Правовая природа доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью

04-03-19 admin 0 comment

Урюжникова А.В.
Гражданское право, 2006.


Урюжникова А.В., аспирант Ростовского государственного университета.

Основной категорией, из владения которой происходят права и обязанности участника общества с ограниченной ответственностью, является доля в уставном капитале.

Поскольку понятие доли в уставном капитале не раскрывается ни в Гражданском кодексе РФ, ни в Законе «Об обществах с ограниченной ответственностью», сделаем предположение, что из владения долей следует право членства в обществе. Иначе — между участниками и обществом складываются членские правоотношения.

«Членство» в общем смысле понимается как определенное состояние и трактуется как «пребывание членом где-нибудь», т.е. вхождение лица в состав союза, объединения, группы» <*>.

———————————

<*> Ожегов С.И. Словарь русского языка: 70000 слов / Под ред. Н.Ю. Шведовой. 21-е изд., перераб. и доп. М.: Рус. яз., 1989. С. 884.

По действующему российскому законодательству членские отношения между юридическим лицом и его участниками (учредителями) характерны только для производственных и потребительских кооперативов и общественных организаций.

Право на объединение предоставлено ст. 30 Конституции РФ. Граждане добровольно объединяются в общественные и религиозные организации для удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей. Поскольку предмет исследования настоящей статьи не охватывает некоммерческие организации, дальнейший анализ норм права будет проведен в отношении коммерческих организаций.

Право членства в кооперативе может быть сведено к праву именоваться членом кооператива. Права члена в отношении кооператива не обусловлены величиной пая, каждый член имеет один голос на общем собрании членов (п. 4 ст. 110 ГК), при выходе ему выплачивается стоимость пая либо имущество соответствующей стоимости (п. 1 ст. 111 ГК).

С.Н. Братусь считал, что права членства в кооперативных и общественных организациях относятся к личным неимущественным, потому что являются неотчуждаемыми, их нельзя отделить от члена такой организации, которому они принадлежат, пока он является членом этой организации. Соответственно можно говорить о личной неимущественной природе членских отношений <*>.

———————————

<*> Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. М.: Юридическая литература, 1963. С. 74.

Следует полностью согласиться с цитируемым ученым, поскольку действующий Гражданский кодекс РФ напрямую указывает способы прекращения членства: выход из кооператива, исключение по решению собрания, передача пая члену кооператива либо другому гражданину по решению собрания, смерть члена кооператива, обращение взыскания на пай.

Нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие деятельность обществ с ограниченной ответственностью, построены иным образом. Последствиями выбытия участников из общества одним из отмеченных выше способом является в самом общем виде переход прав и обязанностей выбывшего участника к другому лицу (с требованием согласия на это других участников либо без такового), увеличение долей участников либо переход доли на баланс общества. Более того, после перехода прав и обязанностей участника наименование (титул) участника содержится в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью, и данные положения считаются действительными для третьих лиц до момента государственной регистрации изменений в учредительных документах общества с ограниченной ответственностью.

Все это свидетельствует о передаваемости прав и обязанностей участников, что позволяет сделать вывод о невозможности ограничиться характеристикой отношений между обществами с ограниченной ответственностью и их участниками (учредителями) в качестве членских.

В литературе можно встретить термины «право членства», «членство», применяемые в отношении прав участников товариществ и обществ как одна из составляющих права участия в целом.

«Членство, участие в складочном капитале, как будущее участие в имуществе компании при ликвидации и, наконец, участие в прибылях — таковы единоличные права акционера… акция есть совокупность всех прав акционера (членство и два участия)…» <*> — встречаем мы у П.П. Цитовича.

———————————

<*> Цитович П.П. Учебник торгового права. Киев, 1891. С. 83.

Поскольку цитируемый автор понимает участие в акционерной компании (товариществе, обществе) как участие в складочном капитале, при этом «все количество капитала, выраженное на денежную сумму, разбивается на определенное количество частей (участков, вкладов), как паев, акций одинакового размера…» <*>, мы считаем возможным использовать данное высказывание и по отношению к обществам с ограниченной ответственностью.

