Принцип верховенства права в этико-правовом измерении

04-03-19 admin 0 comment

Лафитский В.И.
Журнал российского права, 2007.


В русском языке право тесным образом связано с такими понятиями, как «справедливость», «правда», «праведность», «правильное». Все они имеют один корень. Такую же семантическую связь можно обнаружить во многих древних и современных языках.

Но, подчеркнем особо, в русском языке право ассоциируется не только с правдой и справедливостью, но и с такими понятиями, как «править», «правитель», «правительство».

В результате в расщепленном общественном сознании возникают причудливые образы: правительство предстает как средоточие и источник справедливости, а право — как продукт его воли, какой бы несправедливой, произвольной либо преступной она ни была.

Когда-то Иисус Христос сказал: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам…» <1>. С полным основанием те же слова могут повторить авторы любого закона. Только мир права, созданный ими, не будет столь совершенным, как мир Иисуса Христа.

———————————

<1> Евангелие от Иоанна. Глава 14. Стих 27.

И дело не в том, что право не может быть выше уровня общественных отношений. Этой порочной формулой марксизм скрывал иную, истинную природу права, в котором, как в зеркале, отражены пороки, интеллект, цинизм тех, кто его создал.

В книге «Сумерки права» я писал о том, как в российском законодательстве проявляются такие грехи правотворчества, как властолюбие, корысть, цинизм, бездуховность, зависть, невежество и страх. Те же пороки, с разной степенью запущенности или развития, присущи любой правовой системе.

Поэтому обсудим эти проблемы как общие.

Властолюбие. Первый порок — властолюбие, который во многом определяет ход истории, его ускоренное либо замедленное движение, а также движение вспять.

Власть прельщает. Ради нее идут на любые преступления: политические убийства, перевороты, клевету, подтасовки на выборах. И происходит это не только в странах третьего мира, но и в государствах с давними демократическими традициями.

Борьба за власть была причиной многих правительственных кризисов в Италии, Японии, Израиле, Польше, Чехии, Венгрии, многих других государствах.

Основным стержнем наиболее радикальных национальных движений (косовских албанцев в Сербии, басков в Испании, франкоязычного населения в Канаде, фламандцев в Бельгии и т.д.) также является борьба за власть.

Наиболее полно арсенал средств политической борьбы проявляется на выборах.

Так, в 2000 г. победу Дж. Буша на президентских выборах обеспечил не только Верховный Суд США, который отменил решение Верховного Суда Флориды о ручном пересчете голосов, но и хорошо организованные многочисленные группы сторонников республиканской партии, которые препятствовали ручному пересчету голосов на избирательных участках штата. В этой связи нелишне напомнить, что губернатором Флориды в то время был родной брат Дж. Буша.

Не менее драматичные, во многом — труднообъяснимые события развернулись в США на следующих президентских выборах 2004 г.

В день выборов, согласно данным экзит-полов <2>, кандидат Демократической партии Дж. Кэрри уверенно лидировал, опережая Дж. Буша на три млн. голосов, но в итоге он проиграл ему с той же разницей голосов <3>. Никогда в США данные экзит-полов так не расходились с официальными показателями, как на выборах 2004 г.

———————————

<2> Опрос проводился совместно двумя фирмами Mifotsky International и Edison Media Research по заказу шести ведущих медиа-корпораций США: CBS, NBC, ABC, CNN, Fox News Channel, Associated Press.

<3> По данным экзит-полов, Дж. Кэрри заручился поддержкой 50,8%, а Дж. Буш — 48,2% голосов избирателей. Согласно официальным данным, большинство избирателей поддержали Дж. Буша (50,9%).

Такие факты косвенно подтверждают нарушения, допущенные при проведении выборов и подсчете голосов. Выявление подобных фактов, в частности, послужило причиной проведения в том же 2004 г. повторного голосования на президентских выборах на Украине.

Но для Соединенных Штатов обошлось без последствий. Промолчали иностранные наблюдатели. Промолчали проигравшие демократы и простые избиратели. Для многих из них было проще смириться с поражением, чем признать иллюзорность такого начала демократии, как выборы.

Впрочем, во многом иллюзорными оказались и те «сдержки и противовесы», которые положены в основу американской системы разделения властей.

Так, в апреле 2006 г. Дж. Буш заявил о том, что он не намерен исполнять около 750 действующих федеральных законов, поскольку они, по его мнению, противоречат Конституции США.

