Изменение устава общества с ограниченной ответственностью в связи с уступкой доли в уставном капитале

04-03-19 admin 0 comment

Фархутдинов Р.С.
Законодательство и экономика, 2007.


Передача прав участия всегда была неразрывно связана с внесением сведений о новом участнике в книги товарищества. Трансферт встречается уже в XII в. в итальянских объединениях maonae — передача пая осуществлялась по распоряжению собственника путем внесения в эти книги соответствующей записи <1>.

———————————

<1> Долинская В.В. Акционерное право: Учебник / Отв. ред. А.Ю. Кабалкин. М.: Юридическая литература, 1997. С. 31.

Данный порядок характерен для действующего российского акционерного законодательства. Так, моментом перехода прав по акции считается внесение имени нового владельца акций в реестр акционеров <2>.

———————————

<2> В соответствии с абзацем 8 ст. 29 Закона о рынке ценных бумаг права, закрепленные эмиссионной ценной бумагой, переходят к приобретателю с момента перехода прав на эту ценную бумагу. При этом моментом перехода прав на акцию является внесение приходной записи по лицевому счету (счету депо) приобретателя в реестре акционеров.

В действующем законодательстве об обществах с ограниченной ответственностью закреплено несколько иное правило. В соответствии с пунктом 6 ст. 21 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» приобретатель доли осуществляет права и несет обязанности участника общества с момента уведомления общества об уступке доли <3>. Соответственно, в силу прямого указания закона передача права участия в обществе с ограниченной ответственностью производится без совершения трансферта, достаточно лишь уведомления общества об уступке.

———————————

<3> СЗ РФ. 1998. N 7. Ст. 785; N 28. Ст. 3261; 1999. N 1. Ст. 2.

Вместе с тем законодательство предусматривает, что сведения о долях участников подлежат отражению в учредительных документах общества (абз. 6 п. 2 ст. 12 Закона об ООО). Поэтому трансферт осуществляется не в реестре участников, как это принято при передаче акций, а путем внесения изменений в учредительные документы общества (устав и учредительный договор общества).

Наличие двух юридических фактов — уведомления общества и регистрации изменений устава — порождает разногласия относительно момента перехода доли.

Одни авторы считают, что приобретатель доли становится участником с момента государственной регистрации изменений в учредительных документах (К.П. Беляев) <4>.

———————————

<4> Беляев К.П., Горлов В.А., Захаров В.А. Общества с ограниченной ответственностью: правовое положение (практический комментарий, законы и другие правовые акты, образцы документов). М.: Норма-Инфра-М, 1999. С. 143.

Другие подчеркивают: применительно к обществам с ограниченной ответственностью значение государственной регистрации не следует преувеличивать. Так, по мнению А.В. Валуйского, учредительные документы общества с ограниченной ответственностью не являются абсолютным и бесспорным подтверждением права лица на долю в уставном капитале общества <5>.

———————————

<5> Валуйский А.В. Обзор практики рассмотрения федеральными арбитражными судами округов споров о праве на долю в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью (за январь 2005 г. — март 2006 г.) // СПС КонсультантПлюс.

Разночтения встречаются и в судебной практике. С одной стороны, суды указывают: доля переходит к приобретателю с момента уведомления общества. Однако в некоторых случаях суды игнорируют значение уведомления при решении вопроса о переходе доли, указывая, что уведомление общества об уступке доли не может подтверждать тот факт, что участник действительно намеревался передать свою долю. О наличии такой воли достоверно свидетельствует государственная регистрация изменений, вносимых в учредительные документы <6>.

———————————

<6> Постановление ФАС Московского округа от 17 мая 2007 г. N КГ-А41/13461-06.

В аналогичном деле суд не исследовал вопрос о факте уведомления общества по первой сделке уступки доли, установив переход доли на основании данных государственной регистрации в ЕГРЮЛ <7>.

———————————

<7> Постановление ФАС Московского округа от 26 июня 2007 г. по делу N КГ-А40/4328-07.

Наличие двух фактов (уведомление и регистрация изменений) порождает также вопрос о том, с какого момента приобретатель доли вправе уступить приобретенную долю: с момента уведомления общества об уступке ему доли либо с момента регистрации изменений учредительных документов в связи с такой уступкой.

Первая позиция заключается в невозможности распоряжения долей до регистрации изменений устава о новом участнике. Данный подход основан на пункте 3 ст. 52 ГК РФ, в соответствии с которым изменения учредительных документов приобретают силу для третьих лиц с момента государственной регистрации. Соответственно, для третьих лиц приобретатель доли не является обладателем доли до регистрации изменений в уставе общества.

