Субъекты апелляционного обжалования приговора: пределы процессуальных прав и полномочий

04-03-19 admin 0 comment

Александров А.С., Ковтун Н.Н.
Журнал российского права, 2002.


Характеризуя основные черты апелляционного обжалования судебных решений по Уставу уголовного судопроизводства 1864 года, И.Я. Фойницкий отмечал: под апелляцией разумеется пересмотр высшей инстанцией обжалованного неокончательного приговора низшего суда в его основаниях как фактических, так и юридических, но в пределах принесенной жалобы <*>. Первым и главным признаком апелляции считается то, что суд второй инстанции, подобно первой, рассматривает дело по существу и постановляет по нему приговор, совершенно заменяющий (собой) приговор нижестоящего суда.

———————————

<*> См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 2. СПб., 1910. С. 507.

Цель апелляционного разбирательства заключается в новом пересмотре уголовного дела. Но эта цель, а отсюда и объем разбирательства (судебной проверки) должны пониматься в том смысле, что апелляционная инстанция должна действовать исключительно в пределах (заявленной) жалобы, то есть не затрагивать те стороны приговора мирового судьи, которые не обжалованы. Однако ограничения, налагаемые пределами апелляционного отзыва <*>, никак не стесняют суд в установлении оснований своего суждения, то есть в пределах отзыва он не связан указаниями жалобы и приводимыми в заседании апелляционного суда объяснениями: он может принять в основание своего приговора все обстоятельства уголовного дела, бывшие предметом его (собственного) судебного следствия <**>.

———————————

<*> Хотя действующее уголовно — процессуальное законодательство России и не использует термина «апелляционный отзыв», он был хорошо известен процессуальному законодательству России 1864 — 1917 гг. Мы используем названный термин в значении «апелляционная жалоба / представление». См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996. С. 537, 539; Духовской М.В. Русский уголовный процесс. М., 1908. С. 392 — 395.

<**> См.: Духовской М.В. Указ. соч. С. 390.

В современном уголовном процессе апелляционное производство восстановлено Федеральным законом РФ от 7 августа 2000 года <*>, который дополнил Уголовно — процессуальный кодекс РСФСР разделом XII, регламентировавшим апелляционное обжалование (опротестование) судебных решений мирового судьи, не вступивших в законную силу. Закреплен этот процессуальный порядок и в разделе XIII нового УПК РФ. Судя по этим новеллам, суть апелляционного производства заключается в том, что суд вышестоящей инстанции вправе пересмотреть по существу не только обжалованные части не вступившего в законную силу приговора мирового судьи, но и те судебные действия суда и сторон, на которых он был основан, причем как в части, касающейся соблюдения надлежащей процессуальной формы их производства, так и самого существа.

———————————

<*> Ранее (до 1917 г.) апелляционное производство было достаточно полно урегулировано. Подробнее см.: Александров А.С., Ковтун Н.Н. Апелляция в русском уголовном судопроизводстве. Н. Новгород, 1999.

При анализе предмета и пределов проверки в суде апелляционной инстанции, нашедших свое отражение в УПК РСФСР, обращало на себя внимание, что в ряде случаев законодатель не связывал возможность внесения жалобы (представления) с нарушением в суде первой инстанции исключительно интересов жалующегося субъекта. В силу ч. 3 ст. 487 УПК РСФСР апелляция была возможна по поводу простого нарушения закона. Допустима, следовательно, была апелляция и на те нарушения закона, которые не нарушали законных интересов жалующегося субъекта.

Для публичного «советского» уголовного процесса это «нормально», для состязательного — несколько широко. Более продуктивными выглядят положения ч. 2 ст. 487 УПК РСФСР, а также корреспондирующие им в новом уголовно — процессуальном законе положения ч. 2 ст. 360 УПК РФ, которые, ограничивая пределы судебной проверки интересом сторон, более точно соответствуют сути контрольно — проверочной деятельности, осуществляемой в суде вышестоящей инстанции <*>.

