Понятие крестьянского (фермерского) хозяйства

04-03-19 admin 0 comment

Мельников Н.Н.
Журнал российского права, 2007.


В соответствии со ст. 2 ГК РФ субъектами регулируемых гражданским законодательством отношений являются граждане, юридические лица, Российская Федерация, субъекты РФ и муниципальные образования. По смыслу данной статьи ГК РФ указанный перечень является исчерпывающим. Вместе с тем характеристики отдельных субъектов, в том числе крестьянского (фермерского) хозяйства, не охватываются понятием физического либо юридического лица, что позволяет делать вывод о наличии переходных юридических форм, являющихся правосубъектными единицами.

Как справедливо отмечает Т.Е. Абова, крестьянское хозяйство занимает особое место в ГК РФ, гражданско-правовой статус хозяйства нельзя определять «через призму его главы или через юридическую личность» <1>.

———————————

<1> См.: Субъекты гражданского права / Отв. ред. Т.Е. Абова. М., 2000. С. 5 (автор статьи — Т.Е. Абова).

С точки зрения ученых-юристов, правосубъектность крестьянского хозяйства характеризуется следующими основными признаками: хозяйство должно быть признано юридическим лицом <2>, крестьянское хозяйство — субъект особого рода <3>, в том числе крестьянское хозяйство — совокупный предприниматель <4>, крестьянское хозяйство — не правосубъектное объединение — простое товарищество ведущих его граждан <5>. Налоговое законодательство отождествляет крестьянское хозяйство с его главой.

———————————

<2> См.: Рахметов Е.Ш. Правовое положение крестьянских хозяйств: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1993. С. 8 — 9; Черноморец А.Е. Право собственности в сельском хозяйстве Российской Федерации. М., 1993. С. 86 — 91.

<3> См.: Чубуков Г.В., Погребной А.А. Крестьянин — фермер, хозяин и собственник // Государство и право. 1992. N 4. С. 34.

<4> См.: Субъекты гражданского права / Отв. ред. Т.Е. Абова. М., 2000. С. 92 (автор статьи — З.С. Беляева); Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий. М., 1996. С. 55 (автор комментария — З.С. Беляева); О субъектах предпринимательской деятельности в сельском хозяйстве (Материалы круглого стола) // Государство и право. 1997. N 4. С. 36.

<5> См.: Комментарий к части первой Гражданского кодекса РФ для предпринимателей / Отв. ред. М.И. Брагинский.

Среди дореволюционных ученых Г.Ф. Шершеневич одним из первых обратил внимание на юридические проблемы формы, называемой крестьянским двором, и поставил вопрос, кто же является субъектом права собственности на землю и воздвигнутые на ней строения — семейство или домохозяин. Без ответа на него невозможно сказать, кому принадлежит право распоряжения имуществом, как строится ответственность по обязательствам каждого члена семейства. Ученый отмечает, что законодатель не определил, является ли собственность крестьянского двора собственностью юридического лица или же имущество находится в общей собственности членов двора. Нет ответа на этот вопрос и у самого Г.Ф. Шершеневича, он лишь указал, что название крестьянского двора «хозяйственно-юридическим союзом» не достаточно для признания его юридическим лицом <6>.

———————————

<6> См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М., 1995. С. 218.

В советское время, когда на смену крестьянскому двору пришел двор колхозный, вопрос о правовой природе последнего вызывал серьезные споры в юридической литературе. При этом некоторые авторы высказывались в пользу признания за колхозным двором прав юридического лица либо статуса особого субъекта права. Так, например, Д.М. Генкин подчеркивал: «Поскольку колхозный двор — особый субъект права, а не просто несколько физических лиц — отдельных субъектов права, постольку он может быть признан юридическим лицом» <7>. В своих последующих работах по отношению к колхозному двору Д.М. Генкин уже не употреблял термина «юридическое лицо», но именовал его особым субъектом права <8>.

———————————

<7> Генкин Д.М. Право личной собственности в социалистическом обществе // Труды ученой сессии ВИЮН. 1948. С. 154.

