Злоупотребление правом во внешнеэкономической деятельности

04-03-19 admin 0 comment

Белов А.П.
Право и экономика, 2000.


Белов Анатолий Павлович

Специалист по вопросам внешнеэкономической деятельности. Заслуженный юрист РСФСР.

Родился в 1927 г. в Москве.

В 1950 г. окончил Московский институт внешней торговли. За время трудовой деятельности работал в системе Министерства внешней торговли СССР — в центральном аппарате, а также во внешнеторговых объединениях (1950 — 1982). Работал за рубежом: 1951 — 1954 гг.- в Румынии, 1965 — 1969 гг. и 1982 — 1987 гг. — в США.

В 1987 — 1992 гг. — начальник Управления правового обеспечения внешнеэкономических связей Министерства юстиции СССР. В настоящее время преподает в вузах курс правового регулирования внешнеэкономической деятельности. Является арбитром Коммерческого арбитража при Московской торгово — промышленной палате.

Автор множества научных работ, опубликованных в различных научных журналах в России и за рубежом.

В гражданском и торговом праве России и иностранных государств действует общий принцип «свободы предпринимательства», и юридические и физические лица могут по своему усмотрению осуществлять принадлежащие им гражданские права, если только эти права не вступают в противоречие с законом. Другим важным принципом осуществления гражданских прав, в том числе в предпринимательской деятельности, является принцип «добросовестности, разумности и порядочности». Тот, кто пренебрегает этими принципами, лишается права на судебную защиту своих интересов.

Предоставляемая юридическим и физическим лицам возможность осуществлять принадлежащие им законные права по своему усмотрению имеет свои пределы, выход за которые законом не допускается, а если кто и пытается выйти, то суд, в том числе и третейский, может отказать лицу в защите принадлежащих ему прав.

Во внешнеэкономической деятельности нередко встречаются случаи, когда обладатели принадлежащих им прав выходят за их пределы. Такие действия лиц встречаются в самых различных сферах предпринимательства. Среди них: право собственности, сфера обязательственного права, сфера промышленной собственности, сфера гражданского судопроизводства.

Пределы осуществления гражданских прав в России и в иностранных государствах регулируются законом, судебной практикой, а также находят отражение в доктрине.

Действия юридических и физических лиц, выходящие за пределы принадлежащих им гражданских прав, именуются «злоупотребление правом». При этом нужно отметить, что ни в законах РФ, ни в законах иностранных государств не имеется единой нормы права, в которой были бы перечислены все виды злоупотребления правом. И в этом состоит сложность проблемы, ибо в судебной практике встречаются случаи, когда трудно отделить действия лиц, злоупотребляющих своим правом, от действий, не подпадающих под это понятие. Во всех случаях, когда речь идет о «злоупотреблении правом» в какой-либо области предпринимательства, последнее слово остается за судом (арбитражем), который определяет, злоупотребляет ли соответствующее лицо своим правом, обращаясь за защитой, или не злоупотребляет.

Рассмотрим эту проблему по законодательству и практике России и некоторых иностранных государств.

Право и практика Российской Федерации

Основным нормативным актом, регулирующим вопрос «злоупотребления правом», является ГК РФ (часть первая). Ему посвящена специальная ст. 10. Это базовая норма. В ней установлено следующее:

«Статья 10. Пределы осуществления гражданских прав

1. Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

2. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд и третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

3. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских отношений предполагаются».

(Нужно отметить, что постановления указанной ст. 10 ГК РФ базируются на конституционном праве. Так, в ст. 17 п. 3 Конституции РФ читаем: «осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц». И еще ст. 34 п. 2 предусматривает, что «не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию».)

Анализируя п. 1 ст. 10, можно, по нашему мнению, отметить, что он достаточно противоречив и непоследователен. Это выражается в том, что речь в нем идет о различных формах злоупотребления правом и положением на рынке, а последствия для всех случаев — общие и одинаковые (п. 2 ст. 10) независимо от того, действовало ли лицо, злоупотребляющее своим правом или положением, сознательно и исключительно с целью причинить вред другому лицу либо такого намерения у него не было, хотя вред и был причинен. (В иностранном праве действия лиц исключительно с целью причинить вред другому лицу именуются шиканой.)

