ОТНОШЕНИЯ, РЕГУЛИРУЕМЫЕ ГРАЖДАНСКИМ ПРАВОМ

04-03-19 admin 0 comment

Ершов В.
Российская юстиция, 1996.


В. Ершов, президент Российской правовой академии, доктор юридических наук, профессор.

С принятием 21 октября 1994 г. части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации как в теории права, так и на практике с новой силой разгорелась дискуссия на старую тему: применяется ли гражданское право только собственно к гражданским отношениям или и к иным, например трудовым, семейным, жилищным, земельным и т.п. Длительное время у нас на практике доминировала позиция: гражданское право может регулировать только собственно гражданские отношения. Сторонники данного подхода в основном ссылались на ст. 2 ГК РСФСР 1964 года, согласно которой семейные, трудовые, земельные, горные, водные, лесные отношения, а также отношения в колхозах, вытекающие из их устава, регулируются соответствующим законодательством.

Однако о теории права уже длительное время существует точка зрения о допустимости применения межотраслевой аналогии закона, т.е. о возможности применения норм родственных отраслей права, регулирующих сходные отношения, к иным отношениям в случае пробела в данной отрасли права. Отсюда, на мой взгляд, можно сделать вывод о том, что и в тот период было теоретически обосновано и практически необходимо применять гражданское право к иным отношениям, поскольку прямого запрета на применение межотраслевой аналогии закона в ГК РСФСР не было (в отличие от УК РСФСР).

Прежде всего необходимо подчеркнуть, что некоторые статьи ГК РФ прямо регулируют не только гражданские, но и иные отношения. Так, в отличие от КоБС РСФСР имущество, нажитое супругами во время брака, является согласно ст. 256 ГК РФ их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Поскольку имущество супругов является разновидностью собственности, постольку начиная с 1 января 1995 г. уже в практическом плане возник вопрос о «брачных контрактах» с различными вариантами имущественных прав. Интересной новеллой также является и то, что в соответствии с п. 2 ст. 256 ГК РФ имущество каждого из супругов может быть признано их совместной собственностью, если будет установлено, что в течение брака за счет общего имущества супругов или личного имущества другого супруга были проведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и т.п.). Названные примеры, на мой взгляд, убедительно свидетельствуют о концепции примата ГК РФ над КоБС РФ.

Аналогичные примеры можно привести и в области взаимоотношения гражданского и жилищного права. Например, ст. 288 ГК РФ разрешила актуальный практический вопрос: можно ли использовать жилое помещение не по целевому назначению? На мой взгляд, до 1 января 1995 г. прямого запрета в федеральных законах не было, а субъекты Федерации такое ограничение не имели права вводить в силу отнесения гражданского права в целом и института собственности, в частности, к компетенции федеральных органов. Однако в настоящее время ст. 288 ГК РФ предусматривает возможность использования жилых помещений только по целевому назначению, наделяя собственника правом на размещение в принадлежащем ему жилом помещении предприятий, учреждений, организаций только после перевода такого помещения в нежилое.

Эта же статья разрешила и еще один вопрос: право собственников жилых помещений на заключение договоров с иными лицами для проживания. К сожалению, далеко еще не во всех регионах на практике применяется Закон «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», принятый 25 июня 1993 г. Во-первых, ст. 8 данного Закона содержит исчерпывающий перечень оснований для отказа в регистрации, который не может быть расширен субъектами Федерации. Во-вторых, ст. 2 этого же Закона предусматривает возможность регистрации граждан также и на основании договоров найма (поднайма) и аренды. Как представляется, названные нормы позволяют гражданам заключать договоры на пользование жилой площадью и регистрироваться по месту проживания на срок договоров.

Важные гарантии членов семьи собственников жилого помещения имеются в ст. 292 ГК РФ. Во-первых, члены семьи собственника имеют право пользования этим помещением. Во-вторых, переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу не является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника. В-третьих, члены семьи собственника жилого помещения могут требовать устранения нарушений их прав на жилое помещение от любых лиц, включая собственника помещения. В-четвертых, отчуждение жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника, допускается лишь с согласия органа опеки и попечительства.

Наконец, важнейшее практическое значение имеет ст. 293 ГК РФ, согласно которой, если собственник жилого помещения использует его не по назначению, систематически нарушает права и интересы соседей либо бесхозяйственно обращается с жильем, допуская его разрушение, то орган местного самоуправления может предупредить собственника, предоставить ему срок для устранения нарушений. Если собственник и после предупреждения продолжает бесхозяйственно содержать жилое помещение, то суд по иску органа местного самоуправления может принять решение о продаже с публичных торгов такого жилого помещения с выплатой собственнику вырученных от продажи средств за вычетом расходов на исполнение судебного решения.

Таким образом, на мой взгляд, и во взаимоотношении гражданского и жилищного права возобладала концепция примата первого над вторым.

