Подозреваемый как участник уголовного судопроизводства со стороны защиты

04-03-19 admin 0 comment

Быков В.
Электронный ресурс, 2003.


В. Быков, доктор юридических наук, профессор (г. Саратов).

УПК РФ в соответствии с принципом состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе разделил участников уголовного судопроизводства на стороны обвинения и защиты. Первым в ряду участников со стороны защиты назван подозреваемый (ст. 46 УПК).

Правовое положение подозреваемого УПК определил достаточно четко и конкретно, подробно регламентировав его права на стадиях досудебной подготовки. Вместе с тем Кодекс ввел ряд новелл относительно правового положения подозреваемого как участника уголовного судопроизводства, которые оказались не вполне удачными, вызывают возражения и оставляют основания для критики.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 УПК подозреваемым является лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело по основаниям и в порядке, установленном гл. 20 настоящего Кодекса; либо которое задержано в соответствии со ст. ст. 91 и 92; либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в соответствии со ст. 108 УПК. Новым основанием признания лица подозреваемым является возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица. Прежний УПК такой нормы не содержал, в то время как необходимость в ней в следственной практике ощущалась достаточно сильно. Теперь же с введением указанного основания признания лица подозреваемым устранена имевшаяся в ряде случаев неопределенность правового положения допрашиваемого.

Одной из новелл статуса подозреваемого является его право на получение копии постановления о возбуждении против него уголовного дела, либо копии протокола задержания, либо копии постановления о применении к нему меры пресечения (п. 1 ч. 4 ст. 46 УПК). Такое расширение прав подозреваемого вполне обоснованно. Необходимость вручения подозреваемому копий указанных документов объясняется тем, что в них сформулировано подозрение, о котором подозреваемый должен знать, чтобы защищаться от него. Вручение копий документов избавляет дознавателя и следователя от необходимости вынесения специального постановления о привлечении лица в качестве подозреваемого.

Новый УПК предоставил право подозреваемому давать объяснения и показания по поводу имеющего в отношении него подозрения либо отказаться от дачи объяснений и показаний (п. 2 ч. 4 ст. 46 УПК). Это право подозреваемого представляет собой основное средство его защиты от возникшего подозрения.

Часть 2 ст. 46 УПК устанавливает, что подозреваемый должен быть допрошен не позднее 24 часов с момента: вынесения постановления о возбуждении уголовного дела, за исключением случаев, когда место нахождения подозреваемого не установлено; фактического его задержания. Часть 4 ст. 92 УПК также указывает, что подозреваемый должен быть допрошен в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 46, ст. ст. 189 и 190 УПК.

Федеральным законом от 24 июля 2002 г. в ч. 4 ст. 92 УПК были внесены дополнения, направленные на защиту прав подозреваемого: «До начала допроса подозреваемому по его просьбе обеспечивается свидание с защитником наедине и конфиденциально. В случае необходимости производства процессуальных действий с участием подозреваемого продолжительность свидания может быть ограничена дознавателем, следователем с обязательным предварительным уведомлением об этом подозреваемого и его защитника. В любом случае продолжительность свидания не может быть менее 2 часов».

Однако действующий УПК не содержит отдельной статьи о порядке допроса подозреваемого, аналогичной по содержанию ст. 123 УПК РСФСР о вызове и допросе подозреваемого. Думается, что такая статья в УПК РФ также необходима. В ней, в частности, обязательно должно быть указано, что перед началом допроса подозреваемому должны быть разъяснены его права, предусмотренные ч. 4 ст. 46 УПК, а также должно быть объявлено, в совершении какого преступления он подозревается, и об этом должна быть сделана отметка в протоколе его допроса, удостоверенная подписями подозреваемого и дознавателя или следователя.

Несмотря на то что подозреваемый знает о возникшем в отношении него подозрения из копий документов, вручаемых ему в соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 46 УПК, тем не менее разъяснения дознавателем и следователем сути подозрения непосредственно перед началом его допроса имеют важное значение. Дело в том, что к моменту допроса подозреваемого следователем и дознавателем могут быть получены новые доказательства, которые потребуют изменения, дополнения или корректировки содержания подозрения. Кроме того, подозрение, объявленное непосредственно перед допросом, во многом определяет предмет допроса подозреваемого.

Пункты 6 и 7 ч. 4 ст. 46 УПК предоставляют право подозреваемому давать показания и объяснения на родном языке или языке, которым он владеет, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика.

Одна из новелл нового УПК связана с участием защитника при допросе подозреваемого. Пункт 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ устанавливает, что к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого и обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым или обвиняемым в суде.

Суть этой нормы в том, что если при допросе подозреваемого независимо от причин отсутствует защитник, то данные им показания могут быть признаны недопустимыми доказательствами, для чего подозреваемому достаточно от них отказаться при допросе в суде. При этом уголовно — процессуальный закон не требует, чтобы подозреваемый указывал причины, основания или мотивы отказа от своих прежних показаний, а суд не должен проверять и исследовать их относительно того, насколько они соответствуют истине, объективно ли отражают событие преступления или нет.

