Обжалование отдельных судебных решений в ходе уголовного судопроизводства

04-03-19 admin 0 comment

Гринев А., Тарасова Г.
Законность, 2004.


А. Гринев, прокурор Северного района г. Орла.

Г. Тарасова, старший следователь прокуратуры Северного района г. Орла, кандидат юридических наук.

Статья 19 УПК РФ в качестве одного из принципов уголовного судопроизводства закрепляет право обжалования процессуальных действий и решений. В то же время возможность обжалования отдельных судебных решений не допускается в соответствии с нормами УПК.

Согласно ч. 1 ст. 19 действия (бездействие) и решения суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя могут быть обжалованы в порядке, установленном УПК.

Анализ его норм показывает, что возможность обжалования решений прокурора, следователя, органа дознания, дознавателя явно шире, чем возможность обжалования судебных решений.

Согласно ч. 7 ст. 236 вынесенные по результатам предварительного слушания постановления судьи о возвращении уголовного дела прокурору, о назначении судебного заседания, кроме той части, которая посвящена разрешению вопроса о мере пресечения, а также постановления о приостановлении производства по уголовному делу, о направлении уголовного дела по подсудности обжалованию не подлежат.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. ч. 7 ст. 236 УПК, ввиду исключения возможности обжалования вынесенного по итогам предварительного слушания постановления суда о приостановлении производства по делу, признана не имеющей юридической силы.

На практике указанному Постановлению суды дают, на наш взгляд, толкование, состоящее в том, что ч. 7 ст. 236 не подлежит применению только в части, исключающей возможность обжалования постановлений о приостановлении производства по делу. В остальной части данная норма о невозможности обжалования ряда судебных решений, вынесенных по результатам предварительного слушания, считается действующей. Хотя, по нашему мнению, по смыслу приведенного выше положения Постановления Конституционного Суда РФ эта норма признана не имеющей юридической силы и не подлежащей применению полностью, а не в части.

До изменения ч. 7 ст. 236 обжалование перечисленных выше решений суда было возможно и сложилась практика их обжалования и отмены в кассационном порядке.

Например, в практике работы прокуратуры Северного района г. Орла по представлению государственного обвинителя было отменено в кассационной инстанции постановление судьи о возвращении уголовного дела прокурору в связи с тем, что в постановлении при указании на составление обвинительного заключения с нарушением требований УПК РФ в качестве подлежащих устранению описывалась лишь часть нарушений. Неустранение прочих нарушений также исключало возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения в случае повторного поступления дела в суд с обвинительным заключением. Судьей в постановлении не был решен вопрос и о мере пресечения. В связи с отменой незаконного постановления судьи о возвращении уголовного дела прокурору в дальнейшем уголовное дело было возвращено ему в полном соответствии с УПК РФ, что позволило избежать повторения нарушений в обвинительном заключении.

Хотя ст. 237 содержит указание на основания возвращения судом уголовного дела прокурору, а в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» даны разъяснения о порядке ее применения, у судов уже сложился расширительный подход к толкованию оснований возвращения уголовного дела прокурору. Иногда суд в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору необоснованно дает указания, которые фактически невыполнимы в установленный УПК срок в пять суток или невыполнимы вообще. Невозможность обжалования таких постановлений делает нереальным повторное направление уголовных дел в суд.

Сложилась практика обжалования и отмены постановлений о назначении судебных заседаний в связи с нарушением положения ч. 3 ст. 231 УПК об указании в постановлении фамилии, имени и отчества каждого обвиняемого и квалификации вменяемого ему в вину преступления в случаях, когда квалификация в постановлениях о назначении судебного заседания указывалась не полностью. Отмена таких постановлений позволяет избежать обжалования и отмены в связи с допущенными в них нарушениями выносимых в дальнейшем приговоров и иных итоговых решений по делу.

Невозможность обжалования постановления о назначении судебного заседания или о направлении уголовного дела по подсудности, вынесенного по результатам предварительного слушания, выглядит нелогично на фоне возможности обжалования таких постановлений, вынесенных в ходе общего порядка подготовки к судебному заседанию.

Сказанное подтверждает нецелесообразность ограничения возможности обжалования решений, принимаемых по результатам предварительного слушания. Своевременное устранение путем обжалования допускаемых судом нарушений позволяет предотвратить как волокиту в случаях незаконного возвращения дела прокурору, так и возникновение цепочки нарушений, которые могут повлечь отмену приговора или иного итогового решения по делу.

Часть 7 ст. 236 следовало бы считать полностью не имеющей юридической силы и не подлежащей применению.

Спорно и положение п. 2 ч. 5 ст. 355, не позволяющее обжаловать в апелляционном, кассационном порядке вынесенные в ходе судебного разбирательства определения или постановления суда об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства.

Зачастую не подлежащий обжалованию отказ суда в ходе судебного разбирательства в исследовании тех или иных доказательств, в проведении экспертиз влечет постановление незаконного приговора или иного решения по делу. Были случаи отмены приговоров из-за отказа суда по делам об изнасилованиях в удовлетворении ходатайства о проведении генетической экспертизы спермы, обнаруженной в половых органах потерпевшей. При новом судебном разбирательстве в связи с выводом генетической экспертизы, исключавшим происхождение спермы от подсудимого, дело было прекращено. В подобных случаях возможность обжалования и отмены постановления (определения) суда об отказе в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы позволяла бы изначально избежать ошибки.

Нередко участники судебного разбирательства со стороны защиты надуманными ходатайствами намеренно затягивают судебное разбирательство, а удовлетворение этих ходатайств судом не может быть обжаловано стороной обвинения.

В настоящее время с учетом Определения Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2004 г., разъяснившего положения п. 2 ч. 5 ст. 355 УПК РФ, допускается обжалование только вынесенных в ходе судебного разбирательства решений суда об избрании подсудимому меры пресечения в виде содержания под стражей взамен другой, более мягкой меры пресечения или о продлении срока содержания под стражей.

Следовало бы вообще исключить из УПК РФ п. 2 ч. 5 ст. 355, не допускающий возможности обжалования других постановлений или определений суда об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства. Это способствовало бы реализации положения ч. 3 ст. 15 УПК РФ о создании судом в рамках принципа состязательности сторон необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.