———————————

<*> Следует отметить противоречивость в этом вопросе позиции законодателя, который (в УПК РСФСР, ч. 2 ст. 487) не счел нужным определенным, безоговорочным образом ограничить апелляционный пересмотр пределами отзыва, отдав дань советской публично — правовой традиции, в том числе и чисто советскому пониманию ревизионного начала проверки (ч. 3 ст. 487 УПК РСФСР).

Между тем с позиций современного понимания роли и места закона в жизни государства и общества было бы полезно различать в этом плане полномочия публичного процессуального органа — прокурора, для которого принесение апелляции является естественным средством обеспечения публичного интереса, и иных апелляторов — частных лиц, которые используют апелляцию для достижения своих частных интересов.

Ревизионный пересмотр дела, как публично — правовое средство судебного контроля (в государственных интересах), уместен и допустим по апелляционному представлению прокурора, преследующему цель защиты общественного (публичного) интереса. Соответственно этому должны быть сформулированы и его апелляционные требования. Выход же судом второй инстанции по собственной инициативе за пределы апелляционного отзыва и проведение ревизионной проверки материалов дела, как это имело место в нормах ч. 3 ст. 487 УПК РСФСР, с позиций современного понимания роли суда в государстве и обществе должны рассматриваться как проявление излишней публичной инициативы суда, несовместимой с его ролью в состязательном уголовном процессе <*>.

———————————

<*> См.: Ковтун Н.Н., Александров А.С. Апелляционное производство в уголовном процессе России: проблемы и решения // Государство и право. 2001. N 3. С. 38 — 45.

Очевидно, что это право вышестоящего суда не безусловно, поскольку в современных условиях высший приоритет имеют права и свободы человека и гражданина (ст. 2 Конституции РФ). Институт подобного производства также имеет своим назначением защиту прав, свобод и законных интересов граждан. Наилучшей гарантией этого должно почитаться по возможности сдержанное вмешательство публичной власти в дела гражданина, в том числе судебной власти в лице апелляционного суда. Вот почему ревизионный порядок апелляционного пересмотра дела судом по своей инициативе правомерно исключен из норм УПК РФ (ч. 2 ст. 360).

Следует отметить и то, что при определении пределов проверки дела в вышестоящем суде (ч. 2 ст. 360 УПК РФ) законодатель ограничился указанием лишь на нарушения прав и законных интересов одних осужденных, проигнорировав при этом нарушения прав других участников судебного разбирательства: потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика. Этот пробел трудно объясним с рациональных позиций. Не согласуется он и с Конституцией России, предусматривающей равенство граждан перед законом и судом (ст. 19) и равноправие сторон в основных процессуальных вопросах (ч. 3 ст. 123).

Для государственного обвинителя принесение апелляционного отзыва на незаконный, необоснованный или несправедливый приговор, как правило, является средством обеспечения публичного интереса. Иные апелляторы — частные лица — используют апелляционную жалобу для защиты в вышестоящем суде своих частных интересов. Реализация как публичной юридической обязанности, так и субъективного права на принесение субъектом апелляционного отзыва возможна при наличии ряда общих и специальных предпосылок (условий).

Общей предпосылкой для внесения государственным обвинителем апелляционного представления на приговор мирового судьи и пересмотра дела судом вышестоящей инстанции является необходимость защиты публичного (общественного) интереса, нарушенного незаконным или необоснованным приговором. Для государственного обвинителя право на принесение апелляционного представления возникает при его убежденности в наличии в вынесенном судебном решении фактических данных, указывающих на наличие оснований к пересмотру дела (ст. 369 УПК РФ) <*>.

———————————

<*> В отличие от норм УПК РСФСР, в УПК РФ (ч. 4 ст. 354), исходя из принципа состязательности процесса, законодатель далеко не случайно указывает не на публично — правовую обязанность, а на право государственного обвинителя внести апелляционное представление в защиту нарушенных интересов.

В этом случае вышестоящая инстанция вправе проверять дело полностью, то есть в ревизионном порядке, только в том случае, если эти максимально сформулированные требования содержатся в апелляционном представлении государственного обвинителя. В остальных случаях суд проверяет правосудность вынесенного мировым судьей приговора исключительно в пределах заявленного отзыва, в том числе и в пределах апелляционного представления прокурора.