Эта позиция находит поддержку в литературе. Так, Г. Чернышев указывает: право на долю возникает у лица только с момента государственной регистрации изменений в уставе <8>. По мнению автора, участники общества должны быть указаны в уставе общества, соответственно, отношения между участниками общества и всеми третьими лицами могут возникнуть только с момента государственной регистрации изменений к уставу общества <9>. При этом ученый исходит из того, что права из доли переходят с момента уведомления общества, а права на долю — с момента регистрации изменений.

———————————

<8> Чернышов Г. Оборот долей в уставном капитале // Эж-Юрист. 2005. N 38 // СПС КонсультантПлюс.

<9> Чернышов Г. Указ. соч.

Д.В. Мурзин также указывает, что продажа участником своей доли еще не является моментом перехода, с которого покупатель может воспользоваться объемом прав, приходящихся на эту долю, — необходимо внесение изменений в учредительный договор <10>.

———————————

<10> Мурзин Д.В. Ценные бумаги — бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. М.: Статут, 1998. С. 61.

Здесь стоит также отметить позицию А.Д. Милютина в отношении именных вкладных билетов. Характеризуя передачу прав по этим документам, ученый отмечает: лицо «не может передать билет третьему лицу путем передаточной надписи, так как для действительности первой передачи необходимо предварительно учинить трансферт по книгам банка» <11>. Соответственно, отсутствие трансферта по книгам банка препятствует дальнейшему отчуждению права (билета). Данная позиция также свидетельствует о том, что любые права, передача которых регистрируется в специальных книгах, могут уступаться только после записи о предыдущей сделке.

———————————

<11> Милютин А.Д. Трансферт как способ передачи прав по именным вкладным билетам и обязательствам государственных займов // Вестник гражданского права, издаваемый М.М. Винавером. Петроград. 1916. Апрель. С. 67.

Данное понимание находит поддержку и в судебной практике. Так, суд указал: лицо не имело права отчуждать кому-либо долю до регистрации его в качестве участника <12>.

———————————

<12> Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 14 июля 2005 г. по делу N А29-10329/2004-2э.

Против такой позиции можно выдвинуть следующие аргументы.

Прежде всего, законодательство об обществах с ограниченной ответственностью (п. 6 ст. 21 Закона об ООО) определяет иной момент перехода доли — уведомление общества об уступке. В этом смысле норма пункта 6 ст. 21 Закона об ООО является специальной по отношению к пункту 3 ст. 52 ГК РФ. Соответственно, можно заключить, что приобретатель доли, уведомивший общество, вправе продать эту долю уже до государственной регистрации изменений устава.

Кроме того, при решении вопроса о моменте перехода доли неверно проводить грань между правами на долю и правами из доли, как это делает Г. Чернышев, говоря, что с момента уведомления происходит переход прав из доли, а с момента государственной регистрации изменений устава — переход права на долю.

Доля — имущественное право, выражающее участие в обществе и включающее в себя право на участие в управлении, на участие в распределении прибыли и проч. В силу прямого указания закона приобретатель доли получает данные права сразу после уведомления общества об уступке доли, т.е. становится обладателем этих прав во всей их совокупности.

Следовательно, приобретатель доли в качестве обладателя указанных прав участия может ими распорядиться, поскольку субъективное право, как обоснованно отмечал С.С. Алексеев, включает в свой состав возможность по распоряжению правом <13>.

———————————

<13> Антология уральской цивилистики. 1925 — 1989: Сборник статей. М.: Статут, 2001. С. 61, 62.

Данная позиция находит поддержку в литературе. Так, И. Игнатов подчеркивает: законодатель не установил обязательную регистрацию изменений после каждой сделки с одними и теми же долями <14>.

———————————

<14> Игнатов И. Рубрика «Вопрос — Ответ» // Бизнес-адвокат. 2000. N 20 // СПС КонсультантПлюс.

Таким образом, действующее законодательство и судебная практика не позволяют однозначно определить момент, с которого доля в уставном капитале считается перешедшей к приобретателю: с момента уведомления общества либо с момента регистрации изменений устава общества.

Указанная проблема обусловила попытки внесения изменений в Закон об ООО, в соответствии с которыми доля считается перешедшей с момента государственной регистрации изменений в устав общества. Однако такое изменение не решит проблему, а, наоборот, еще больше усложнит процедуру перехода доли. Связано это с тем, что для государственной регистрации изменений необходимо созвать общее собрание участников, на котором будет решаться вопрос об изменении устава. Однако законодательство об обществах с ограниченной ответственностью не содержит прямое указание на обязанность общества вносить соответствующие изменения в устав после уступки доли. Нет прямого указания и на обязанность по государственной регистрации данных изменений.