<8> См.: Советское гражданское право: В 2-х т. / Под ред. Д.М. Генкина и С.Н. Братуся. М., 1950 — 1951, 1960. Т. 1. С. 341.

И.В. Павлов считал эту точку зрения единственно правильной, отмечая, что колхозный двор в качестве единого целого «имеет определенные права (на пользование приусадебной землей, на владение предметами личной собственности, на получение определенных льгот и т.п.) и несет определенные обязанности (уплата налогов, обязательные сельскохозяйственные поставки государству и т.п.)». Автор полагал также, что «регистрация… является официальным юридическим оформлением данного семейно-трудового объединения как самостоятельной единицы и самостоятельного носителя (субъекта) прав и обязанностей» <9>.

———————————

<9> Павлов И.В. Право собственности колхозного двора. М., 1955. С. 11, 19.

Г.Н. Полянская в своих работах обращала внимание на то, что конструкция «колхозный двор — юридическое лицо» не соответствует реальной жизненной ситуации. Колхозный двор, по ее мнению, не обладает ни одним из признаков юридического лица, в том числе отсутствует должная обособленность в имуществе, ответственность двора и его членов. Что касается организационного единства, то вследствие регистрации оно не приобретается, поскольку в такой же мере обязательной регистрации в сельской местности подлежат хозяйства рабочих и служащих <10>.

———————————

<10> См.: Полянская Г.Н. Имущественные взаимоотношения в колхозном дворе // Советское государство и право. 1947. N 7. С. 17 — 19.

Взгляды Г.Н. Полянской были полностью поддержаны О.С. Иоффе. Он считал, что с точки зрения гражданского права колхозный двор не может быть признан ни юридическим лицом, ни особым субъектом права, поскольку двор не обладает обособленным имуществом, а образующая его группа людей не выступает как единое целое, его члены объединяются не регистрацией, а семейно-трудовой общностью. По этим причинам колхозный двор не образует правосубъектного единства, что является обязательным для участия в гражданских правоотношениях в качестве самостоятельного субъекта. Подводя итог сказанному, автор заключает, что «с гражданско-правовой точки зрения колхозный двор — явление многосубъектное» <11>. Сходное мнение высказывалось и другими авторами, отмечавшими, что колхозный двор не является юридическим лицом <12>. При проведении кодификации гражданского законодательства 1961 — 1964 гг. концепция многосубъектности колхозного двора получила легальное закрепление. После этого в цивилистической литературе вывод о совместной собственности колхозного двора, его многосубъектной природе уже никем под сомнение не ставился <13>.

———————————

<11> Иоффе О.С. Советское гражданское право. Л., 1958. С. 347.

<12> См.: Советское гражданское право: В 2-х т. Т. 1 / Отв. ред. В.Ф. Маслов и А.А. Пушкин. Киев, 1986. С. 379 — 381.

<13> См.: Иоффе О.С. Избранные труды по гражданскому праву // Развитие цивилистической мысли в СССР (часть II). М., 2000. С. 396.

В наши дни некоторые ученые также придерживаются аналогичных позиций, не признавая современное крестьянское хозяйство самостоятельным субъектом права. Так, Е.А. Суханов и М.И. Брагинский предлагают рассматривать его как многосубъектное объединение, простое товарищество <14>.

———————————

<14> См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей / Под ред. В.Д. Карповича. М., 1995. С. 302 (автор комментария — Е.А. Суханов); Суханов Е.А. Указ. соч. С. 31; Комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей / Отв. ред. М.И. Брагинский (автор комментария — Е.А. Суханов). М., 1995. С. 258.

Другие авторы говорят о правосубъектности хозяйства с позиции качественного состава его участников. По мнению О.А. Макаровой, в случае образования фермерского хозяйства гражданами, не являющимися родственниками, правовое положение данного объединения должно регулироваться нормами ГК РФ о простом товариществе. Если же речь идет не о создании крестьянского хозяйства группой лиц, не связанных родственными отношениями, то хозяйством можно признать «либо одно лицо — гражданина, либо семейно-трудовое объединение граждан» <15>.

———————————

<15> См.: Макарова О.А. Правовое положение крестьянского (фермерского) хозяйства // Кодекс-info. 2000. N 1. С. 11.