В п. 1 ст. 10 ГК РФ речь идет:

о шикане;

о злоупотреблениях правом в иных формах;

о злоупотреблениях положением на рынке.

Как различить указанные формы злоупотреблений, где критерий этого? Ведь все эти формы именуются в ст. 10 ГК РФ одинаково — «пределы осуществления гражданских прав».

Здесь уместно вспомнить позицию по этому вопросу, которой придерживался выдающийся российский ученый — цивилист С.Н. Братусь. Он отмечал, что, какова бы ни была степень конкретизации допускаемого законом круга возможных действий, входящих в содержание субъективного права, нельзя предусмотреть такого поведения субъекта права, которое формально соответствует этому праву, но в действительности входит в противоречие с его целью, перерастает в злоупотребление правом.

Чтобы предпринимателям было понятно, о каких действиях юридических и физических лиц, подпадающих под действие ст. 10 ГК РФ, идет речь, проиллюстрируем это на некоторых примерах.

О шикане. Она проявляется в различных действиях лица и в различных сферах. В сфере права собственности под шикану подпадают, например, действия собственника земельного участка, направляющего сток загрязненной воды на соседний участок, где имеются посадки ягод и овощей, с целью навредить ненавистному соседу. Или владелец квартиры сознательно создает сильный шум с целью навредить соседу. Однако как определить цель действий — умышленно или в силу беспечного поведения?

В обязательственном праве истец, имеющий право требовать от должника уплаты долга, предъявляет к нему иск, однако этот долг уже был уплачен за него другим лицом.

Подход российского арбитражного суда к этому вопросу можно проиллюстрировать на примере арбитражной практики о применении норм ГК РФ о банковской гарантии.

В одном из дел арбитражный суд рассмотрел вопрос о взыскании долга на основе банковской гарантии. Высший Арбитражный Суд РФ указал, что при наличии доказательств прекращения основного обязательства в связи с его надлежащим исполнением, о чем бенефициару было известно до предъявления письменного требования к гаранту, судом может быть отказано в удовлетворении требований бенефициара (ст. 10 ГК РФ). К такому выводу он пришел исходя из следующих обстоятельств рассматриваемого дела <*>.

———————————

<*> Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 15 января 1998 г. N 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ о банковской гарантии».

Бенефициар обратился с иском к организации — гаранту. В гарантии предусматривалась обязанность гаранта выплатить 20 млн. руб. при предъявлении бенефициаром требования с приложением письменного подтверждения факта отсутствия у принципала денежных средств для оплаты товара в размере, определенном договором купли — продажи.

В срок, установленный в гарантии, бенефициар предъявил гаранту требование о платеже с приложением заверенной принципалом справки, подтверждающей отсутствие средств на счете принципала на день, когда оплата товара должна была быть произведена. Гарант отказался от выплаты суммы по гарантии, указав, что, по имеющимся у него данным, оплата товаров бенефициару была произведена третьей организацией по просьбе принципала и, следовательно, обеспечиваемое обязательство исполнено. Бенефициар повторно потребовал оплаты от гаранта и после отказа последнего обратился с иском в арбитражный суд. Свои требования бенефициар основывал на положениях п. 2 ст. 376 ГК РФ, согласно которому, если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, гарант должен немедленно сообщить об этом бенефициару и принципалу. Полученное гарантом после такого уведомления повторное требование бенефициара подлежит удовлетворению гарантом.

Рассматривая спор, арбитражный суд установил: бенефициар, являясь кредитором в основном обязательстве, уже получил оплату за поставленный принципалу товар. Это обстоятельство подтверждалось представленными гарантом доказательствами. Факт оплаты товара за счет средств банковского кредита не отрицал и должник по основному договору (принципал).