Решение о внесении изменений в устав и учредительный договор общества является компетенцией общего собрания, а не его обязанностью. Закон об ООО не содержит (и не должен содержать) нормы, обязывающие участников общества голосовать по какому-либо вопросу положительно, в том числе за изменение учредительных документов общества. Поэтому вполне допустима ситуация, в которой участники общества проголосуют против внесения изменений в учредительные документы общества, даже если уступка была совершена в полном соответствии с действующим законодательством и требованиями устава общества. Возможно также, что участники общества вообще не будут голосовать по данному вопросу, уклоняясь от участия в общем собрании участников.

В связи с этим срок внесения в учредительные документы изменений в связи с уступкой доли может быть сколь угодно неопределенным. Видимо, по этой причине законодатель как раз и урегулировал переход доли с момента уведомления общества, а не с момента регистрации изменений в учредительных документах общества.

Таким образом, действующее законодательство не предусматривает обязательное внесение изменений в учредительные документы общества в связи с уступкой доли.

Более того, наше законодательство не предусматривает обязанности по регистрации изменений даже после изменения устава.

В некоторых иностранных законодательствах установлен жесткий срок для внесения записи о новых участниках в документы общества и соответствующей регистрации. Так, согласно статье 9 Закона Великобритании 1907 г. «Об ограниченных партнерствах» сведение об изменении в составе партнеров должно быть сообщено в течение семи дней в регистрирующий орган по месту нахождения партнерства <15>.

———————————

<15> По материалам сайта www.hmrc.gov.uk/manuals/bimmanual/BIM72515.htm.

Наше акционерное законодательство также обеспечило обязательное внесение имени нового владельца в реестр акционеров. Согласно пункту 1 ст. 45 Федерального закона «Об акционерных обществах» внесение записи в реестр акционеров общества осуществляется не позднее трех дней с момента представления предусмотренных законодательством документов. В соответствии с пунктом 10.3 Постановления ФКЦБ России от 2 октября 1997 г. N 27 внесение записи о переходе права собственности на ценные бумаги должно быть исполнено в течение трех дней с момента представления регистратору необходимых документов.

Иначе решен этот вопрос в законодательстве об обществах с ограниченной ответственностью. Положение пункта 5 ст. 5 Закона о государственной регистрации возлагает на юридическое лицо обязанность в течение трех дней с момента изменения сведений, содержащихся в реестре юридических лиц (ЕГРЮЛ), сообщить в регистрирующий орган о таком изменении. Однако этот же пункт (во втором предложении) указывает, что сведения, изменение которых происходит в связи с внесением изменений в учредительные документы общества, к которым, в частности, и относятся сведения о долях участников, подлежат внесению в ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном главой VI указанного Закона. Между тем ни прямой обязанности общества по государственной регистрации изменений учредительных документов, ни срока для такой регистрации данная глава не предусматривает. Образуется правовой вакуум.

Можно говорить о наличии обязанности зарегистрировать изменения в учредительных документах исходя лишь из общего смысла законодательства о государственной регистрации. В соответствии с общим смыслом назначение государственной регистрации сведений в учредительных документах состоит в отражении действительных сведений о юридическом лице (публичная достоверность). А.В. Валуйский правильно отмечает: поскольку составление иных документов (помимо устава и учредительного договора), удостоверяющих права участников ООО на принадлежащие им доли в уставном капитале общества, Закон не предусматривает, устав и учредительный договор по существу являются единственным документальным доказательством принадлежности доли. Отсюда становится понятным огромное значение, которое имеет достоверность содержащихся в уставе и учредительном договоре ООО сведений, касающихся состава участников ООО <16>. В случае если изменения состава участников общества или размера их долей не будут внесены в устав и учредительный договор общества, учредительные документы будут содержать недостоверные сведения.

———————————

<16> Валуйский А.В. Указ. соч. Автор указывает, что имеющиеся в учредительных документах данные об участниках ООО не являются бесспорным доказательством того, что именно лица, указанные в учредительных документах, обладают правами на доли.