———————————

<*> Цитович П.П. Указ. соч. С. 76.

Абзац 2 п. 2 ст. 48 Гражданского кодекса РФ устанавливает, что в отношении общества с ограниченной ответственностью его участники имеют обязательственные права. Объем прав, которые предоставляет доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью своему владельцу — участнику общества, включает в себя: право на получение части чистой прибыли общества, право на получение в случае выхода участника из общества либо исключения из общества действительной стоимости доли, право на часть имущества общества в случае его ликвидации, оставшуюся после расчета со всеми кредиторами, позволяет сделать вывод, что доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью есть совокупность имущественных прав. Данное мнение широко распространено в литературе <*>.

———————————

<*> См.: Бобков С.А. Уступка доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Журнал российского права. 2002. N 7; Тимохина Е. Продажа доли в уставном капитале ООО: платить ли НДС? // Экономика и жизнь. 2000. N 13; Шевченко С. Переход долей общества с ограниченной ответственностью // Законность. 2004. N 10; Бегунова Н. Наследование долей в ООО // ЭЖ-Юрист. 2004. N 15.

Зададимся вопросом: можно ли так безусловно признавать долю в уставном капитале имущественным правом обязательственной природы?

Действующий ГК РФ содержит следующее определение обязательств: «В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности» (п. 1 ст. 307 ГК).

Обязательственному правоотношению присуща полная определенность его участников (как на стороне кредитора, так и на стороне должника), оно имеет относительный характер. Субъективное право в обязательственных отношениях именуется правом требования, специфика содержания обязательственного правоотношения состоит в том, что управомоченный субъект обладает возможностью требовать определенного поведения от субъекта обязанного.

Рассмотрим отдельные права участника общества с ограниченной ответственностью с точки зрения обязательств.

Право принимать участие в распределении прибыли. В литературе высказываются различные мнения по вопросу природы указанного права участника общества (в том числе акционерного).

Д.В. Ломакин считает, что право на дивиденд существует у акционеров и до объявления дивидендов, но только это право особого рода — членское право, корпоративное право на дивиденд, требовать принудительного осуществления которого нельзя. Впоследствии, после объявления дивидендов, это право переходит в одноименное обязательственное право, исполнения которого можно требовать в судебном порядке. Только потому, что акционер имеет корпоративное право на дивиденд, впоследствии он может приобрести обязательственное право, то есть кредиторское право на дивиденд производно от корпоративного права на дивиденд <*>.

———————————

<*> Ломакин Д.В. Акционерное правоотношение. М., 1997. С. 64 — 65.

О.В. Петникова утверждает, что «право на получение части прибыли нельзя однозначно причислить к категории обязательственных прав и с уверенностью охарактеризовать его как относительное» <*>. О.В. Петникова обосновывает свою позицию тем, что согласно п. 1 ст. 28 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество имеет право, но не обязано распределять прибыль между участниками. Особенность права участника на получение части прибыли общества состоит в том, что его наличие не позволяет управомоченному лицу (участнику) требовать выплаты причитающейся ему части прибыли.

———————————

<*> Петникова О.В. Специфика прав участников общества с ограниченной ответственностью // Право и экономика. 2000. N 3.

Следует не согласиться с отмеченными мнениями исследователей в связи со следующим. Согласно ст. 67 ГК РФ участники хозяйственных товариществ и обществ вправе принимать участие в распределении прибыли. Аналогичную трактовку дает ст. 8 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в отличие от ст. 31 Закона «Об акционерных обществах», которая предоставляет владельцам обыкновенных акций право на получение дивидендов. Это означает, что общество с ограниченной ответственностью может осуществить свое право на распределение чистой прибыли между участниками только посредством принятия общим собранием участников такого решения (т.е. путем реализации участниками права на участие в распределении прибыли).

Основанием этому служат нормы ст. 50 ГК РФ и ст. 28 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в соответствии с которыми общество с ограниченной ответственностью является коммерческой организацией, преследующей извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и имеющей право на ее распределение между своими участниками в установленном законом порядке и сроки.

Таким образом, мы признаем обязательственную природу права участника общества с ограниченной ответственностью на получение части прибыли общества.