Общими предпосылками (как позитивного, так и негативного характера) к апелляционному пересмотру приговора мирового судьи по жалобе участника производства, имеющего признаваемый законом интерес в деле («частного апеллятора»), являются:

а) нарушение приговором (или иным судебным решением) мирового судьи законных интересов именно жалующегося субъекта. Вследствие этого доводы жалобы должны были быть направлены к возможному их восстановлению судом вышестоящей инстанции. В принципе невозможна апелляция на те нарушения уголовно — процессуального и материального закона, которые, хотя формально и имели место в суде у мирового судьи, но никак не нарушали законных интересов жалующегося субъекта <*>;

———————————

<*> Таким образом, первую общую предпосылку (на наш взгляд, позитивную) следует понимать в том смысле, что законодатель связывает возможность внесения частным апеллятором жалобы с нарушением в суде первой инстанции исключительно интересов жалующегося субъекта.

б) сторона не может обжаловать и те отступления от процессуального закона, которые были допущены в ее интересах, при условии, что в ходе судебного разбирательства по первой инстанции она явно выразила добровольное согласие на подобное отступление и своевременно не потребовала его устранения судом первой инстанции <*>;

———————————

<*> Это есть вторая — негативная — общая предпосылка апелляционного пересмотра.

в) однако если отдельные процессуальные нормы были установлены в интересах защиты публичных прав участников судебного разбирательства (например, об обязательном участии защитника и обвинителя, обязательности назначения экспертизы, о составе суда и предметной подсудности дела, гласности судебного разбирательства), они подлежат неукоснительному исполнению вне зависимости от воли и позиций заинтересованных сторон. В силу этого каждая из заинтересованных сторон, будучи никак не связанной своей позицией, имевшей место в суде первой инстанции, вправе обжаловать в суд апелляционной инстанции как названные нарушения, так и связанный с ними неправосудный приговор. Более того, даже если стороны не упоминают о подобных нарушениях в своих жалобах (представлении), а суд вышестоящей инстанции устанавливает их по своей инициативе, он обязан принять каждое из них во внимание при обсуждении и вынесении приговора <*>.

———————————

<*> Это третья общая посылка апелляционного пересмотра приговора.

Проявлением принципа формальной диспозитивности следует считать процессуальную презумпцию, состоящую в том, что если сторона своевременно не возразила в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции против тех или иных нарушений, не воспользовалась своим правом на обжалование их, имея реальную возможность сделать это, то тем самым она как бы выражает согласие с ними, то есть не усматривает нарушения своих интересов в подобном нарушении и, следовательно, лишает себя возможности в последующем апеллировать к ним в вышестоящем суде.

Последнее положение не является общепризнанным в теории процессуальной науки. В свое время М.А. Чельцов <*> правильно указывал на то, что «сторона ОБЯЗАНА ВОВРЕМЯ ВОЗРАЖАТЬ против стеснения своих прав и заботиться об их отражении в протоколе судебного заседания. Согласие стороны с тем или другим формальным нарушением или отказ от того или иного своего права дает суду второй инстанции основание поставить под сомнение серьезность данного нарушения именно с точки зрения интересов данной стороны (курсив наш. — Авт.)» <**>. Категорически возражала против такого подхода Э.Ф. Куцова, отмечая, что обязанность возражать против допущенных в суде нарушений лежит только на прокуроре. Стороны не только не несут подобной обязанности, но и могут не предвидеть тех последствий, к которым может привести то или иное не встретившее возражений с их стороны нарушение <***>.

———————————

<*> Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1951. С. 565.

<**> Подобной позиции придерживались П.И. Люблинский и Н.Н. Полянский. См.: Люблинский П.И., Полянский Н.Н. УПК РСФСР: Комментарии. 2-е изд. М., 1928. С. 341 — 342.

<***> См.: Куцова Э.Ф. Советская кассация как гарантия законности в правосудии. М., 1957. С. 138.