Вместе с тем это лишь общий смысл законодательства, и касается он только государственной регистрации уже измененных учредительных документов. Выход из этой ситуации может показаться простым — установить прямую обязанность общества по регистрации изменений. Однако для этого сначала надо внести такие изменения. В отношении же внесения изменений в учредительные документы об обязанности нельзя говорить даже по общему смыслу, поскольку понуждение участника общества голосовать за или против изменения устава лишает право голосования всякого смысла.

Таким образом, действующее законодательство не содержит требования, обязывающие общество либо его участников созывать общее собрание участников и принимать на нем решение о внесении изменений в учредительные документы общества относительно долей участников. Не содержит законодательство и обязанность по направлению документов на государственную регистрацию данных изменений.

На сегодняшний день данный пробел восполняется главным образом судебной практикой. Известны судебные решения, удовлетворяющие требования участников о понуждении общества внести соответствующие изменения в учредительные документы общества после приобретения доли.

Так, суд подчеркнул, что согласно статье 12 Закона об ООО в учредительных документах общества в обязательном порядке должны содержаться сведения обо всех участниках общества, номинальной стоимости и размере принадлежащих участниками долей <17>. На этом основании суд обязал общество внести в устав общества в учредительный договор изменения в связи с уступкой доли.

———————————

<17> Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 21 апреля 2005 г. по делу N А19-10901/04-46-Ф02-415/05-С2.

По другому делу суд также удовлетворил иск о понуждении общества и учредителей этого общества к внесению изменений в устав и учредительный договор о составе участников общества <18>.

———————————

<18> Постановление ФАС Дальневосточного округа от 27 декабря 2005 г. по делу N Ф03-А73/05-1/3989.

При этом суды исходили из того, что данный способ защиты соответствует статье 12 ГК РФ. По мнению А.В. Валуйского, суды в данном случае имели в виду такой способ защиты, как присуждение к исполнению обязанности в натуре <19>.

———————————

<19> Валуйский А.В. Указ. соч.

Однако с данной мотивировкой вряд ли можно согласиться, поскольку, как было указано выше, законодательство прямо не обязывает участников общества принимать решение о внесении изменений в учредительные документы общества в связи с уступкой доли, а также не обязывает общество обеспечить государственную регистрацию таких изменений. Понуждать же к исполнению отсутствующей обязанности неправомерно.

В такой ситуации появляется соблазн применить нормы о шикане (ст. 10 ГК РФ). Поскольку участники знают, что доля уступлена, их действия по голосованию против изменения учредительных документов (либо по уклонению от голосования) осуществляются с единственной целью — причинить вред приобретателю доли. Однако данный вывод мало что дает на практике. Ведь нормы о шикане действуют только в случае, если за защитой права обращается лицо, злоупотребляющее этим правом. Единственное негативное последствие злоупотребления правом, которое может применить суд, — отказ в защите этого права. При этом суд не вправе наложить на лицо, злоупотребляющее правом, обязанность по использованию этого права надлежащим образом, поскольку право — это мера возможного повеления, а не должного. В нашем же случае за защитой обращается приобретатель доли, а не участники, злоупотребляющие правом голоса. Следовательно, суд не может обязать участников общества принять решение за изменение учредительных документов.

Можно также возразить: приобретатель доли осуществляет права и обязанности участника общества с момента уведомления общества, соответственно, факт внесения изменений в учредительные документы не отражается на интересах участника. Однако данное возражение не выдерживает критики.

Во-первых, если достаточно лишь уведомления, в чем тогда смысл отражения сведений об участниках в уставе общества? Ведь изменения в учредительные документы не будут отражаться неопределенное время. Кроме того, устав в таких случаях будет содержать недостоверные сведения. Очевидно, что смысл в таких сведениях теряется.

Во-вторых, отсутствие указания на приобретателя доли в учредительных документах общества может существенно нарушить его права, поскольку его статус как участника общества не будет подтвержден публично достоверными сведениями (устав общества, запись в ЕГРЮЛ). Это усугубляется еще и позицией сложившейся судебной практики, которая, как было показано выше, при решении вопроса о действительном приобретателе доли отдает предпочтение учредительным документам общества, нежели уведомлению об уступке.

Есть два варианта восполнения рассмотренного пробела, при этом оба они связаны с изменением законодательства.

Первый вариант, о котором мы уже упомянули, состоит в изменении порядка принятия общим собранием участников решения о внесении изменений в учредительные документы общества. В статью 21 Закона об ООО можно внести дополнение о том, что в случае уступки доли участники общества обязаны проголосовать за внесение изменений в устав общества и учредительный договор. Однако такой вариант не выдерживает критики, поскольку лишает голосование как субъективное право всякого смысла.