При таких условиях арбитражный суд расценил действия бенефициара как злоупотребление правом и на основании ст. 10 ГК РФ отказал в иске.

В Обзоре судебно — арбитражной практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц <*> рассматривается пример из внешнеэкономической деятельности. В Обзоре ВАС РФ делает вывод о том, что арбитражный суд при наличии доказательств исполнения в иностранном государстве основного обязательства по внешнеэкономической сделке удовлетворительным для бенефициара образом отказывает в удовлетворении требований о выплате сумм по гарантии, предъявленных иностранной фирмой — бенефициаром в России.

———————————

<*> Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 16 февраля 1998 г. N 29.

Суть дела состоит в следующем. Иностранная фирма обратилась в арбитражный суд с иском к российскому коммерческому банку о взыскании крупной суммы по банковской гарантии, выданной в обеспечение внешнеторгового контракта в 1995 г.

Ответчик предъявил встречный иск о признании банковской гарантии недействительной со ссылкой на то обстоятельство, что истец злоупотребил доверием банка.

В срок, установленный в гарантии, бенефициар предъявил гаранту требование о платеже, сославшись на то, что принципал не поставил товар по внешнеторговому контракту. Гарант отказался от выплаты суммы по гарантии, указав, что, по имеющимся у него данным, основное обязательство исполнено удовлетворительным для бенефициара образом. Повторное требование бенефициара о выплате сумм гарантом также не было удовлетворено. В судебном заседании выяснилось, что контракт международной купли — продажи товара предусматривал в качестве обеспечения сделки залог имущества продавца.

Из представленных документов следовало, что российская фирма — продавец передала покупателю в залог имущество в виде двух морских судов. Согласно условиям внешнеторгового контракта в случае невыполнения обязательств продавца по поставке товара покупатель получал право удовлетворить свои требования за счет заложенного имущества, переходящего в его собственность в порядке, предусмотренном законодательством иностранного государства. После поступления имущества в залог покупатель заблаговременно оплатил товар по цене, предусмотренной внешнеторговым контрактом.

Одновременно стороны внешнеторговой сделки обратились в российский банк с просьбой выдать гарантию в качестве обеспечения надлежащего исполнения российской фирмой основного обязательства, связанного с поставкой товара за рубеж. При этом ни бенефициар, ни принципал не поставили банк в известность о том, что внешнеторговый контракт содержит развернутые условия о залоге имущества продавца и что передача имущества в залог на территорию иностранного государства состоялась. Банк выдал гарантию.

Предусмотренная внешнеторговым контрактом поставка товара не состоялась. И иностранная фирма обратилась с требованием о платеже к гаранту.

Бенефициар, обосновывая свои требования к банку, ссылался на положения п. 2 ст. 376 ГК РФ, подчеркивая, что по договору гарантии применимым правом является российское законодательство, предусматривающее, что если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, гарант должен немедленно сообщить об этом бенефициару. Полученное гарантом после такого уведомления повторное требование бенефициара подлежит удовлетворению гарантом.

Банк — гарант утверждал, что бенефициар ввел его в заблуждение, не сообщив, что обязательства российской стороной по внешнеторговому контракту уже выполнены обращением взыскания на имущество, находящееся в залоге. Последнее обстоятельство гарант расценивал как злоупотребление правом на получение гарантии по российскому законодательству, ссылаясь на ст. 10 ГК РФ.

При разрешении спора арбитражный суд установил, что применимым правом по договору гарантии является законодательство РФ.

Фактически бенефициар, являясь кредитором в основном обязательстве, уже получил возмещение за невыполнение условий внешнеторгового контракта из заложенного имущества на территории иностранного государства. С учетом этого для требований по гарантии в РФ не имелось достаточных оснований.

Таким образом, суд расценил требования бенефициара по выплате гарантии в условиях, когда основное обязательство исполнено на территории иностранного государства удовлетворительным для бенефициара образом, как злоупотребление правом в смысле ст. 10 ГК РФ и отказал в удовлетворении исковых притязаний.