Полагаем, здесь нет противоречий, ибо и М.А. Чельцов, и П.И. Люблинский, и Н.Н. Полянский применительно к названной ситуации говорят лишь о формальных нарушениях закона, не влияющих на существо дела, на реализацию основополагающих публичных прав сторон, которые, как уже отмечалось, могут быть обжалованы вне зависимости от воли (или молчаливого согласия) сторон, имевшей место в суде первой инстанции.

Специальные предпосылки к пересмотру дела вышестоящим судом определяют объем (пределы) прав того или иного (частного) апеллятора по обжалованию не вступившего в законную силу приговора. Специальные предпосылки объективно производны от правового статуса того или иного участника производства (апеллятора).

Так, на осужденного распространяет свое действие презумпция отсутствия нарушения его интересов, и он не может обжаловать в вышестоящем суде нарушения, допущенные в суде первой инстанции и не встретившие возражений с его стороны. При обжаловании осужденный не связан позицией, которую занимал в суде первой инстанции и даже в первоначально поданной жалобе, поэтому и до начала заседания вышестоящего суда он согласно ч. 4 ст. 359 УПК РФ был вправе изменить, дополнить предмет своих требований при соблюдении дополнительного правила, указанного в данной норме <*>.

———————————

<*> Имеется в виду правило, согласно которому (в повторной жалобе) не допускается ухудшение положения осужденного, если это положение не содержалось в первичном отзыве.

Осужденный не связан при обжаловании и резолютивной частью приговора. Вводная и описательно — мотивировочная его часть, в том числе и его мотивы, также являются надлежащим предметом обжалования и пересмотра. Оправдательный приговор суда первой инстанции также подлежит обжалованию (а в дальнейшем и пересмотру) со стороны оправданного <*>. Права осужденного и оправданного на обжалование в полной мере распространяются и на их защитников, а также законных представителей.

———————————

<*> Нормы ч. 2 ст. 370 УПК РФ однозначны в том, что оправдательный приговор может быть обжалован оправданным и изменен судом апелляционной инстанции в части, касающейся мотивов оправдания.

Правомочия частного обвинителя имеют диспозитивный характер: он вправе по своему усмотрению распоряжаться своим частным уголовным иском (материальная диспозитивность) и другими процессуальными правами (формальная диспозитивность), включая право на подачу апелляционной жалобы <*>.

———————————

<*> В части 4 ст. 354 УПК РФ законодатель не называет в качестве возможного субъекта принесения апелляционного отзыва частного обвинителя, вероятно, полагая, что этот пробел вполне компенсируется предоставлением подобного права потерпевшему. Полагаем, это неверно, поскольку частный обвинитель является самостоятельным участником подобного производства, защищающим свои интересы. Поэтому названное упущение закона необходимо исправить.

Потерпевший в делах публичного и частно — публичного обвинения имеет право в судебном разбирательстве дела по первой инстанции лично или через представителя поддерживать обвинение (п. 16. ч. 2 ст. 42 УПК РФ). В этом случае потерпевший становится частным сообвинителем, который присоединяется к обвинению государственного обвинителя. Если в суде у мирового судьи потерпевший фактически реализовал свои права обвинителя или же иным образом выразил свою волю на участие в деле в качестве обвинителя, то следует считать, что он имеет правовой статус частного сообвинителя (дополнительного обвинителя).

Сообвинитель и частный обвинитель по делам частного обвинения являются субъектами диспозитивности. Поэтому они вправе самостоятельно по своему усмотрению распоряжаться всеми правами в своих процессуальных и материальных интересах. Соответственно, они являются полностью ответственными за все акты распоряжения своими правами.

Частный обвинитель (по делам частного обвинения) и потерпевший, выступающий в качестве частного сообвинителя по делу публичного обвинения, связаны определенными пределами в части возможного обжалования процессуальных нарушений, имевших место в ходе судебного заседания. Если они не могли повредить их интересам и помешать постановлению благоприятного для них приговора, то, соответственно, не должны подлежать обжалованию с их стороны. Не может быть допущено обжалование с их стороны и тех нарушений, допущенных судом первой инстанции, которые касались исключительно другого участника судебного разбирательства и никак не затрагивали их собственные интересы. Охранять публичный интерес в этом вопросе есть право прокурора. Не могут указанные лица потребовать и облегчения участи осужденного, как в части назначенного ему наказания, так и в части возмещения вреда за убытки, поскольку и это не входит в круг их частных интересов.