Это мнение не согласуется с ГК РФ, согласно которому договор простого товарищества и нормы, регулирующие правовое положение крестьянского хозяйства, имеют самостоятельное значение. Договор о совместной деятельности — обязательственное правоотношение (ст. 1041 ГК РФ). Крестьянское хозяйство — субъект права, подлежащий государственной регистрации (ст. 23 ГК РФ). Кроме того, точка зрения Е.А. Суханова внутренне противоречива: предлагая рассматривать крестьянское хозяйство как простое товарищество, он в то же время отмечает, что хозяйство может быть создано одним лицом <16>. Но для договора простого товарищества необходимо как минимум два участника. Получается, что правовая природа крестьянского хозяйства зависит от количества его членов. Но как тогда должно регулироваться правовое положение хозяйства? Если оно представлено несколькими гражданами, то якобы нормами о простом товариществе. А если хозяйство образовано одним лицом? Все эти вопросы пока остаются без ответа.

———————————

<16> См.: Комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей / Отв. ред. М.И. Брагинский (автор комментария — Е.А. Суханов).

В советской литературе взгляды на колхозный двор как на семью были основаны на том, что с экономической точки зрения колхозный двор являлся подсобной единицей. Однако существующие сегодня крестьянские хозяйства являются товарными, их деятельность направлена на извлечение прибыли. Изменение сущности хозяйства повлекло необходимость совершенствования юридической формы, так как необходимо было не только обеспечить возможность функционирования крестьянских хозяйств в условиях рынка, но и защитить права иных субъектов, вступающих в правоотношения с фермерами. Отсюда следует вывод, что точка зрения авторов, рассматривающих крестьянское хозяйство как простое товарищество и не признающих за ним самостоятельной юридической формы, не имеет под собой экономической основы.

Закон РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» от 22 ноября 1990 г. <17> N 348-1, ныне утративший силу, (далее — Закон 1990 г.) предоставил возможность крестьянскому хозяйству пользоваться правами юридического лица, но не возложил на него соответствующие обязанности и, прежде всего, ответственность по обязательствам своим собственным имуществом (имуществом юридического лица) <18>. Это обстоятельство было негативно воспринято многими авторами. В.П. Мозолин пришел к выводу об ошибочности такой позиции законодателя. Он отмечал, что объявление хозяйства юридическим лицом противоречит законодательству, им не предусмотрено и не укладывается в понятие юридического лица, указанное в Гражданском кодексе <19>.

———————————

<17> Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1990. N 26. Ст. 324.

<18> См.: Григоренко С. Проблемы гражданско-правового статуса индивидуального предпринимателя // Хозяйство и право. 1999. N 6. С. 19 — 26.

<19> См.: Мозолин В.П. Право собственности Российской Федерации в период перехода к рыночной экономике. М., 1992. С. 45. Такой же точки зрения придерживаются и др. авторы: Суханов Е.А. Право собственности в Гражданском кодексе // Закон. 1995. N 11. С. 31; Устюкова В.В. Формирование правового статуса крестьянского (фермерского) хозяйства // Реформирование сельскохозяйственных предприятий: правовые проблемы. М., 1996. С. 82.

По мнению Е.А. Галиновской, до принятия ГК РФ крестьянское хозяйство нельзя было считать юридическим лицом, поскольку Закон 1990 г. таковым его прямо не называл <20>. Аналогичной точки зрения придерживалась и О.А. Макарова <21>.

———————————

<20> См.: Земля и право: Пособие для российских землевладельцев / Под ред. проф. С.А. Боголюбова. М., 1997. С. 74.

<21> См.: Макарова О.А. Указ. соч. С. 9 — 10.