В указанном Обзоре, помимо этого, отмечается, что международно — правовая нормативная и судебная практика также свидетельствует о том, что недобросовестное требование бенефициара о платеже по международному гарантийному обязательству в случае, когда «основное обязательство бесспорно было исполнено удовлетворительным для бенефициара образом», может являться формой злоупотребления правом и служить для добросовестного гаранта основанием к приостановлению платежа до принятия судебных мер.

В Обзоре говорится, кроме того, что подобное положение содержится в Конвенции ООН о независимых гарантиях и резервных аккредитивах (ст. 19, 20), рекомендованной Генеральной Ассамблеей ООН к принятию государствами — членами 26 января 1996 г.

(Отметим, однако, что эта Конвенция пока в силу не вступила <*>.)

———————————

<*> См.: Международное частное право. Сборник документов. — М.: БЕК. 1997.

В ст. 19 и 20 Конвенции говорится об исключениях из обязательства производить платеж, если, например, основное обязательство бесспорно было исполнено удовлетворительным для бенефициара образом. При этом суд на основе имеющихся у него доказательств может, в частности, выдать предварительный приказ о задержании гарантом платежа. При выдаче такого приказа суд может потребовать от лица, ходатайствующего о таком приказе, представить такой вид обеспечения, который сочтет необходимым.

Как видно, в Конвенции условия исключения из обязательства производить платеж совсем иные, чем те, на которые ссылался ВАС РФ, и более осторожные, чтобы гарант от ответственности уйти не мог.

Злоупотребление правом в иных формах. Чтобы было понятно, о чем идет речь и о каких иных формах злоупотребления правом кроме шиканы, рассмотрим следующий пример.

Собственник химического завода выбрасывает отработанные газы в атмосферу через дымовую трубу, нарушая тем самым экологию в своем регионе, при этом такие действия касаются не конкретного лица, а целых групп населения, т.е. носят социальный характер. При этом у собственника завода нет субъективной цели причинить вред другим лицам, ибо на производстве поставлены современные очистительные фильтры.

Чтобы обвинить собственника завода в злоупотреблении своим правом владельца, загрязняющего окружающую среду, необходимо установить и доказать, что им не были приняты необходимые меры предосторожности, т.е. действовал ли он злонамеренно с целью причинить вред другим лицам, или таких намерений субъективно у него не было. Вопрос этот довольно сложен именно с правовой точки зрения. Все возникшие вопросы решаются судом, основываясь на конкретных фактах, хотя закон в этих случаях не дает четкого ответа. Вопрос с шиканой более ясен, и ее основа определена в первой части п. 1 ст. 10.

Злоупотребления на рынке. По этому вопросу в России действует целый ряд антимонопольных законов и законов о недобросовестной конкуренции. Рассмотрим вопрос о злоупотреблениях на рынке на примере Федерального закона от 18 июля 1995 г. N 108-ФЗ «О рекламе».

Использование недобросовестных методов рекламы имеет одну цель — причинить вред конкуренту и устранить его с рынка в угоду своей выгоде. Именно об этом идет речь в ст. 6 «Недобросовестная реклама» этого Закона.

Согласно этой статье недобросовестной является реклама:

дискредитирующая юридических и физических лиц, не пользующихся рекламируемыми товарами;

содержащая некорректные сравнения рекламируемого товара с товаром других лиц, а также высказывания, образы, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию конкурентов;

вводящая потребителей в заблуждение относительно рекламируемого товара посредством имитации (копирования или подражания) общего проекта, текста, рекламных формул, изображений, музыкальных или звуковых эффектов, используемых в рекламе других товаров, либо посредством злоупотребления доверием физических лиц или недостатком у них опыта, знаний, в том числе в связи с отсутствием в рекламе части существенной информации.

Недобросовестная реклама не допускается.