В юридической периодике эта новелла уже вызвала критику. Так, А. Бойков считает, что норма, закрепленная в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК, является «Крайним (запредельным) выражением заботы о комфорте подозреваемого и обвиняемого, попирающим здравый смысл и превосходящим конституционную идею о недопустимости доказательств» (Бойков А. Новый УПК России и проблемы борьбы с преступностью // Уголовное право. 2002. N 3. С. 65). Эту же новеллу УПК Р. Куссмауль критикует совершенно с противоположных позиций: он полагает, что рассматриваемая норма является дискриминационной, так как ограничивает право на защиту тех обвиняемых, которые имеют защитника, и им придется отказываться от защитника, чтобы сохранить возможность отказа в суде от своих показаний. Автор вообще считает, что следует показания и обвиняемого исключить как вид доказательств (Куссмауль Р. Дискриминационная норма нового УПК // Российская юстиция. 2002. N 9. С. 32).

На мой взгляд, следует согласиться с А. Бойковым в том, что норма п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК представляет подозреваемому и обвиняемому излишние привилегии в средствах защиты от подозрения и обвинения и в этом смысле нарушает равноправие сторон в уголовном судопроизводстве как необходимого элемента состязательного процесса.

Но дело не только в этом. Вызывает возражения попытка законодателя указать суду, как надо оценивать показания подозреваемого и обвиняемого. Когда нам говорят, что доказательства должны быть оценены определенным образом, то это представляет собой отход от свободной оценки доказательств, сутью которой является оценка доказательств судей, присяжными заседателями, прокурором, следователем и дознавателем по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью (ч. 1 ст. 17 УПК).

По существу, это возврат к теории формальных доказательств, в соответствии с которой законодатель заранее определяет значение тех или иных доказательств и указывает, как их нужно оценивать. При этом доказательства не оцениваются по тому, насколько верно они отражают реальные события и факты, а суду предлагается принять во внимание только два формальных момента — присутствовал ли при допросе подозреваемого или обвиняемого защитник и отказался ли затем допрошенный в суде подсудимый от своих показаний, данных на предварительном следствии.

Нельзя обойти вниманием еще одно противоречие, имеющееся в новом УПК, относительно правового положения подозреваемого. Так, в п. 4 ч. 4 ст. 46 УПК указано, что подозреваемый имеет право представлять доказательства. А в ч. 2 ст. 86 УПК говорится, что подозреваемый вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств. Остается неясным, что имеет право делать подозреваемый — представлять доказательства или только собирать и представлять письменные документы и предметы?

В указанных статьях мы наблюдаем не просто терминологическую неточность, некорректность в формулировании норм, здесь можно вести речь о непонимании и игнорировании законодателем положений теории доказательств в уголовном процессе. Казалось бы, в тех и других нормах УПК говорится об одном и том же — о доказательствах. Но надо иметь в виду, что представленные подозреваемым письменные документы и предметы компетентное должностное лицо — дознаватель, следователь, прокурор или суд должен осмотреть, исследовать, оценить, а уже потом признать доказательствами и в качестве таковых приобщить к материалам уголовного дела. До их признания таковыми любые сведения, документы и предметы не имеют статуса доказательства.

С учетом изложенного п. 4 ч. 4 ст. 46 УПК, на мой взгляд, следовало бы изложить следующим образом: «собирать сведения, письменные документы и предметы и представлять их дознавателю, следователю, прокурору и суду для решения вопроса о признании их доказательствами и приобщении к уголовному делу».

Следует также указать, что подозреваемому как участнику уголовного судопроизводства ч. 4 ст. 46 УПК предоставлены и другие права: заявлять ходатайства и отводы; знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием, и подавать на них замечания; участвовать с разрешения следователя или дознавателя в следственных действиях, производимых по его ходатайству, ходатайству его защитника либо законного представителя; приносить жалобы на действия (бездействие) и решения суда, прокурора, следователя и дознавателя; защищаться иными средствами и способами, не запрещенными УПК.

Подозреваемый как участник уголовного производства — процессуальная фигура временная, его участие в дознании или предварительном следствии ограничено процессуальными сроками. В перспективе дальнейшего расследования по уголовному делу, если возникшие подозрения в отношении него отпадут, в соответствии с ч. 1 ст. 27 УПК уголовное преследование в отношении данного лица должно быть прекращено в связи с непричастностью подозреваемого к совершению преступления. Если же подозрение в результате расследования подтверждается, то подозреваемому будет предъявлено обвинение и он превратится в обвиняемого.

Сроки пребывания лица в качестве подозреваемого определяются основаниями возникновения его в уголовном деле. Если лицо становится подозреваемым в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела, то срок пребывания в качестве подозреваемого определяется сроком следствия или дознания, в рамках этого срока подозреваемому должно быть предъявлено обвинение или прекращено уголовное преследование. Сроки пребывания подозреваемого, задержанного по подозрению в совершении преступления, исчисляются 48 часами, в течение которых должен быть решен вопрос о его аресте или задержанный должен быть освобожден. Если же в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления, избрана в установленном порядке мера пресечения содержание под стражей, то в течение 10 дней должен быть составлен обвинительный акт или данная мера пресечения отменяется (ч. ч. 2 и 3 ст. 224 УПК).