Неустойчивое равновесие или четкая цель?

04-03-19 admin 0 comment

Попов А.
Бизнес-адвокат, 2000.


В настоящее время научно — техническая деятельность является одним из основных направлений развития международного экономического сотрудничества. В рамках научно — технического сотрудничества осуществляется взаимодействие, имеющее своей целью создание и внедрение новейших разработок в различных областях науки и техники, заключаются лицензионные договоры на использование изобретений и других объектов патентного права, происходит обмен техническим опытом и секретами производства, т.н. «ноу-хау».

Основы этого вида сотрудничества были заложены еще в СССР, имевшем большой научно — технический потенциал и богатый опыт осуществления внешнеэкономической деятельности. Следует отметить, что в СССР любые отношения с зарубежными странами были централизованы и осуществлялись через внешнеторговые объединения, создаваемые в распорядительном порядке на основании приказов министра внешней торговли. Система охраны изобретений и других научно — технических достижений существенно отличалась от ныне существующей. Правовые нормы об охране изобретений не отвечали мировым требованиям и стандартам.

Развитие научно — технического сотрудничества стало переходить на качественно иной уровень с принятием Патентного закона Российской Федерации от 23 сентября 1992 г. N 3517-1 (далее — Патентный закон), которым регулируются имущественные, а также связанные с ними личные неимущественные отношения, возникающие в связи с созданием, правовой охраной и использованием изобретений, полезных моделей и промышленных образцов на территории РФ. С его принятием расширились перспективы развития взаимовыгодного международного научно — технического сотрудничества. Так, статья 36 Патентного закона установила, что иностранные физические и юридические лица пользуются правами, предусмотренными Патентным законом, наравне с физическими и юридическими лицами РФ в силу международных договоров РФ или на основе принципа взаимности. Таким образом, физическим и юридическим лицам иностранного государства предоставляются определенные права при условии, что российские физические и юридические лица будут пользоваться такими же правами в данном иностранном государстве, если иное не установлено международными договорами РФ.

СССР являлся участником Парижской конвенции по охране промышленной собственности, Договора о патентной кооперации. Российская Федерация стала правопреемницей СССР по этим соглашениям, установив, что участие во всех конвенциях, соглашениях и других международно — правовых документах, подписанных СССР в рамках Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности (ВОИС) или под ее эгидой, продолжается Российской Федерацией. Кроме того, после распада Союза ССР Россия и ряд стран СНГ стали участниками Евразийской патентной конвенции 1994 г.

Россией были также заключены двусторонние соглашения, направленные на установление отношений по сотрудничеству в области охраны промышленной собственности с Киргизией, Узбекистаном, республикой Беларусь, Казахстаном, Арменией, Азербайджаном и Украиной.

Созданная правовая база должна способствовать дальнейшему развитию международного научно — технического сотрудничества, процесса обмена передовыми технологиями, что, в свою очередь, является одним из важнейших условий развития наукоемких отраслей экономики и способствует дальнейшей интеграции России в мировое сообщество.

Между тем, развитие этого вида сотрудничества осложняет целый ряд проблем в сфере правового регулирования отношений, связанных с предоставлением охраны запатентованным в Российской Федерации объектам промышленной собственности. Патентный закон, уделяя особое внимание регистрации изобретений, полезных моделей и промышленных образцов, особенностям действия патента, не устанавливает каких-либо специальных правил о защите прав патентообладателей и авторов изобретений и других объектов патентного права, в связи с чем последние вынуждены защищать свои права в порядке, предусмотренном общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом патентообладатели и авторы должны руководствоваться прежде всего положениями главы 2 Гражданского кодекса, которые предусматривают различные способы защиты гражданских прав (ст. 12).

Совершенно очевидно, что способы защиты гражданских прав, указанные в ст. 12 Гражданского кодекса, должны быть конкретизированы применительно к защите прав патентообладателей и других субъектов патентного права с учетом особенностей, связанных с защитой интеллектуальной собственности. При этом следует исходить из того, что в соответствии со ст. 138 Гражданского кодекса под интеллектуальной собственностью признается совокупность исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, причем исключительные права носят имущественный и неимущественный характер. Теснейшая взаимосвязь именно между имущественными и неимущественными правами должна учитываться при их защите как в судебном, так и во несудебном порядке.