Делая такие заявления, Президент не вступает в прямую конфронтацию с Конгрессом и Верховным Судом США. Но он издает множество так называемых заявлений, в которых федеральной бюрократии даются указания, как исполнять либо не исполнять вновь принятые либо давно действующие федеральные законы.

Таких примеров можно привести много.

Но остановимся на другом аспекте этой проблемы, поскольку властолюбие — это не только борьба политиков за власть, но и любовь народа к власти.

Народ любит власть не только потому, что она дает защиту, является для многих источником благ, но и потому, что в ней видят те же пороки, которые живут в каждом из нас. Наверное, поэтому и в фашистской Германии, и в Италии времен Муссолини даже самые жестокие репрессии правящих режимов встречали понимание, а в России в сталинское время — иногда и восторженное ликование толпы.

Корысть. «Нет более отвратительного порока, — писал Цицерон, — чем алчность, особенно со стороны первых граждан и людей, стоящих у кормила государства» <4>.

———————————

<4> Цицерон. Об обязанностях. Кн. 2-я, XXII, 77 // Цицерон. О старости, о дружбе, об обязанностях. М., 1975. С. 121.

Причин коррупции много. Но главная — неспособность ограничить проникновение денег в политику.

Во Франции за последние 12 лет более 600 политиков были преданы суду либо находятся под следствием. В их числе — бывший Президент Франции Ж. Ширак. Его обвиняют в финансовых махинациях, допущенных в те годы, когда он был мэром Парижа.

В Италии в последние 15 лет обвинения в коррупции были предъявлены 5000 политикам и бизнесменам, в том числе пяти бывшим премьер-министрам.

Коррупция растлевает не только политические ветви власти — законодательную и исполнительную, но и суды. Так, согласно оценке специального докладчика ООН по вопросам независимости судей и юристов, в Мексике в 2002 г. были коррумпированы от 50 до 70% федеральных судей <5>.

———————————

<5> Report of the Special Rapporteur on the Independence of Judges and Lawyers. Dato’Param Cumaraswamy. Submitted in Accordance with Commission on Human Rights Resolution 2001/39. Addendum. Report on the Mission to Mexico.

Действующее законодательство не может сдержать проникновения денежных потоков в политику. Что, в общем, не случайно, поскольку в нем много пробелов и противоречий. Наиболее отчетливо они проявляются в избирательном законодательстве. Результат известен: политическим партиям приходится платить за финансовую помощь на выборах — платить той валютой, которой располагают депутаты: поддержкой соответствующих законопроектов, правительственными контрактами, налоговыми и иными льготами.

Цинизм. Цинизм — одна из наиболее приметных черт современного права. При этом, как никакой иной порок, он принимает самые разнообразные формы. Нередко он служит завесой, которая прикрывает другие пороки, такие, как властолюбие или корысть. Но чаще он выступает в своем собственном качестве. Ведь власть по большей части — удел циничных людей.

Впрочем, в любом законе есть доля цинизма. Его цели всегда достигаются за счет кого-то, хотя формально перед ним все равны.

Приведу несколько примеров.

Во многих странах успешное экономическое развитие достигается за счет эксплуатации отдельных регионов, социальных групп, сокращения социальных программ. Так, в России рост экономики последних лет является следствием не только высоких цен на энергоресурсы, но и запредельно низких пенсий и заработной платы большей части россиян. Они лишены возможности достойного существования, хотя именно они являются основной движущей силой экономической стабилизации и возможного «экономического чуда» России.

Цинизм проявляется и в практике применения законов. И сейчас многие чиновники (в том числе правоохранительных органов) руководствуются принципом, сформулированным бразильским диктатором Ж. Варгасом: «Для моих друзей — все, что они хотят, а для врагов — закон».

Другой пример цинизма. В 2006 г. Президент Дж. Буш выступил с заявлением о необходимости отмены Закона 1978 г. «О контроле за органами внешней разведки» на том основании, что он принят давно. И в то же время он требует привлечения журналистов к уголовной ответственности по Закону «О шпионаже» 1917 г. за разглашение данных о секретных тюрьмах, методах допросов, условиях содержания заключенных.

Для цинизма нет преград. Его объектом могут стать любые общеправовые или конституционные ценности.

Но главная его опасность заключается в том, что он порождает циничное общество, которое лишено жизненных сил.