За нарушение законодательства РФ о рекламе рекламодатели несут гражданско — правовую ответственность в соответствии с законодательством РФ. Лица, права которых нарушены в результате ненадлежащей рекламы, вправе обратиться в установленном порядке в суд, арбитражный суд с исками, в том числе и о возмещении убытков, включая упущенную выгоду, возмещении вреда, причиненного здоровью и имуществу, компенсации морального вреда, публичном опровержении ненадлежащей рекламы (ст. 31 Закона).

Как видно, здесь, кроме всего прочего, четко просматриваются все признаки шиканы, содержащиеся в ст. 10 ГК РФ: наличие права на рекламирование товара, действия недобросовестного рекламодателя с исключительной целью причинить вред другим лицам при использовании права на рекламу. При этом такие субъективные действия по злоупотреблению правом причиняют вред (материальный и моральный) не только конкретному конкуренту (конкурентам), но и широкому кругу потребителей рекламируемого товара, т.е. здесь речь идет уже о шикане социального характера.

Злоупотребление правом в гражданском процессе (процессуальная шикана). Этот вопрос в гражданско — процессуальном законодательстве РФ специально не урегулирован, как в ГК РФ, однако в нем содержатся отдельные процессуальные нормы, которые его касаются. О чем идет речь?

В международной коммерческой практике встречаются случаи, когда, например, иностранное юридическое или физическое лицо, злоупотребляя своими процессуальными правами, предъявляет иск к российскому юридическому либо физическому лицу в суде своего государства и одновременно или позднее это иностранное лицо предъявляет иск такому же российскому лицу по тому же основанию в арбитражном суде РФ:

когда дело в иностранном суде еще не завершено, или

когда дело в иностранном суде завершено и принято по нему решение, вступившее в законную силу.

В основе таких процессуальных действий иностранного лица лежит его неудовлетворенность ходом рассмотрения дела или вынесенным решением в своем суде, и такое лицо пытается найти, хотя и неправомерно, альтернативный способ защиты своих интересов в российском суде.

В международном гражданском процессе подобные ситуации именуются «Lis pendens», т.е. когда дело находится в производстве в суде иной юрисдикции, или «Res judicata», т.е. когда судом иной юрисдикции вынесено окончательное судебное решение и оно принимается за истину.

Вот как этот вопрос решается в Арбитражном процессуальном кодексе РФ. В ст. 214 АПК РФ установлено следующее:

«Ст. 214. Процессуальные последствия рассмотрения судом иностранного государства дела по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям.

Арбитражный суд оставляет иск без рассмотрения или прекращает производство по делу, если компетентный суд иностранного государства, принявший дело к рассмотрению до предъявления иска в арбитражный суд в РФ, рассматривает дело по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям или принял по этому делу решение, вступившее в законную силу.

Такие последствия не наступают, если будущее или принятое судом иностранного государства решение не подлежит признанию или исполнению на территории РФ либо соответствующее дело относится к исключительной компетенции арбитражного суда в РФ».

Средства правовой защиты лиц, которым причинен вред. В п. 2 ст. 10 ГК РФ в качестве санкции к лицам, злоупотребляющим принадлежащим им правом и причиняющим тем самым вред другим лицам, предусмотрена возможность отказа судом причинителям вреда в защите их прав. Вместе с тем в ГК РФ нет специальной нормы, предусматривающей способы защиты потерпевших лиц от такого рода действий тех, кто злоупотребил своим правом. Вместе с тем возмещение причиненного вреда может быть потребовано в суде потерпевшими на основе общих положений ГК РФ по вопросу о возмещении вреда (гл. 59 ГК РФ, часть вторая), а также положений тех законов РФ, которые предусматривают специально вопросы о возмещении причиненного вреда, например Закона «О рекламе», о котором шла речь выше.

Право и практика иностранных государств

В иностранных государствах, как и в России, имеется законодательство и судебная практика по вопросу злоупотребления правом. Как и в праве России, для злоупотребления правом характерно наличие действий лиц, не соответствующих принципам добросовестности, порядочности и разумности, поскольку их цель — причинение вреда другим лицам.

В странах «Общего права» вопросы злоупотребления правом регулируются в основном судебными прецедентами, а также отдельными законами, в странах континентальной Европы — законами и судебной практикой. Не последнее место принадлежит и правовой доктрине.

