Новый УПК требует создания независимого комитета судебной экспертизы

04-03-19 admin 0 comment

Быков В.
Электронный ресурс, 2003.


В. Быков, доктор юридических наук, профессор (г. Саратов).

УПК РФ 2001 года впервые в соответствии с принципом состязательности сторон в уголовном судопроизводстве (ст. 15 УПК) разделил участников процесса на две стороны — обвинения и защиты. Эксперт законодателем отнесен к группе иных участников уголовного процесса (ст. 57 УПК), тем самым законодатель подчеркивает независимость эксперта как от стороны обвинения, так и защиты.

Эта новелла УПК РФ остро ставит вопрос о месте нахождения судебно-экспертных учреждений вообще и экспертов в частности в структуре государственных органов. На мой взгляд, в дальнейшем экспертная служба и подразделения не могут оставаться в одних государственных органах и ведомствах вместе со следователями и дознавателями, которые по УПК РФ являются стороной обвинения. Например, в МВД России в настоящее время находятся и дознаватели, и следователи, и эксперты. Такое же положение наблюдается и в других ведомствах, имеющих собственные следственные аппараты или являющихся органами дознания.

То обстоятельство, что эксперт служит в одном ведомстве со следователем и дознавателем, является достаточным основанием для заявления такому эксперту отвода. Так, п. 2 ч. 2 ст. 70 УПК прямо указывает, что эксперт не может принимать участие в производстве по уголовному делу, если он находился или находится в служебной или иной зависимости от сторон или их представителей. Понятно, что когда следователь и эксперт — оба в погонах и имеют общего начальника в лице начальника РОВД или УВД области, то следует признать, что в этом случае основания для отвода эксперта имеются.

Если же такой эксперт, работающий в учреждении или органе стороны обвинения, все же проведет экспертизу и даст заключение, то оно в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК подлежит признанию недопустимым доказательством, как полученное с нарушением требований УПК.

Сложившееся положение осознается пока еще не всеми научными и практическими работниками, но проблема существует, и ее следует решать. На мой взгляд, законодателю следует быстрее реализовать норму УПК о том, что судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями (ч. 2 ст. 195 УПК). Видимо, следует быстрее создать Комитет судебной экспертизы РФ, на который можно было бы возложить основную деятельность по производству различных судебных экспертиз. Такое самостоятельное и независимое от органов следствия и дознания судебно-экспертное учреждение будет полностью соответствовать требованиям нового УПК и обеспечит проведение судебных экспертиз экспертами, не зависящими ни от стороны обвинения, ни от стороны защиты.

Правовое положение эксперта как участника уголовного судопроизводства определяется в целом ст. 57 УПК. Часть 1 этой статьи определяет эксперта как лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, установленном УПК, для производства судебной экспертизы и дачи заключения. В ч. 2 ст. 195 УПК указывается, что судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями. В УПК нигде не дается разъяснений относительно государственного судебного эксперта, но оно содержится в Федеральном законе от 5 апреля 2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее — Закон о государственной судебно-экспертной деятельности // Российская газета. 5 июня 2001 г.).

В соответствии со ст. 12 указанного Закона «государственным судебным экспертом является аттестованный работник государственного судебно-экспертного учреждения, производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей», а ст. 13 этого Закона устанавливает, что «должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее профессиональное образование и прошедший последующую подготовку по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти».

Что касается иных экспертов из числа лиц, обладающих специальными знаниями, указанных в ч. 2 ст. 195 УПК, то законодатель не выдвигает таких же требований к ним. В качестве иных экспертов обычно назначаются специалисты вузов, предприятий и учреждений, обладающие достаточной квалификацией для производства соответствующей экспертизы. В этих случаях на следователе и суде лежит обязанность выяснения необходимых данных о специальности и компетентности эксперта. Эти данные устанавливаются во время изучения следователем специальной литературы, беседы с предполагаемым экспертом и другими специалистами, а также выяснения вопроса о том, не заинтересован ли он в исходе дела; при изучении документов, удостоверяющих его личность и подтверждающих его образование, специализацию, стаж научной, практической и экспертной работы, место работы, занимаемую должность и т.п.