Е.Ш. Рахметов полагал, что носителем правоспособности должно быть именно хозяйство, признаваемое юридическим лицом <22>. Эта точка зрения получила развитие в работах А.Е. Черноморца. Ученый подчеркивает, что крестьянское хозяйство, созданное отдельным гражданином, занимает промежуточное положение между предпринимателем и организацией; он указывает на необходимость с учетом особенностей сельскохозяйственного производства наделения хозяйства правами юридического лица, которое «наиболее адекватно отражает социально-экономическую сущность этого коллективного предпринимателя» <23>. В своих работах А.Е. Черноморец говорит о необходимости развития концепции права собственности хозяйства — юридического лица, заключая: «Задача науки — наполнить содержанием юридическую личность… крестьянского хозяйства, но не отрицать ее» <24>.

———————————

<22> См.: Рахметов Е.Ш. Указ. соч. С. 8 — 9.

<23> Черноморец А.Е. Право собственности в сельском хозяйстве Российской Федерации. М., 1993. С. 86 — 91.

<24> Он же. Правовые барьеры на пути фермерского движения // Государство и право. 1994. N 1. С. 64.

Несмотря на то что Закон 1990 г. определял, что крестьянское хозяйство является юридическим лицом, этот подход нельзя назвать правильным. При всей несхожести взглядов, многие ученые справедливо обратили внимание на противоречивость формы «крестьянское хозяйство — юридическое лицо». Исторически сложилось, что крестьянское хозяйство — это особый уклад, форма ведения производства на селе, характеризующаяся определенным организационным единством и направленностью на извлечение прибыли. Но крестьянское хозяйство не обладает правом собственности на имущество. Отсутствие имущественной обособленности в хозяйстве не позволяет признать его юридическим лицом.

Гражданский кодекс РФ внес существенные изменения в правовой статус крестьянского хозяйства. С момента введения в действие части первой ГК РФ крестьянское хозяйство не может быть больше образовано как юридическое лицо. В соответствии со ст. 23 ГК РФ глава крестьянского хозяйства признается предпринимателем с момента государственной регистрации хозяйства.

Правовой статус главы фермерского хозяйства получил неоднозначную оценку в юридической литературе. По мнению О.А. Макаровой, глава крестьянского хозяйства обладает особым статусом, и именно он подлежит регистрации в качестве предпринимателя <25>. М. Васильева считает, что статус главы крестьянского хозяйства приравнен к статусу индивидуального предпринимателя <26>. Е.А. Суханов отмечал, что глава хозяйства приобретает статус индивидуального предпринимателя в случае единоличного создания хозяйства <27>. По мнению С.М. Корнеева, участие гражданина в предпринимательской деятельности предполагает обязательную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя или главы крестьянского (фермерского) хозяйства <28>.

———————————

<25> См.: Макарова О.А. Указ. соч. С. 9.

<26> См.: Васильева М. Правовые последствия расторжения трудового договора работника с предпринимателем в случае прекращения деятельности последнего // ФПА АКДИ «Экономика и жизнь». Вып. 10. 2001.

<27> См.: Комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей / Отв. ред. М.И. Брагинский (автор комментария — Е.А. Суханов).

——————————————————————

КонсультантПлюс: примечание.

Учебник «Гражданское право: В 2 т. Том I» (под ред. Е.А. Суханова) включен в информационный банк согласно публикации — Волтерс Клувер, 2004 (издание второе, переработанное и дополненное).

——————————————————————

<28> См.: Гражданское право / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 1998. С. 128 (автор главы — С.М. Корнеев).

С. Григоренко предлагает рассматривать крестьянское хозяйство как субъект, не обладающий гражданской правоспособностью, выступающий коллективным образованием его правосубъектных членов и, прежде всего, главы <29>. Аналогичную точку зрения высказывает М.В. Телюкина, которая отмечает, что субъектом гражданского права является не крестьянское хозяйство, а его глава — индивидуальный предприниматель <30>.

———————————

<29> См.: Григоренко С. Индивидуальный предприниматель как субъект права общей собственности // Хозяйство и право. 2000. N 7. С. 3 — 14.

<30> См.: Телюкина М.В. Сущность и некоторые проблемы конкурсного права // Законодательство. 2000. N 4.

По нашему мнению, нельзя согласиться с утверждениями о том, что субъектом права является не крестьянское хозяйство, а его глава. Приравнивание статуса главы крестьянского хозяйства к индивидуальному предпринимателю также представляется необоснованным.