Бездуховность. Право должно быть одухотворенным. Без духовной идеи оно отдается на волю других страстей — властолюбия, корысти и цинизма.

В современном праве западных стран, в том числе и России, духовное начало утрачено. Осталась только юридическая «техника», применяя которую, мы служим, как сказано в Библии, «другим богам… дереву и камню» <6>.

———————————

<6> Второзаконие. Глава 28. Стих 64.

В результате законы все чаще напоминают своды технической документации, в которых, по образному выражению Г. Гегеля, «право похоронено в пространном научном аппарате» <7>.

———————————

<7> Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 252 — 253.

Такой новый образ права — естественное следствие того, что оно создается в основном бюрократией. Она закрепляет в нем свое видение мира, свои интересы, доступные ей средства и привычные формы общения.

Сложность восприятия его языка, обремененного множеством юридических терминов, очевидна. Понять их значение без специальной подготовки невозможно.

Нередко законы утрачивают какую-либо связь с действительностью, отражая в основном абстрактные расчеты их составителей. И таких бумажных, фиктивных по существу законов становится все больше.

Французский философ Альбер Камю высказал одну удивительно точную мысль: «Служить человеку можно лишь в его единстве и цельности. Если он голоден и нуждается в хлебе и вереске и если правда, что прежде нужен хлеб, научимся хотя бы хранить память о вереске» <8>.

———————————

<8> Камю А. Прометей в аду // Камю А. Избранное. М., 1988. С. 371.

В преломлении к проблемам правотворчества эта мысль означает одно: при решении любых вопросов права, при разработке актов, пусть даже самых прозаичных, необходимо помнить о «вереске» права, который преобразил и который, возможно, спасет этот мир.

В западной цивилизации таким вереском права были христианские ценности. Но мы забыли о них, отторгнув религию от государства. А ведь христианство — это не только религия. Оно — основа мироздания западной цивилизации. Христианство пробудило ее к жизни. В течение многих столетий оно лелеяло и хранило ее для того будущего, о котором сказано в Нагорной проповеди Христа.

Зависть. Пятый порок — зависть. Этот порок накладывает мощный отпечаток на правовое развитие.

Зависть лежит в основе многих фискальных решений: реквизиций, конфискаций, непомерно высоких налогов, столь известных в истории современной России. В них нет экономической составляющей. Есть только одно страстное желание — лишить собственности тех, кому она принадлежит.

На выборах избиратели редко отдают свои голоса наиболее достойным кандидатам. Они предпочитают тех, кто не возвышается над ними по интеллекту.

Зависть — основная причина вытеснения с государственной службы талантливых специалистов. Как говорил Анатоль Франс, «в таланте есть нечто дерзновенное, за что воздают глухой ненавистью и клеветой» <9>. Как следствие, профессиональный уровень государственной службы заметно падает не только в России, но и во многих других государствах, в том числе в США, Великобритании, Франции, Италии. И каждое из них может с грустью повторить слова героя пьесы У. Шекспира «Троил и Крессида»:

———————————

<9> Франс А. Суждения господина Жерома Куаньяра. Франс А. Собр. соч. Т. 2. М., 1958. С. 529.

Горячка зависти обуревает

Всех, сверху донизу; нас обескровил

Соперничества яростный недуг <10>.

———————————

<10> Шекспир У. Собр. соч. Т. XIV. СПб., 1995. С. 268.

Зависть — опасный порок, который угрожает существованию государства. Об этом в Циньской клятве Му-Гуна, китайского правителя VII века до нашей эры, сказано: «Если сановник… будет испытывать ревность и зависть к талантам других и из-за этого ненавидеть их, будет противодействовать даровитости и совершенномудрию в людях, дабы не дать им ходу, в действительности не имея способности преисполниться этим, то он не будет способен оберегать моих детей, внуков и простой народ. Как же это не назвать опасностью?!» <11>.

———————————

<11> Да Сюэ. Конфуцианское «Четверокнижие» Сы Шу. М., 2004. С. 116.

Итак, согласно Циньской клятве, основная задача заключается в том, чтобы не допустить завистливых людей во власть. Но такая задача во многом неосуществима, поскольку политика — в основном удел завистливых людей с неутоленными амбициями, ограниченными способностями, глубокими комплексами.