Право участника на ликвидационную квоту нельзя понимать как обязанность общества. Возможность реализации этого права зависит от определенных условий, в данном случае это ликвидация общества. Ликвидация влечет прекращение прав и обязанностей общества. Процесс ликвидации может привести к выплате участникам части имущества, распределение имущества производится ликвидационной комиссией (не обществом), действующей с момента ее назначения общим собранием участников.

Право участника в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников, право участвовать в управлении делами общества, право получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией представляют собой аналоги абсолютного, а не обязательственного субъективного права <*>.

———————————

<*> Лапач В.А. Доля в уставном капитале как имущество // ЭЖ-Юрист. 2005. N 28.

Установленное Законом неограниченное право выхода участника из общества с ограниченной ответственностью имеет немало сторонников и противников. В настоящее время законопроектом «Об обществах с ограниченной ответственностью» <*> предлагается закрепить норму, согласно которой выход участника из общества по общему правилу не допускается, если иное не установлено уставом общества. Подобное отступление может быть сделано в уставе общества как при его учреждении, когда соответствующее положение будет указано учредителями общества с ограниченной ответственностью, так и внесено в устав общества на основании решения общего собрания участников. Для принятия соответствующего решения предлагается установить в Федеральном законе «Об обществах с ограниченной ответственностью» необходимость квалифицированного числа голосов участников. Законопроект 9 ноября 2005 г. «Об обществах с ограниченной ответственностью» принят Государственной Думой в первом чтении <**>.

———————————

<*> Отчет о научно-исследовательской работе по государственному контракту от 11 марта 2002 г. N 9.031/1 по теме «Совершенствование законодательства об обществах с ограниченной ответственностью» // http://www.economy.gov.ru/merit/dep1_doc/03-14-03-02.doc.

<**> Официальный сайт Государственной Думы // http://www.duma.gov.ru.

Выход участника из общества представляет собой односторонний отказ от участия в учредительном договоре общества, прямо предусмотренный Законом.

М.М. Агарков писал, что «проявление правоспособности отражается в праве заключать договоры и иные допущенные законом сделки, в праве составить завещание, в праве расторгнуть договор и т.п. В этом случае праву не противостоит никакая обязанность. Термин «право» обозначает здесь, что закон (или шире — объективное право), во-первых, не запрещает такое действие, во-вторых, что он придает ему юридическое значение, — связывает с его совершением либо возникновение, изменение, либо прекращение гражданских правоотношений» <*>.

———————————

<*> Агарков М.М. Обязательства по советскому гражданскому праву. М., 1940. С. 69.

Таким образом, право на выход участника из общества с ограниченной ответственностью следует рассматривать как абсолютное право, как проявление участником гражданской правоспособности.

Следует согласиться с профессором В.А. Лапачем, утверждающим, что доля в уставном капитале не является имущественным правом: «Действительно, может ли существовать имущественное право обязательственной природы, относительно которого можно с уверенностью утверждать только одно: должником, противостоящим владельцу доли, является товарищество или общество, в уставном капитале которого соответствующая доля выделена? Ведь все остальные параметры такого права остаются неопределенными: заранее неизвестны не только стоимостные, количественные параметры требования, но даже и момент возникновения требования не может быть определен ранее того, как наступят указанные в Законе юридические факты или состояния (выход участника из товарищества или общества; предложение о продаже доли одним из участников с реализацией преимущественного, пропорционального доле, права приобретения другими участниками; распределение полученной прибыли пропорционально доле; получение ликвидационного остатка соразмерно доле и др.)» <*>.

———————————

<*> Лапач В.А. Система объектов гражданских прав: Теория и судебная практика. СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2002. С. 489.

