеральных органах налоговой полиции» и п. 30 ст. 11 Закона РФ «О милиции» ограничения на получение органами налоговой полиции и милиции от предприятий, организаций, учреждений и физических лиц необходимой информации могут устанавливаться только законом. Ввиду этого ГТК РФ не вправе был устанавливать особый порядок представления налоговой полиции и милиции сведений о внешнеэкономической деятельности.

На наш взгляд, предусмотренное Указанием правило о выдаче статистической информации только в случаях расследования по уголовному делу или проведения проверки в порядке ст. 109 УПК РФ просто абсурдно. Ведь такие сведения используются прежде всего для выявления признаков нарушений. Полученные при анализе сигналы будут как раз основаниями и поводами для начала проверок в порядке ст. 109 УПК РФ.

Территориальное подразделение Центробанка (Национальный банк РК) также отказывается предоставлять нам сведения о репатриации экспортной валютной выручки, ссылаясь на Инструкцию и на отсутствие у них данных по конкретным предприятиям — экспортерам. О поступлении к ним из Центробанка предусмотренных подп. 7.4 Инструкции обобщенных данных и о наличии нормативного документа ЦБ РФ о порядке предоставления прокуратуре и правоохранительным органам этих сведений нам ничего неизвестно.

В создавшейся ситуации территориальные правоохранительные и контролирующие органы из-за отсутствия исходной информации не могут вести эффективную и оперативную борьбу с невозвратом экспортной валютной выручки, сокрытием экспортных доходов от налогообложения и т.д. Более того, ссылаясь на отсутствие такой информации, они зачастую уклоняются от проведения необходимых проверок, и прокуратура вынуждена вместо них заниматься сбором данных о нарушениях. В указанном случае с НГДУ «Калмнефть» органы налоговой службы, налоговой полиции и безопасности Калмыкии в течение полугода не могли провести качественную проверку и ограничивались составлением справок об отсутствии у НГДУ экспортных операций и валютной выручки. Уголовное дело о сокрытии генеральным директором НГДУ Басанговым валютной выручки на сумму 1,8 млн. долларов США было возбуждено только благодаря тому, что прокуратура проявила настойчивость и самостоятельно добыла документы о таможенном оформлении экспорта. Расследование по делу завершено Генеральной прокуратурой РФ и направлено в суд.

В 1995 г. Генеральная прокуратура направила нам задание о проведении прокурорской проверки по фактам нарушений, выявленных Контрольным управлением Президента РФ. В справке Контрольного управления со ссылкой на данные Калмыцкой таможни и Национального банка РК указывалось, что экспортеры не возвратили валютной выручки на общую сумму 2 млн. долларов США. На наш запрос Национальный банк сообщил, что такими сведениями он не располагает, а Калмыцкая таможня выслала нам только частичную информацию. Прокуратура республики была вынуждена обращаться в Контрольное управление, и только после поступления оттуда копий справок таможни и банка мы смогли дать Управлению налоговой полиции поручение о проведении проверок в порядке ст. 109 УПК РФ. В ходе таких проверок выявлены случаи, когда валютная выручка для сокрытия поступления доходов была предприятиями зачислена на счета, не указанные при оформлении экспорта. По этим фактам возбуждены два уголовных дела по признакам ст. 162(2) УК. Сроки же исполнения задания нами, конечно, были нарушены.

На наш взгляд, для устранения указанных обстоятельств, негативно влияющих на борьбу с преступностью, следовало бы внести в Инструкцию ЦБ РФ и ГТК РФ пункты об обязательном направлении уполномоченными банками, территориальными органами Центробанка и региональными подразделениями таможенной службы сведений о зафиксированных нарушениях в соответствующие органы прокуратуры, налоговой службы и налоговой полиции на местах. Такая норма не будет, как указано выше, противоречить принципу сохранения коммерческой тайны. Не будет расходиться эта норма и с положениями о защите банковской тайны. Ведь банки имеют двойную природу — они одновременно и хозяйствующие субъекты, и контролирующие органы. Давая прокуратуре и правоохранительным органам информацию о допущенных экспортером валютных нарушениях, они выполняют свои обязанности контролирующего органа. Правомерные же действия клиентов по-прежнему будут защищены режимом конфиденциальности.

До внесения таких изменений в нормативные акты о валютном контроле Генеральная прокуратура могла бы добиться регулярного и полного получения из ГТК РФ предусмотренных подп. 7.4 Инструкции оперативных и статистических сведений и данные о нарушениях направлять для организации проверок нижестоящим прокурорам. Кроме того, на наш взгляд, следовало бы опротестовать противоречащие законодательству положения Указания ГТК РФ N 01-12/1209 от 20 октября 1994 г.