Для производства судебной экспертизы в соответствии с ч. 3 ст. 57 УПК эксперт наделяется определенными правами. Так, эксперт вправе знакомиться с материалами уголовного дела, относящимися к предмету судебной экспертизы; ходатайствовать о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения, либо привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов; участвовать с разрешения дознавателя, следователя, прокурора и суда в процессуальных действиях и задавать вопросы, относящиеся к предмету судебной экспертизы; давать заключение в пределах своей компетенции, в том числе по вопросам, хотя и не поставленным в постановлении о назначении судебной экспертизы, но имеющим отношение к предмету экспертного исследования; приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда, ограничивающие его права; отказаться от дачи заключения по вопросам, выходящим за пределы его специальных знаний, а также в случаях, если представленные ему материалы недостаточны для дачи заключения.

Но это еще не все права эксперта. В УПК РФ содержится одна новелла, которая, видимо, по недосмотру законодателя не вошла в ч. 3 ст. 57 УПК, в то время как в ч. 4 ст. 202 УПК указывается, что если получение образцов для сравнительного исследования является частью судебной экспертизы, то оно производится экспертом. В этом случае сведения о производстве указанного действия эксперт отражает в своем заключении. Подобная норма отсутствовала в УПК РСФСР, хотя в следственной и экспертной практике имели место случаи, когда эксперт непосредственно получал образцы для сравнительного исследования, например эксперт-биолог брал для биологической экспертизы кровь непосредственно у подозреваемого или потерпевшего. Конечно, эту новеллу можно оценить только положительно: как правило, эксперт более квалифицированно получит различные образцы, чем это сделает дознаватель или следователь.

Наряду с указанными правами УПК РФ накладывает на эксперта и определенные обязанности. Так, в соответствии с ч. 4 ст. 57 УПК эксперт не вправе: без ведома следователя и суда вести переговоры с участниками уголовного судопроизводства по вопросам, связанным с производством судебной экспертизы; самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования, проводить без разрешения дознавателя, следователя, суда исследования, могущие повлечь полное или частичное уничтожение объектов либо изменения их внешнего вида или основных свойств; давать заведомо ложное заключение; разглашать данные предварительного расследования, ставшие известными ему в связи с участием в уголовном деле в качестве эксперта. За дачу заведомо ложного заключения и разглашение данных предварительного следствия эксперт несет уголовную ответственность соответственно по ст. 307 и ст. 310 УК.

При сравнении норм УПК о правах и обязанностях эксперта с Законом о государственной судебно-экспертной деятельности, в котором также идет речь о правах и обязанностях эксперта, обнаруживаются некоторые расхождения. Речь идет не только о редакционных различиях. В основном права и обязанности эксперта как в УПК, так и в Законе о государственной судебно-экспертной деятельности изложены примерно одинаково. Однако есть некоторые различия. Так, например, в рассматриваемом нами Законе ничего не говорится о праве эксперта на самостоятельное получение образцов для сравнительного исследования. Справедливости ради надо сказать, что в названном Законе содержится общая норма о том, что эксперт также имеет права и обязанности, предусмотренные соответствующим процессуальным законодательством.

Кроме того, рассматриваемый Закон несколько расширяет права эксперта при участии его в процессуальных действиях. Так, если п. 3 ч. 3 ст. 57 УПК допускает участие эксперта с разрешения дознавателя, следователя, прокурора и суда в процессуальных действиях и предоставление права задавать вопросы, относящиеся к предмету судебной экспертизы, то ч. 2 ст. 17 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности разрешает эксперту «делать подлежащие занесению в протокол следственного действия или судебного заседания заявления по поводу неправильного истолкования участниками процесса его заключения или показаний».

Еще одно различие между УПК и рассматриваемым Законом касается права следователя присутствовать при производстве судебной экспертизы и получать разъяснения эксперта по поводу проводимых им действий. Часть 1 ст. 197 УПК устанавливает такое право следователя, и при этом в соответствии с ч. 2 ст. 197 УПК факт присутствия следователя при производстве судебной экспертизы отражается в заключении эксперта. В эту понятную и обоснованную норму УПК Закон о государственной судебно-экспертной деятельности вносит совершенно необоснованное ограничение. Так, ч. 3 ст. 24 названного Закона устанавливает, что «при составлении экспертом заключения, а также на стадии совещания экспертов и формулирования выводов, если судебная экспертиза производится комиссией экспертов, присутствия участников процесса не допускается».