Таким образом, частный обвинитель (по делу частного обвинения) и частный сообвинитель прокурора — потерпевший, будучи субъектами права на распоряжение обвинением и другими процессуальными правами стороны в своих материальных и процессуальных интересах, ограничены при подаче жалобы пределами частных интересов. Они вправе принести жалобу по любому вопросу, связанному с правильностью установления обстоятельств дела в суде, применения материального закона, а также соблюдения норм уголовно — процессуального закона, которые касаются их частных интересов. Единственное условие, ограничивающее их в этом праве, должно состоять в предварительном обжаловании этого (существенного) нарушения в суде первой инстанции. Нарушения же, не касающиеся их лично, к примеру, могут быть поводом для представления прокурора, приносимого в публичных интересах.

Самостоятельным субъектом права на подачу жалобы по делам публичного обвинения, где участвовал в качестве государственного обвинителя прокурор, является потерпевший, который не принял на себя полномочий стороны в деле, то есть не выступил сообвинителем.

Указание на право потерпевшего обжаловать приговор суда первой инстанции позволяет сделать вывод, что в тех случаях, когда потерпевший не приобрел формального статуса сообвинителя и не присоединился к уголовному преследованию, осуществлявшемуся в форме поддержания государственного обвинения прокурором, он сохраняет за собой право принесения жалобы по всем вопросам, касающимся нарушения его личных прав в суде первой инстанции.

Это право не должно быть поставлено в зависимость от его реакции на допущенные в этом суде нарушения, поскольку по делам публичного обвинения, где участвует в качестве обвинителя прокурор, потерпевший не распоряжается обвинением. Между тем он может быть не согласен с тем, как осуществляет обвинение государственный обвинитель. Это снимает с него ограничения по обжалованию решений суда первой инстанции, распространяющиеся на частного обвинителя и сообвинителя. Однако одно ограничение остается: он приносит апелляционную жалобу на приговор мирового судьи только по тем основаниям, которые были им указаны в жалобах на действия и решения суда во время судебного разбирательства по первой инстанции.

Гражданский истец, гражданский ответчик (или их представители) вправе обжаловать приговор в части, относящейся к гражданскому иску (ч. 5 ст. 354 УПК РФ). Следовательно, они вправе приносить жалобы только в пределах тех вопросов, которые касаются возмещения вреда, причиненного преступлением. Как тот, так и другой, являясь субъектами диспозитивности, несут полную ответственность за свои действия по распоряжению материальным правом на иск и вытекающими из них процессуальными правами. Соответственно, при определении основания и предмета жалоб этих лиц должна неуклонно соблюдаться процессуальная презумпция своевременности обжалования ими всех действий суда по первой инстанции, которыми нарушались их частные (имущественные) интересы.

Особо должен быть поставлен вопрос о возможности обжалования гражданским истцом и гражданским ответчиком (их представителями) мотивов оправдательного приговора, поскольку они, как известно, существенно отражаются на том или ином варианте разрешения гражданского иска <*>. Так, поскольку вынесение оправдательного приговора по мотиву отсутствия события преступления или недоказанности участия подсудимого в совершении преступления (ч. 2 ст. 306 УПК РФ) полностью прекращает производство по гражданскому иску и делает невозможным его рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, полагаем, надо признать право названных лиц и на обжалование мотивов оправдательного приговора в части, касающейся гражданского иска, ибо иное явилось бы ограничением конституционного права названных лиц на судебную защиту своих (нарушенных) интересов.

———————————

<*> В свое время этот вопрос был скрупулезно исследован Верховным Судом СССР в Постановлении Пленума от 22 мая 1941 года «Об отсутствии у гражданского истца права на подачу кассационной жалобы на оправдательный приговор». См. также: Строгович М.С. Обжалование оправдательного приговора // Социалистическая законность. 1941. N 6. С. 39.