Законодательство предусматривает целый перечень случаев перехода доли в уставном капитале общества к самому обществу. К таким случаям согласно ст. 23, 26 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» относятся:

переход к обществу, уставом которого запрещена уступка доли (части доли) участника третьим лицам, доли (части доли) участника общества, от приобретения которой отказались другие участники общества, по требованию данного участника;

переход к обществу, уставом которого запрещена уступка доли (части доли) участника другому лицу без согласия остальных участников общества, доли (части доли) участника, не получившего такого согласия, по требованию данного участника;

переход к обществу доли участника, не исполнившего обязанности по внесению своего вклада в уставный капитал;

переход к обществу доли участника общества, внесшего в уставный капитал общества вклад в виде права пользования имуществом и не предоставившего соответствующей компенсации при прекращении у общества данного права до истечения срока, на который имущество было передано в пользование;

переход к обществу доли участника в случае отказа остальных участников в даче согласия на переход доли к его наследникам (правопреемникам);

переход к обществу доли участника в случае выплаты обществом ее действительной стоимости по требованию кредиторов участника;

переход к обществу доли участника, исключенного из общества;

переход к обществу доли участника, вышедшего из общества.

В соответствии с указанием ст. 24 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» доля считается принадлежащей обществу, а не участнику. Последний же становится кредитором общества и имеет к нему действительно имущественное требование, все параметры которого исчерпывающе определены Законом… очевиден парадокс: имущественное требование участника к обществу вытекает не из принадлежащей ему доли, а как раз из перехода доли к обществу <*>.

———————————

<*> Лапач В.А. Указ. соч. С. 490.

По правилам ст. 413 ГК РФ в связи с совпадением должника и кредитора в одном лице должны быть прекращены обязательства. При этом следует не согласиться с конструкцией О. Ломидзе <*>, согласно которой при переходе обязательственного права участника юридического лица к самому лицу устанавливается отсрочка, в течение которой право может быть передано другим участникам или третьим лицам.

———————————

<*> Ломидзе О. Переход обязательственных прав участников юридических лиц // Российская юстиция. 1999. N 10.

Поскольку юридическая судьба доли, перешедшей к обществу, такова, что она может быть передана обществом другим участникам, третьим лицам, либо на ее размер уменьшен уставный капитал, сказанное позволяет сделать вывод о том, что доля в уставном капитале не является имущественным правом обязательственной природы.

Попробуем найти объяснение понятию доли в уставном капитале с точки зрения вещного права.

Признание (в том числе условное) доли в уставном капитале имуществом происходит по аналогии (ст. 6 ГК РФ) с акциями бездокументарной формы, так называемыми бестелесными вещами.

Признание доли имуществом встречается в ст. 25 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» — при недостаточности для покрытия долгов другого имущества участника общества на основании решения суда допускается обращение по требованию кредиторов взыскания на долю.

В силу норм ГК РФ о наследстве доля в уставном капитале входит в состав наследуемого имущества.

В силу норм гл. 53 ГК РФ о передаче имущества в доверительное управление (косвенно положения о том, что передача имущества не влечет перехода права собственности на имущество), а также на основании норм Закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», напрямую допускающих передачу в доверительное управление доли в уставном капитале.

Однако не все так однозначно.

Нормы Закона «О валютном регулировании и валютном контроле» в Российской Федерации вообще не охватывают своим действием контроль за перемещением через таможенную границу долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью. Доли в уставном капитале не входят в понятие валюты, а также внутренних либо внешних ценных бумаг.

Под валютный контроль подпадают только инвестиции в форме капитальных вложений, перечисляемые за приобретаемые доли в уставном капитале при участии резидентов и нерезидентов <*>. Доли в уставном капитале, не подпадая под понятие товара, не включены в таможенный тариф Российской Федерации.

———————————

<*> См.: Инструкция ЦБ РФ от 15 июня 2004 г. N 117-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации при осуществлении валютных операций, порядке учета уполномоченными банками валютных операций и оформления паспортов сделок».

Анализ действующего российского налогового законодательства позволяет сделать вывод, что налоговые органы не рискуют дать точного и однозначного определения доле в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью.

Под реализацией ст. 39 Налогового кодекса РФ понимает передачу на возмездной основе права собственности на товары, работы, услуги. Согласно пп. 12 п. 2 ст. 149 НК РФ не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) реализация (передача) на территории Российской Федерации долей в уставном (складочном) капитале организаций.