Другой проблемой является неопределенность в том, к подсудности каких судов должно быть отнесено разрешение споров, возникающих из нарушений патентных прав. Высшая Патентная Палата Российской Федерации не была создана, а существующая ныне система судебной защиты патентных прав действует недостаточно эффективно, и связано это с тем, что патентные и лицензионные отношения имеют свою специфику, обусловленную сложностью данного правового института. В литературе существуют различные точки зрения относительно того, какими судебными органами должны разрешаться данные споры. Наиболее предпочтительна точка зрения А.П. Сергеева, который предложил создать специальные коллегии в Верховном Суде и Высшем Арбитражном Суде по рассмотрению патентных споров.

Внутреннее законодательство, являющееся неотъемлемой частью правовой базы, создаваемой для расширения сферы международного научно — технического сотрудничества, имеет и другие особенности, отличающие его от национальных патентных законодательств ряда других стран. Это задерживает развитие международных отношений в этой сфере. Кроме того, сложившаяся судебная практика по некоторым вопросам, связанным с охраной промышленной собственности, до сих пор придерживается позиций, установленных еще во время существования СССР. Особенно важно то, что некоторые разъяснения судов используются при толковании положений законодательства, связанных с совместными изобретениями, созданными творческим трудом нескольких авторов. А ведь любое сотрудничество, в том числе и международное, базируется на соединении усилий различных субъектов.

В п. 2 ст. 7 Патентного закона указано, что, если в создании объекта промышленной собственности участвовало несколько физических лиц, все они считаются его авторами… Не признаются авторами физические лица, не внесшие личного творческого вклада в создание объекта промышленной собственности, оказавшие автору (авторам) только техническую, организационную или материальную помощь либо только способствовавшие оформлению прав на него и его использованию. Это положение Патентного закона применяется судами с учетом разъяснений, данных еще Пленумом Верховного Суда СССР. В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 15 ноября 1984 г. N 22 указано, что при рассмотрении споров о соавторстве на изобретение суду следует устанавливать характер участия каждого из лиц, претендующих на соавторство, в создании технического решения, совокупность признаков которого получила отражение в формуле изобретения.

В двусторонних международных соглашениях, заключаемых ранее СССР и сейчас Российской Федерацией, устанавливаются иные — более «мягкие» критерии соавторства. При этом принято исходить из критериев творческого и материального вклада. Думается, что излишняя «формализация» творческого вклада, т.е. признание его только в том случае, если он был включен в формулу изобретения, не способствует развитию совместной изобретательской деятельности.

Особый интерес в связи с этим вызывает разработанное в 1984 г. при поддержке ВОИС «Руководство по совместной изобретательской деятельности». В нем, в частности, указано, что изобретение является совместным при условии, что по меньшей мере один из изобретателей привлечен к работе одной из сотрудничающих сторон и по меньшей мере один иной изобретатель привлечен к работе другой сотрудничающей стороной независимо от того, где было создано это изобретение. Как видно, определение совместного изобретения выходит за пределы определения соавторства. Таким образом, международной практикой была создана новая, более удобная категория совместного изобретения, которую обошел стороной Патентный закон, придерживаясь более узкой трактовки института соавторства.

Наличие этих и ряда других проблем существенно затрудняет применение положений внутреннего законодательства о научно — технической деятельности на практике, что отражается и на международном сотрудничестве в этой области.

Однако нельзя не отметить тот факт, что российское законодательство закрепило ряд положений, создавших условия для развития научно — технической деятельности в стране. Это и увеличение до шести месяцев срока льготы по новизне, и регламентация предоставления права на использование изобретения посредством заключения лицензионных договоров, и установление правил о конвенционном приоритете, о приоритете по дате поступления дополнительных материалов, о приоритете по ранней заявке и ряд других.

Эти правила призваны способствовать осуществлению надежной охраны патентных прав и развитию рынка продажи лицензий, основанном на принципах взаимовыгодного сотрудничества. Продажа лицензий — одно из основных средств развития производства, преодоления различных таможенных барьеров, а также способ обмена научно — техническими достижениями. Кроме того, доходы от продажи лицензий на международном рынке достаточно высоки, что при умелом осуществлении этого вида деятельности может стать одним из основных критериев экономического роста России.