Наибольшие споры на практике и в теории вызвал вопрос о возможности применения гражданского права к трудовым отношениям. Прежде всего необходимо подчеркнуть, что некоторые статьи ГК РФ, принятого в 1994 году, прямо регулируют трудовые отношения. Так, п. 3 ст. 25 ГК РФ разрешил данный спор о возможности заключения индивидуальным предпринимателем с гражданами трудового договора, в том числе контракта. Длительное время в этом случае многие практические и научные работники ссылались на п. 3 ст. 2 Закона РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности», принятого 25 декабря 1990 г., согласно которому предпринимательская деятельность, осуществляемая без привлечения наемного труда, регистрировалась как индивидуальная трудовая деятельность. Однако, во-первых, в связи с принятием ГК РФ данный Закон с 1 января 1995 г. признан утратившим силу; во-вторых, ст. 253 КЗоТ РФ и ранее не исключала возможности заключения трудовых договоров между гражданами. Наконец, с 1 января 1995 г. п. 3 ст. 25 ГК РФ прямо предполагает право индивидуального предпринимателя заключать с гражданами трудовые договоры, в том числе контракты. Учитывая то, что одной из «сквозных» идей ГК РФ является сближение правового статуса индивидуального предпринимателя с юридическим лицом, принимая также во внимание названные выше доводы, считаю данное положение ст. 25 ГК РФ практически необходимым и теоретически обоснованным.

Наибольшие споры у практиков вызвал п. 2 ст. 139 ГК РФ, где сказано, что лица, незаконными методами получившие информацию, которая составляет служебную или коммерческую тайну, обязаны возместить причиненные убытки; такая же обязанность возлагается на работников, разгласивших служебную или коммерческую тайну вопреки трудовому договору, в том числе контракту. В то же время ст. 118 КЗоТ РФ предусматривает возможность взыскания только прямого действительного ущерба, не учитывая неполученных доходов и, как правило, в размере среднего месячного заработка (ст. 119 КЗоТ РФ), а в случаях, исчерпывающе перечисленных в ст. 121 КЗоТ РФ, — в полном размере прямого действительного ущерба. Следовательно, ст. 139 ГК РФ значительно расширила объем возмещения ущерба, причиненного работниками, разгласившими служебную или коммерческую тайну. Учитывая, что ст. ст. 118, 119 КЗоТ РФ не отменены, сразу же возник важный практический вопрос: какими нормами руководствоваться в этих случаях?

На мой взгляд, возможность применения гражданского права к иным отношениям заложена и в п. 2 ст. 2 ГК РФ, согласно которому неотчуждаемые права и свободы человека защищаются гражданским законодательством. Глава 2 Конституции Российской Федерации «Права и свободы человека и гражданина» в числе иных прав, в частности, регулирует жилищные права (ст. 40), трудовые права (ст. 37) и семейные права (ст. 38). Пункт 2 ст. 2 ГК РФ предусматривает также защиту гражданским законодательством и других нематериальных благ. Это положение позволило Пленуму Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 1994 г. принять Постановление N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в соответствии с п. 4 которого возмещение морального вреда возможно, в частности, и из трудовых отношений, возникших после 1 января 1995 г., так как незаконными действиями работодателя нарушаются личные неимущественные права работника и другие нематериальные блага (п. 2 ст. 2 и ст. 151 ГК РФ). На практике такие случаи, как правило, возникают в связи с увольнением работников по порочащим основаниям и задержкой выплаты заработной платы.

В настоящее время по проблеме применения гражданского права и иным отношениям существует несколько точек зрения. Первая: гражданское право применяется и к иным отношениям и имеет примат над специальными законами. На мой взгляд, эта позиция может привести к размыванию специфики отраслевого правового регулирования, снижению уровня отраслевых правовых гарантий граждан, прежде всего работников. Вторая: гражданское право нельзя применять к иным отношениям, поскольку ГК РФ прямо не предусматривает такой возможности. Данная позиция, на мой взгляд, является спорной, не соответствующей названным выше аргументам. Как представляется, разработчики ГК РФ использовали не разрешительный метод правого регулирования (им характеризовались Основы), а дозволительный, допускающий большую свободу правоприменителей, которые в настоящее время имеют право не на то, что законом разрешено, а на то, что не запрещено. Третья: гражданское право можно применять к иным сходным отношениям лишь в случае пробелов в правовом регулировании; имеющиеся же специальные нормы имеют приоритет над общими нормами гражданского права. Эта позиция представляется наиболее предпочтительной, поскольку, во-первых, имеет прочную теоретическую базу: преодоление пробелов в праве посредством межотраслевой аналогии закона; во-вторых, сохраняет специфику отраслевого правового регулирования, в большей степени защищающего права граждан и, в частности, работников. Например, с одной стороны, ст. 310 ГК РФ не допускает одностороннего отказа от исполнения обязательств и их изменения. С другой стороны, в частности в КЗоТ РФ, такой нормы нет. В то же время на практике достаточно часто администрация организаций одностороннее уменьшает работникам заработную плату, досрочно снимает совмещение и совместительство и т.п. Во всех этих и аналогичных им случаях, на мой взгляд, не только возможно, но и необходимо, по аналогии руководствоваться ст. 310 ГК РФ.

Наконец, четвертая точка зрения, которую в целом можно определить как непоследовательную, эклектичную, состоит в том, что возможность применения или неприменения гражданского права к иным отношениям необходимо рассматривать применительно к конкретному случаю. Боюсь, что именно эти путем и пойдет судебная практика, хотя, думается, он является наименее теоретически обоснованным и наиболее противоречивым. С целью избежания противоречий на практике считают необходимым предложить соответствующие коррективы исходя из теоретической конструкции: гражданское право применяется к иным отношениям лишь при наличии пробелов в правовом регулировании; в случае коллизий норм специальное отраслевое законодательство имеет приоритет над нормами гражданского права.