Регулирование в странах «Общего права». Рассмотрим этот вопрос на примере Великобритании и США.

Право Великобритании. Злоупотребление правом в этой стране проявляется в самых различных сферах гражданского и торгового оборота: в сфере права собственности, обязательственного права, процессуального права и др.

В сфере права собственности злоупотребление правом именуется зловредностью (Nuisance). Ее определение дано в «Своде английского гражданского права» <*>.

———————————

<*> Свод английского гражданского права. Обязательственное право / Под ред. проф. Дженкса Э. — М.: Юриздат. 1941.

В Своде (857) говорится следующее:

«Зловредностью считается действие или бездействие, в силу которого для лица незаконно создается надоедание, помеха или беспокойство при пользовании недвижимостью путем причинения последней физического ущерба либо иного вмешательства в пользование недвижимостью, угодьями, выгодами или иными подобными правами либо путем воздействия на здоровье лица, его комфорт и удобства. Если такое надоедание, помеха или беспокойство создают нарушения владения (Trespass), то это не препятствует иску о зловредности».

Как видно, зловредность может быть прекращена путем предъявления иска в суд потерпевшим лицом, которое может также потребовать взыскания причиненных ему убытков в зависимости от характера причиненного вреда.

Ответственным лицом за зловредные действия является лицо, создающее зловредность, например владелец недвижимости. Помимо требования о взыскании убытков потерпевшее лицо имеет право потребовать при наличии доказательств устранить или прекратить зловредность. Устранение зловредности допускается также в порядке самопомощи (Abatement), например вхождение на участок. Судебное запрещение о прекращении зловредности может быть выражено в виде запрета (Injunction) либо приказа (Mandatory Order), что сильнее запрета. В качестве примеров зловредности в Своде приводятся, в частности, следующие: распространение вредных газов, чрезмерный и необычный шум, создание затруднений в пользовании угодьями или сервитутами, направление воды на участок истца.

Злоупотреблением правом в сфере обязательственного права считаются сделки, являющиеся незаконными (Illegal Bargains). Правовая доктрина дает довольно пространный перечень таких сделок. Среди них следующие:

— контракты, направленные на совершение незаконных действий или на причинение ущерба (вреда);

— контракты, направленные на совершение действий, подпадающих под уголовные деяния;

— незаконный способ исполнения сделок;

— контракты, противоречащие «добрым нравам» и публичному порядку;

— контракты, предусматривающие торговлю с враждебным государством;

— контракты, направленные на ограничение торговли.

Указанные контракты, если они оспариваются заинтересованными лицами в суде, рассматриваются как сделки, не подпадающие под принудительное исполнение (Unenforciable), или вообще могут быть объявлены судом как ничтожные (Void), что означает, что контракта вообще не существует.

Злоупотребление правом в правосудии. В указанном выше «Своде английского гражданского права» предусматриваются два таких вида нарушения порядка отправления правосудия: злонамеренное судебное преследование (Malicious Prosecution) и злоупотребление гражданским процессом (Abuse of Civil Process). Что касается первого случая, то можно предъявить иск к лицу, которое злонамеренно и без разумных и вероятных оснований начало или продолжало против истца безуспешный уголовный, конкурсный или ликвидационный процесс, связанный для истца с позором его доброму имени, или с умалением кредита, или с денежными потерями, или с возможным лишением свободы.

По иску из злонамеренного судебного преследования может быть присуждено примерное возмещение (в качестве примера для других), но не может быть разрешено новое судебное разбирательство в силу чрезмерности присужденного возмещения, разве бы чрезмерность была такова, что обнаруживает пристрастность со стороны присяжных заседателей. Иск против корпорации — совокупности лиц из злонамеренного преследования может быть также заявлен. Что касается второго случая, то возможно предъявление иска и в других случаях гражданского производства, начатых злонамеренно и без разумного и вероятного основания, в результате которых истец понес ущерб; однако в подобных случаях ущерб, служащий основанием иска, должен превышать расходы ответчика по ведению дела.