На мой взгляд, указанные нами и имеющиеся другие противоречия между УПК и рассматриваемым Законом должны быть законодателем устранены, дабы не порождать трудности в следственной и экспертной практике. Пока же этого не сделано, то в соответствии с ч. 1 ст. 7 УПК суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий УПК.

Исследование правового положения эксперта как участника уголовного судопроизводства было бы неполным, если оставить без внимания отношения эксперта и руководителя экспертного учреждения.

В главе 8 «Иные участники уголовного судопроизводства» законодатель ошибочно, на наш взгляд, не указал руководителя экспертного подразделения как участника уголовного судопроизводства и тем самым породил ряд вопросов. Первый из них — является ли руководитель экспертного учреждения полноценным участником уголовного судопроизводства? И второй — являются ли отношения эксперта и руководителя экспертного учреждения процессуальными и должны ли они регулироваться УПК или отдельным законом? Рассмотрим эти вопросы.

Руководитель экспертного учреждения, конечно же, является участником уголовного судопроизводства. В ст. 199 УПК указывается, что при производстве судебной экспертизы в экспертном учреждении следователь направляет руководителю соответствующего экспертного учреждения постановление о назначении судебной экспертизы и материалы, необходимые для ее производства. Руководитель экспертного учреждения после получения постановления поручает производство судебной экспертизы конкретному эксперту или нескольким экспертам из числа работников данного учреждения и уведомляет об этом следователя. При этом руководитель экспертного учреждения разъясняет эксперту его права и ответственность, предусмотренные ст. 57 УПК. Руководитель экспертного учреждения вправе возвратить без исполнения постановление о назначении судебной экспертизы и материалы, представленные для ее производства, если в данном учреждении нет эксперта конкретной специальности либо специальных условий для проведения исследований, указав мотивы, по которым производится возврат. Кроме того, в ч. 1 ст. 200 УПК указывается, что комиссионный характер экспертизы определяется следователем или руководителем экспертного учреждения, которому поручено производство судебной экспертизы.

Таким образом, законодатель наделил руководителя экспертного учреждения рядом прав и возложил на него определенные обязанности при производстве судебных экспертиз. Это обстоятельство позволяет признать руководителя экспертного учреждения полноправным участником уголовного судопроизводства. На мой взгляд, законодателю следует дополнить главу 8 УПК новой статьей о руководителе экспертного учреждения, которую следует поместить после ст. 57 УПК, которая определяет правовое положение эксперта.

Положительно следует ответить и на второй вопрос. Отношения эксперта и руководителя экспертного учреждения не являются просто служебными, а являются процессуальными, так как возникают по поводу назначения и производства судебной экспертизы и должны регулироваться УПК.

Нельзя сказать, что эти процессуальные отношения эксперта и руководителя экспертного учреждения в настоящее время в УПК урегулированы достаточно полно. Это упущение законодателя во многом восполняет Закон о государственной судебно-экспертной деятельности. Ряд прав и обязанностей руководителя государственного судебно-экспертного учреждения, указанные в ст. ст. 14 и 15 рассматриваемого Закона, непосредственно связаны с отношениями эксперта и руководителя экспертного учреждения.

Так, руководитель государственного судебно-экспертного учреждения обязан: поручить производство экспертизы конкретному эксперту или комиссии экспертов; разъяснить эксперту или комиссии экспертов их обязанности и права (заметим, что вызывает удивление, что в соответствии с ч. 2 ст. 199 УПК эта обязанность возложена на руководителя экспертного учреждения, но исключена из обязанностей руководителя государственного судебно-экспертного учреждения); обеспечить контроль за сроками проведения судебной экспертизы, полнотой и качеством проведенных исследований, не нарушая принципа независимости эксперта; обеспечить эксперта оборудованием, приборами, материалами и средствами информационного обеспечения. Вместе с тем Закон запрещает руководителю давать эксперту указания, предрешающие содержание выводов по конкретной судебной экспертизе.

Очевидно, что указанные полномочия руководителя государственного судебно-экспертного учреждения должны быть также закреплены в соответствующих нормах УПК РФ, поскольку они напрямую связаны с правами и обязанностями эксперта и непосредственно влияют на качество судебных экспертиз.