Второй вариант решения проблемы, наиболее приемлемый, — введение иного порядка осуществления трансферта в связи с уступкой доли, а именно: системы реестров участников общества, в которых и будут отражаться сведения о долях участников.

При этом необходимо отказаться от отражения сведений об участниках общества в уставе. И вот почему.

Законодатель связал норму о том, что (1) устав общества должен содержать сведения о долях участников общества, с нормой о том, что (2) изменение устава относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества. Однако данный подход представляется неудачным, поскольку вопрос, не зависящий от воли участников общества (переход доли), фактически ставится в зависимость от воли участников (изменение устава).

Поскольку изменения устава принимаются общим собранием участников, такие изменения должны предполагать выбор. Соответственно, те изменения, которые не зависят от воли участников общества, не должны быть предметом компетенции общего собрания участников. Отсюда вытекает вывод о том, что устав общества не должен отражать сведения, изменение которых не зависит от воли участников общества. В чем смысл таких сведений, если участники не могут проголосовать против их изменения? Задача общего собрания в таких случаях сводится к тому, чтобы просто (формально) признать такие вопросы post factum, что противоречит существу общего собрания. Общее собрание должно решать вопросы, а не принимать их как данное.

Сведения о долях участников общества как раз относятся к сведениям, изменение которых не зависит от общего собрания участников. После того как доля уступлена другому лицу и общество уведомлено об этом, приобретатель становится участником общества. Следовательно, факт владения долей определенного размера и стоимости не зависит от воли остальных участников, общее собрание должно просто принять этот факт. Однако проблема в том, что общее собрание может этого и не сделать, поскольку решения на общем собрании принимаются участниками путем голосования, а голосование предполагает выбор. Получается, что уступка доли ограничивается еще и решением участников даже в тех случаях, когда доля может быть уступлена независимо от согласия участников.

Таким образом, мы полагаем, что устав общества не должен содержать сведений о долях участников общества, поскольку изменение таких сведений не зависит от воли участников общества.

Следовательно, норма абзаца 6 п. 2 ст. 12 Закона об ООО о включении в устав общества сведений о размере и номинальной стоимости принадлежащих участникам общества долей является необоснованной и подлежит исключению из законодательства.

Полагаем, что эти сведения целесообразно отражать в специальных книгах — реестрах участников общества. В связи с тем что действующее законодательство об обществах с ограниченной ответственностью не предусматривает ведение таких реестров, потребуется детальное регулирование порядка ведения реестра участников общества.

Урегулирование возможно как в самом Законе об ООО, так и путем издания нормативно-правового акта, посвященного данному вопросу. Такой порядок должен быть аналогичен порядку отражения сведений о передаче акций в реестре акционеров.

Наиболее важные положения будут включать в себя следующее. В силу небольшого числа участников (не более 50) держателем реестра участников должно быть само общество. В качестве варианта допускается передача реестра специальному юридическому лицу — регистратору (по аналогии с акционерными обществами <20>). В случае ведения реестра обществом, ответственным за ведение реестра является исполнительный орган общества. Срок для внесения сведений предлагается предусмотреть три дня с момента представления обществу уведомления о состоявшейся уступке и доказательств уступки (по аналогии с пунктом 1 ст. 45 Закона об АО).

———————————

<20> По смыслу пункта 3 ст. 44 Закона об АО в обществе с числом акционеров до 50 держателем реестра может быть это общество либо регистратор.

Введение системы реестров участников обеспечит своевременное и достоверное отражение сведений об участниках общества, не откладывая этот момент до созыва общего собрания участников и государственной регистрации изменений в учредительных документах общества (как это осуществляется сегодня). Кроме того, переход доли будет зависеть уже не от уведомления общества об уступке, а от внесения записи в реестр участников.

Предполагается, что сведения об участниках общества, наряду с реестрами участников, будут вноситься также в государственный реестр (ЕГРЮЛ). В настоящий момент данные сведения включаются в ЕГРЮЛ, однако в соответствии с пунктом 1 ст. 17 Закона о государственной регистрации изменение данных сведений связано с изменением учредительных документов, что осложняет процедуру регистрации (необходимо представить соответствующее решение общего собрания участников, что требует созыва такого собрания, голосования и проч.). С учетом предложенной модели изменение сведений об участниках общества не будет связано с внесением изменений в учредительные документы, что позволит отражать изменения в составе участников более оперативно (без созыва общего собрания участников) и в то же время обеспечивает публичную достоверность сведений посредством государственной регистрации.