Как видно из изложенного, в английском «Общем праве» вопросы злоупотребления правом изложены весьма четко, конкретно и ясно, а главное состоит в том, что потерпевшее лицо всегда найдет в суде защиту своих прав от лиц, злоупотребивших своим правом.

Соединенные Штаты Америки. В американском «Общем праве» прослеживается схожесть с английским в вопросе регулирования злоупотребления правом. Как и в Англии, действия лиц, злоупотребляющих правом, касаются различных отраслей права: права собственности (Nuisance), обязательственного права (незаконные сделки — Illegality), промышленной собственности (патенты, лицензии, товарные знаки и пр.), гражданского процесса. Доктрина также занимает не последнее место в этом вопросе.

В качестве примера рассмотрим вопрос о злоупотреблении правом в области обязательственного права. Общим принципом здесь является следующее правило: сделка считается незаконной, если ее заключение или исполнение носят криминальный характер, направлены на причинение вреда другим лицам или иным образом противоречат публичному порядку. Американская правовая доктрина сгруппировала виды сделок, которые рассматриваются в «Общем праве» США как незаконные. Среди них:

— сделки, ограничивающие торговлю (под них подпадают сделки, регулируемые «антитрестовским законодательством» США);

— сделки, направленные на причинение вреда другим лицам или имуществу;

— сделки, чинящие препятствия при отправлении гражданского правосудия (обструкция — Obstruction).

Речь здесь идет о помощи одного лица другому против третьего лица в судебном разбирательстве. Различаются два вида такой помощи (в Англии также имеется такой вид злоупотребления в гражданском процессе):

— поддержка или помощь, именуемые «поддержка» (Maintenance) и «чемперти» (Champerty). В первом случае лицо, без достаточных оснований оказывающее поддержку или помощь другому лицу в предъявлении и отстаивании искового требования против третьего лица или в защите против иска третьего лица, в результате чего это третье лицо терпит потери, несет ответственность по «иску вследствие поддержки» (Action of Maintenance), предъявленному этим третьим лицом за причиненные последнему убытки. Доказательств ненадлежащих мотивов со стороны ответчика не требуется. Иск вследствие поддержки не отпадает, если истец не добился успеха в процессе, в котором он получил поддержку.

Правонарушение носит название «чемперти», когда поддержка в гражданском процессе оказывается с целью получить участие в выгодах от этого процесса и лицо, оказывающее такую поддержку в процессе, отвечает на тех же основаниях по иску потерпевшего лица. Однако соглашение о передаче сведений для ведения процесса за предоставление части выгод само по себе не составляет чемперти. Общий интерес или благотворительность не являются оправданием для чемперти.

Каковы же последствия заключения и исполнения сторонами незаконных контрактов?

Последствия заключения незаконных сделок связаны с их недействительностью, а следовательно, и с их исполнением. Общим правилом является то, что сделка, признанная незаконной, считается ничтожной. Такая сделка не может быть исполнена ни одной из сторон, например при отсутствии встречного удовлетворения (Consideration) — как со стороны всех участников сделки, так и со стороны кого-либо из них.

Если сделка является незаконной в какой-либо ее части, то только эта часть является ничтожной и не подлежит исполнению.

Однако не во всех случаях последствия незаконности касаются обеих сторон. Например, если какая-либо сторона вступает в незаконную сделку и при этом полностью не осведомлена о фактах, создающих ее незаконность, а другая сторона знает о том, что она заключает незаконную сделку, то первая сторона может потребовать исполнения сделки другой стороной. Так, автоперевозчик может предъявить иск о нарушении договора перевозки подрядчиком, когда истец не знал, что подрядчик не имел лицензии на осуществление своей деятельности.