Невежество. Невежество — одна из самых типичных черт законодательства. Она предопределена низким профессиональным уровнем большей части законодателей и политиков. За редкими исключениями, в основном это — люди, имеющие смутные представления о системе законодательства, о том, как должен создаваться и может применяться закон. В законодательной деятельности их прельщает главным образом одно — ее публичность.

«Суета сует — все суета», — сетовал Экклезиаст <12>. Эти слова часто приходят на память, когда читаешь многие современные законы. Редко они ограничиваются той целью, которую ставят. Зачастую они включают множество посторонних, в основном ненужных вопросов. Такие акты плохо структурированы, содержат нормы, чей смысл трудно уловить.

———————————

<12> Экклезиаст. Глава 1. Стих 2.

И как тут не вспомнить слова М. Монтеня: «Часто законы создаются дураками, еще чаще людьми, несправедливыми из-за своей ненависти к равенству, но всегда людьми, действующими суетно и непоследовательно» <13>.

———————————

<13> Монтень М. Опыты. М., 1992. С. 339.

В Интернете есть много сайтов, авторы которых выявляют и классифицируют плоды невежества либо банальной глупости законодателей.

В мою задачу не входит увеселение читателей. Отмечу только те последствия, к которым ведут просчеты в законодательстве и в правоприменительной практике.

Прежде всего, утрачивается вера не только в закон, но и в способность государства решать вопросы социально-экономической и политической жизни.

Нередко они тяжелым бременем ложатся на экономику страны. Так, например, в США общие потери федеральной казны в результате ошибок в планировании, контроле за расходованием бюджетных средств ежегодно составляют от 20 до 40 млрд. долл. В России, судя по всему, этот показатель не ниже.

Невежество способно не только разорить, но уничтожить государство. Так, до сих пор в России выдвигаются предложения по укрупнению субъектов Федерации. Утверждают, что для нашей Федерации 85 субъектов много, что достаточно иметь семь (по числу федеральных округов) либо 15 — 20 субъектов, которые якобы более приспособлены для решения политических и социально-экономических задач. Не знаю, как они будут решать такие задачи. Вряд ли лучше, чем сейчас. Но вот что очевидно: не существует более верного пути к развалу России, чем тот, который предложен авторами этой реформы. Небольшие по своим территориям, экономическому потенциалу субъекты не представляют угрозы для целостности Федерации. Иное дело — крупные государственные образования. Достаточно в этой связи вспомнить печальный опыт развала Союза ССР, который был расколот вследствие борьбы между слабым центром и крупными, «самодостаточными» союзными республиками.

Страх. Последний порок — страх. Когда-то Моисей 40 лет водил по пустыне библейский народ, чтобы он сбросил с себя оковы страха. Как свидетельствует Библия, своей цели он добился.

В современном западном мире общество также стало свободным от страха через 40 лет после того, как закончились гонения первого этапа холодной войны (в США — время «маккартизма»).

Но ростки этой свободы оказались непрочными.

Их выжгли террористические акты, начавшиеся после сентябрьской трагедии 2001 г.

Тогда мало кто мог предположить, к каким последствиям они приведут.

Сейчас, спустя шесть лет, они проявились в полной мере. Вновь в политическую жизнь многих стран вошли, казалось бы, давно забытые явления: слежка за гражданами и несанкционированные аресты, негласная цензура и подавление оппозиционных партий и общественных объединений.

Вместе с ними вернулся страх.

В России эту картину дополняют нескончаемые войны за передел собственности, объектом которых становятся все виды имущества — предприятия, ценные бумаги, квартиры, земельные участки и т.д. При такой незащищенности прав собственности нет стимулов к ее приумножению.

Но что самое страшное: страх ломает судьбы людей. Они, как в сказке «Премудрый пескарь», зарываются в свои «тесные норки», где живут в постоянном мучительном страхе. «Это не граждане, — писал М. Салтыков-Щедрин, — никому от них ни тепло, ни холодно, никому ни чести, ни бесславия… живут, даром место занимают да корм едят. И в отношении каждого из них можно сказать: «Жил — дрожал и умирал — дрожал… Только и всего» <14>.

———————————

<14> Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города. Господа Головлевы. Сказки. М., 1999. С. 458.

И последнее, что необходимо сказать.

Верховенство права так и останется недостижимым идеалом, пока мы не найдем противоядие и не начнем лечить те пороки, которые разъедают ткань права. В этом, как мне кажется, и состоит наша основная общая задача.