Перечень доказательств — это краткое изложение сведений, содержащихся в том или ином источнике

04-03-19 admin 0 comment

Власова Н.
Электронный ресурс, 2003.


Н. Власова, доктор юридических наук.

В практике применения УПК РФ возникает немало вопросов, требующих разрешения. В частности, п.п. 5 и 6 ч. 1 ст. 220 УПК обязывает следователя указывать в обвинительном заключении перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты. Между тем по вопросу о содержании этого перечня нет единого мнения ни среди практиков, ни среди ученых. Некоторые считают, что под перечнем доказательств понимается перечисление в обвинительном заключении только источников доказательств, по мнению других — следователь обязан не только сослаться на источник доказательства, но и привести сами сведения, содержащиеся в них. Кроме того, существует мнение, что подлежащий указанию в обвинительном заключении «перечень» и есть перечень доказательств, а не их источников (Комментарий к УПК РФ / Под ред. Д.Н. Козака и Е.Б. Мизулиной. М., 2002. С. 438).

Такому противоречивому пониманию в немалой степени способствует несовершенство законодательного определения понятия доказательств, не учитывающего основные теоретические положения. В теории уголовного процесса под доказательствами понимаются сведения об обстоятельствах, которые необходимо установить по делу, содержащиеся в установленных законом источниках. Другими словами, сущность доказательств образует неразрывное единство сведений и их источников, т.е. информационной и удостоверительной составляющих.

В отличие от УПК РСФСР, где доказательства определялись как «фактические данные», УПК РФ (ч. 1 ст. 74) информационную сторону этого понятия формулирует более четко: доказательствами по делу являются «любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель… устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу…».

Гораздо сложнее обстоит дело с удостоверительной стороной, т.е. источниками этих сведений. В УПК РФ источники доказательств вообще не упоминаются. Более того, перечисленные в ч. 2 ст. 74 УПК источники доказательств названы в законе доказательствами, что создает дополнительные трудности в определении понятий.

В теории уголовного процесса по этому вопросу также нет единой точки зрения. Исходя из смыслового значения слова «источник» — «то, что дает начало чему-нибудь, откуда исходит что-нибудь» (Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1988. С. 237), некоторые авторы понимают под источником доказательств «те конкретные вещи или тех конкретных лиц, которые определенным образом восприняли следы преступления и отображают их вовне» (Сердюков П.П. Доказательства в стадии возбуждения уголовного дела. Иркутск, 1981. С. 34). Но следы преступления — это тоже производные объекты, их источником в гносеологическом смысле является само преступление.

Другие авторы сводят понятие источника доказательств к лицам, участвующим в уголовном процессе, от которых исходят сведения об искомых обстоятельствах: свидетель, потерпевший, подозреваемый. Источником вещественных доказательств при таком понимании является следователь и понятые (Дорохов В.Я. Понятие источника доказательств // Актуальные проблемы доказывания в советском уголовном процессе. М., 1981. С. 8). Однако лица, участвующие в уголовном процессе, сами по себе не могут быть источником доказательств, поскольку они представляют не собственно доказательства, а сообщают только информацию, сведения. Доказательствами же эти сведения станут лишь после того, как будут надлежащим образом оформлены, т.е. приобретут процессуальную форму.

Наибольшие споры вызывает вопрос об источнике вещественных доказательств. Одни авторы считают, что их источником является сама вещь, предмет (Белкин А.Р. Теория доказывания. М., 2000. С. 16), другие, как уже отмечалось, — предмет, а также лица, его обнаружившие, и следователь, третьи — «место их обнаружения и изъятия» (Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории доказательств. С. 119).

Большинство же ученых — специалистов в области доказательственного права (Л. Карнеева, А. Ларин, В. Савицкий, Ф. Фаткуллин, М. Якуб и др.) полагают, что источник доказательств — это процессуальная форма сведений о фактах или процессуальное средство сохранения и передачи информации.

Представляется, что такая позиция наиболее близка к пониманию специфики источника доказательств как средства сохранения и передачи информации. Исходя из этого, более полно, на мой взгляд, определяет источник доказательств Ф. Фаткуллин, который считает, что «показания… заключения экспертов, документы и остальные источники доказательств — это, в первую очередь, определенные процессуальные формы, посредством которых имеющие значение по делу фактические данные вступают в сферу процессуального доказывания» (Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976. С. 127). Кроме того, в понятие источника он включает и носителя информации (лицо, предмет), поскольку требование допустимости доказательства относится как к процессуальной форме получения фактических данных, так и к их носителю: в ряде случаев закон запрещает использовать в качестве доказательств показания лиц именно в связи с конкретными свойствами (недостатками) носителя информации. Думается, что приведенные доводы являются убедительными для определения источника фактических данных как единства носителя информации и процессуальной формы ее сохранения и передачи. Такой формой и являются предусмотренные законом показания свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, заключения эксперта, документы и т.д. При таком понимании в отношении вещественных доказательств носителем информации будет сам предмет, обладающий признаками, указанными в ст. 81 УПК, а формой сохранения и передачи этой информации — процессуальные документы, в которых закреплены обстоятельства обнаружения и изъятия предмета, протоколы осмотра, постановление о приобщении его к материалам уголовного дела.

Необходимо отметить, что, несмотря на противоречивость ст. 74 УПК, в ст. ст. 76 — 81 УПК дается определение каждого вида доказательств (абстрактное понятие доказательства образует единство сведений и их источников, а сведения, содержащиеся в конкретном источнике, образуют вид доказательства), например «показания подозреваемого — сведения, сообщенные им на допросе…»; «показания потерпевшего — сведения, сообщенные им на допросе…»; «заключение эксперта — представленные в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом…»; «документы допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств…» и т.д.

Таким образом, исходя из традиционного понимания доказательства как единства сведений и их источника (процессуальной формы), перечень доказательств, о котором идет речь в п.п. 5 и 6 ч. 1 ст. 220 УПК, должен представлять собой краткое изложение сведений, содержащихся в том или ином источнике.

Необходимость раскрывать содержание доказательств подтверждается и тем, что, несмотря на ознакомление обвиняемого с материалами уголовного дела, по окончании расследования УПК РФ обязывает прокурора вручать ему копию обвинительного заключения. Невыполнение этого правила влечет возвращение уголовного дела прокурору (ст. 237). Кроме того, судебное разбирательство уголовного дела не может начаться ранее 7 суток со дня вручения обвиняемому копии обвинительного заключения (ч. 2 ст. 265). Тем самым закон гарантирует обвиняемому возможность до начала судебного разбирательства подготовиться к своей защите на основе целостной картины доказательств, приводимых в обвинительном заключении. Перечисление же только источников доказательств лишает обвиняемого такой возможности и тем самым нарушает его право на защиту.

Изложение содержания доказательств во многих случаях предотвратило бы возвращение судом уголовных дел прокурору для пересоставления обвинительного заключения, поскольку при изучении материалов дела прокурор не только мог бы сразу же получить представление о доказательственной базе, но и выявить недостатки итогового документа предварительного следствия и своевременно принять меры к их устранению.

В связи с изложенным представляется, что для более правильного и единообразного понимания сущности доказательств и содержания обвинительного заключения необходимо внести соответствующие изменения в ст. ст. 74 и 220 УПК.