И еще. Если в момент заключения контракта он был законным, а затем стал незаконным вследствие изменения законодательства, то судебная практика считает, что в таких случаях он подпадает под понятие «невозможность исполнения». По-иному решается вопрос, если контракт при его заключении был незаконным, а впоследствии он стал законным в силу изменения законодательства. Общим правилом является тот факт, что изменение закона не делает контракт действительным, поскольку первоначально он являлся незаконным.

Таковы некоторые правила, касающиеся вопроса о последствиях заключения и исполнения незаконных сделок. Конечно, рассмотренные отдельные примеры не являются исчерпывающими и не охватывают всех сложных последствий заключения и исполнения незаконных сделок.

Право Франции. В Гражданском кодексе Франции (далее — ФГК) в основу обязательственного права также положен принцип «добросовестности» и сделки, которые не соответствуют этому принципу, рассматриваются как ничтожные.

Глава 111 ФГК касается правовых норм «о силе обязательств». В ст. 1134 ФГК прямо установлено, что соглашения сторон должны выполняться добросовестно. В ст. 1234 ФГК говорится, что обязательства погашаются их ничтожностью. Ничтожными признаются, в частности, сделки, не соответствующие закону Франции. И еще. Недозволенным основанием для заключения сделки признаются сделки, когда такое основание «запрещено законом и когда оно противно добрым нравам или публичному порядку» (ст. 1133 ФГК).

Кроме того, вопросы злоупотребления правом регулируются не только ФГК, но и другими законодательными актами. Так, французский закон 1978 г. признает незаконными условия договоров, означающие злоупотребление правом (Clause abusives).

Таковы основные и общие положения французского права.

* * *

Рассмотрение законодательств и практики, а также доктрин российского и иностранного права относительно злоупотребления правом в гражданском и торговом обороте показывает, что можно констатировать определенную схожесть в регулировании этого важного для предпринимателей вопроса. Принципиальная схожесть прослеживается, однако различие идет по линии способов выражения этого права: прямое регулирование вопросов в законодательстве под наименованием «злоупотребление правом» (Российская Федерация, Франция) и «незаконность» сделок, подпадающих под это понятие. Сущность этого понятия, таким образом, одна, а подходы к ней разные. Какие выводы можно сделать из вышеизложенного?

1. Сложность указанной проблемы заключается в том, что в законодательстве РФ и иностранных государств не содержится понятия и критериев определения злоупотребления правом. Содержание этого понятия раскрывается в судебной практике и в доктрине, которая сама основывает свои выводы как на законе, так и на судебной практике, а судебная практика в свою очередь строит свои решения зачастую на положениях доктрины. Все взаимоувязано.

2. Тем не менее судебная практика и доктрины выработали некоторые пути подхода к «злоупотреблению правом». Основным принципом является оценка соответствующего действия лица, злоупотребляющего своим правом, с позиций добрых нравов, справедливости и разумности. Хотя эти термины являются «каучуковыми», все же судебная практика по ним, особенно в иностранных государствах, весьма обширна и разнообразна и на ее основе суды могут прийти к выводу о том, злоупотреблял владелец прав ими или нет.

Говоря об указанных концепциях «каучуковых» норм, нужно иметь в виду, что это не что иное, как моральные категории, которые присущи данному обществу, данному социальному строю, и в силу этого они могут существенно отличаться: что морально в одной стране, аморально в другой. Эти понятия носят социальный характер.

Сказанное выше касается шиканы и иных форм злоупотребления правом как наиболее сложных с правовой точки зрения.

Что касается злоупотреблений правами в сфере недобросовестной конкуренции, то здесь вопросы решаются судом значительно проще, поскольку в РФ и иностранных государствах имеется законодательная основа, регулирующая соответствующие отношения сторон законодательными актами, в частности антимонопольными законами и законами о промышленной собственности.

3. Российским предпринимателям следует в своей деятельности достаточно осторожно подходить к использованию своих прав, чтобы их действия не могли подпасть под злоупотребление правом со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями, как изложено выше. И наоборот, если какое-либо лицо злоупотребляет своим правом, то предприниматели могут предпринять законные меры с целью воспрепятствовать таким злоупотреблениям и защитить свои законные интересы.