Под понятие товар в силу ст. 38 НК РФ подпадает только имущество, исключая имущественные права в понятии ст. 128 Гражданского кодекса РФ. Анализируя формулировки НК РФ, можно сделать вывод: доля в уставном капитале не признается Налоговым кодексом РФ имущественным правом, поскольку, определяя товары, не подлежащие налогообложению при реализации, НК РФ отдельно выделяет долю в уставном капитале — вид товара, т.е. имущество.

Правоприменительная практика идет по пути признания вещной природы доли в уставном капитале. Материалы судебной практики свидетельствуют о наличии дел о признании права собственности на долю в уставном капитале, в том числе о принятии судами положительных решений о признании права собственности <*>. Несмотря на наличие исков с таким наименованием, большинство из них носят обязательственный характер. Это, по нашему мнению, обусловлено тем, что из существа виндикационного иска следует, что виндицировать можно лишь индивидуально-определенное имущество, отнесение доли в уставном капитале к индивидуально-определенному имуществу затруднительно. Поэтому заявители идут по более понятному пути, используя иски о применении последствий недействительности сделок.

———————————

<*> См.: Постановление ФАС СЗО по делу N А05-5066/04-17 от 4 мая 2005 г., Постановление ФАС ЗСО по делу N Ф04/166-1981/А45-2002 от 16 января 2003 г., Постановление ФАС ЗСО по делу N Ф04-7378/2004 (5610-А45-24) от 20 октября 2004 г., Постановление ФАС ЗСО по делу N Ф04-7959/2004 (6096-А03-12) от 9 ноября 2004 г., Постановление ФАС СЗО по делу N А56-25195/99 от 17 января 2000 г.

Рассмотрим пример из практики. Истец (И.А. Брейкина) обратился в арбитражный суд с иском о признании договора N 1 купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Элон Плюс» от 20 июля 1999 г. и сделки уступки доли в уставном капитале ООО «Элон Плюс» от 9 октября 1999 г. между Д.П. Рогулиным и М.Е. Барсуковой недействительными (ничтожными).

В обоснование иска истец ссылается на ничтожность указанных сделок, поскольку они противоречат требованиям закона.

На основании доверенности, выданной И.Ю. Кузнецовой от имени И.А. Брейкиной — единственного участника общества, 20 июля 1999 г. заключен договор N 1 купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Элон Плюс» с Д.П. Рогулиным, последним указанная доля в уставном капитале продана М.Е. Барсуковой.

И.А. Брейкина, утверждая, что никакой доверенности не выдавала и никого не уполномочивала продавать свою долю в уставном капитале, обратилась в арбитражный суд с иском о признании сделок недействительными.

Суд, удовлетворяя иск, пришел к обоснованности заявленных требований в связи с тем, что сделки совершены лицом, не являющимся собственником имущества, то есть являются ничтожными.

В литературе можно встретить вполне обоснованное и поддерживаемое нами утверждение о том, что, основываясь на тождестве системы качеств бездокументарной ценной бумаги и доли в уставном капитале, у приобретателя доли имеется возможность пользоваться защитой добросовестного приобретателя по аналогии закона (ст. 6 ГК РФ) <*>.

———————————

<*> Кочергин П. Защита доли приобретателя // ЭЖ-Юрист. 2005. N 1.

Таким образом, можно сделать вывод, что доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не является имущественным (обязательственным) правом требования к обществу. Следует полностью согласиться с позицией профессора В.А. Лапача, что доля в уставном капитале должна быть отнесена не к «имущественным правам», а к «иному имуществу» в соответствии со ст. 128 ГК <*>.

———————————

<*> Лапач В.А. Доля в уставном капитале как имущество // ЭЖ-Юрист. 2005. N 28.

Признание доли в уставном капитале общества имуществом позволяет участникам обществ с ограниченной ответственностью использовать все предусмотренные гражданским законодательством средства защиты права собственности, открывает новые горизонты для проведения исследований в сфере налогообложения операций по отчуждению долей в уставном капитале и способствует решению наиболее актуальных проблем оборота долей в уставном капитале и выхода участника из общества с ограниченной ответственностью, нашедших отражение в законопроекте «Об обществах с ограниченной ответственностью».