По УПК РФ право (а не публичная обязанность) внесения апелляционного отзыва принадлежит лишь государственному обвинителю <*>, то есть тому прокурору, который лично участвовал в рассмотрении (разрешении) дела в суде первой инстанции. Таким образом, обязанность принесения в вышестоящий суд представления возлагается в первую очередь на прокурора, поддерживавшего государственное обвинение при разбирательстве дела у мирового судьи, а также на прокурора или его заместителя в пределах их компетенции. Обжалованию в апелляционном порядке подлежит каждый приговор, который прокурор считает незаконным или необоснованным. Но если мнение прокурора, принесшего представление, изменилось, он может отозвать его до начала рассмотрения судом вышестоящей инстанции.

———————————

<*> Справедливости ради надо отметить, что законодатель не всегда последователен в этом вопросе, поскольку в других нормах нового УПК РФ, регламентирующих порядок апелляционного производства, термин «государственный обвинитель» нередко уступает место термину «прокурор» (ст. 370, 385 УПК РФ и др.), что применительно к анализируемым нормам далеко не одно и то же. Термин «государственный обвинитель» более точно отражает наименование и полномочия стороны в анализируемых процессуальных порядках.

Если по делу у мирового судьи прокурор не поддерживал обвинение, надзирающий прокурор или его заместитель в пределах своей компетенции, независимо от их личного участия в рассмотрении дела, приносят апелляционное представление. Однако в этом случае они, на наш взгляд, не вправе ставить вопрос о мягкости наказания и требовать его усиления. Подобное условие, вызванное идеей гуманности, следует расценить как существенное ограничение возможности суда апелляционной инстанции изменить к худшему положение подсудимого. Ведь нормы ч. 4 ст. 359, ч. 1 ст. 370, ч. 2 ст. 383, ст. 385 УПК РФ предусматривают возможность поворота к худшему только по представлению государственного обвинителя или по жалобе участников стороны обвинения.

Государственный обвинитель по вопросу о назначении наказания в своих требованиях не вправе выходить за пределы обвинения, по которому обвиняемый был предан суду. Из этого следует, что он может ставить вопрос в вышестоящем суде о назначении более строгого наказания, если этого требуют потерпевший, частный обвинитель или их законные представители. Ограничение относительно недопустимости ставить в представлении под вопрос мягкость наказания на него не распространяется.

По смыслу ч. 3 ст. 359 УПК РФ до начала заседания суда вышестоящей инстанции только прокурор, внесший представление на приговор мирового судьи, вправе отозвать представление либо изменить его. Полагаем, что об изменении или отзыве государственным обвинителем своего представления должны быть поставлены в известность другие участники производства по делу, обладающие правами апелляторов, для того чтобы своевременно воспользоваться своим правом на подачу отзыва, не рассчитывая на принесение представления прокурором. Государственный обвинитель, безусловно, вправе выступать в качестве апеллятора и по вопросам гражданского иска в тех случаях, когда этого требует охрана прав граждан, государственных или общественных интересов.

Из смысла гл. 43 УПК РФ вытекает, что все участники, заинтересованные в исходе дела (стороны), имеют право обжалования как приговора, так и постановления мирового судьи о прекращении дела, ибо последнее решение приравнивается по своим юридическим свойствам к приговору. Поэтому лица, имеющие право на обжалование приговора, имеют, соответственно, право на принесение отзыва на постановление о прекращении дела при тех же условиях, что и обжалование самого приговора, за теми исключениями, которые обусловлены юридической сущностью названного постановления, а именно: 1) субъектом обжалования будет являться не осужденный (оправданный), а лицо, в отношении которого прекращено уголовное дело; 2) в случаях, если законным условием прекращения уголовного дела было получение на это решение согласия подсудимого или дело было прекращено по результатам примирения сторон, лицо, в отношении которого уголовное дело было прекращено, теряет право на обжалование названного постановления; 3) если уголовное дело было прекращено за примирением сторон и добровольное согласие на это решение было получено у потерпевшего, частного обвинителя (их представителей), гражданского истца, гражданского ответчика (или их представителей), то указанные участники процесса также теряют право на принесение жалобы на постановление о прекращении уголовного дела.