Практика показывает, что крестьянские хозяйства в основном представлены несколькими гражданами, совместно ведущими предпринимательскую деятельность. Согласно ст. 257 ГК РФ, имущество крестьянского хозяйства принадлежит его членам на праве совместной собственности. Поэтому фермерское хозяйство неправомерно сводить исключительно к его главе <31>.

———————————

<31> См.: Лаптев В.В. Проблемы предпринимательской (хозяйственной) правосубъектности // Государство и право. 1999. N 11. С. 19.

В соответствии с Федеральным законом «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» от 11 июня 2003 г. N 74-ФЗ <32> (далее — Закон 2003 г.) хозяйство представляет собой объединение граждан и именно хозяйство, а не предприниматель подлежит государственной регистрации и осуществляет предпринимательскую деятельность без образования юридического лица (ст. 1). Правовая конструкция ст. 23 ГК РФ имела негативные последствия и привела к умалению роли членов крестьянского хозяйства. Хотя в юридической литературе неоднократно отмечалось, что нельзя ставить знак равенства между понятием «признается» и понятием «зарегистрирован», на практике, вопреки требованиям закона, вместо хозяйства в ряде регионов регистрируют предпринимателя. Он же становится на учет во всех государственных и иных органах.

———————————

<32> СЗ РФ. 2003. N 24. Ст. 2249.

Данные действия, к сожалению, находят поддержку в Постановлении Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. N 18-П <33>. В своем решении Конституционный Суд делает вывод, что плательщиком налогов в бюджет и внебюджетные фонды является глава крестьянского хозяйства.

———————————

<33> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. N 18-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 1, 2, 4 и 6 Федерального закона от 4 января 1999 года «О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 1999 год» и ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1999 года «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 1998 год» в связи с жалобами граждан, общественных организаций инвалидов и запросами судов» // СЗ РФ. 2000. N 3. Ст. 353.

Позиция Конституционного Суда РФ представляется спорной. На первый взгляд может показаться, что такое решение является логичным, соответствует ГК РФ и теории права. Однако на практике оно вызывает многочисленные вопросы. Конституционный Суд, определив субъектом налогообложения главу хозяйства, не ответил, что делать, если глава хозяйства умер, заболел, признан недееспособным, безвестно отсутствующим и т.д., а хозяйство продолжает функционировать. Кто в данном случае является субъектом? К кому предъявлять требования об уплате обязательных платежей в бюджет, применять меры ответственности? По смыслу Постановления Конституционного Суда, в таких случаях крестьянское хозяйство должно подлежать ликвидации, а имущество — разделу между оставшимися членами. А как будет строиться ответственность по обязательствам хозяйства?

Среди множества точек зрения на правосубъектность крестьянского хозяйства наиболее убедительной представляется мнение авторов, считающих крестьянское хозяйство самостоятельным субъектом права наряду с юридическими и физическими лицами.

По мнению Г.В. Чубукова и А.А. Погребного, крестьянское хозяйство является особым субъектом права. Авторы обращают внимание на то, что хозяйству не нужен статус юридического лица, так как имущественными правами обладают его члены <34>.

———————————

<34> См.: Чубуков Г.В., Погребной А.А. Крестьянин — фермер, хозяин и собственник // Государство и право. 1992. N 4. С. 34; Чубуков В.Г. О правовом статусе крестьянских (фермерских) хозяйств: федеральные и региональные аспекты // Проблемы развития экологического, аграрного, земельного законодательства в субъектах РФ: Сб. тезисов Всероссийской научно-практической конференции. Оренбург, 1997. С. 22 — 23.

Е.П. Горбунова, рассматривая права крестьянского хозяйства на имущество, говорит об отсутствии у хозяйства одного из основных признаков юридического лица — имущественной обособленности. Отсюда Е.П. Горбунова делает вывод о том, что фермерское хозяйство «имеет правовой статус, аналогов которому нет в действующем законодательстве и который не разъяснен теорией права» <35>.

———————————

<35> См.: Горбунова Е.П. Особенности правового положения и государственной регистрации крестьянских (фермерских) хозяйств // Кодекс-info. 2000. N 1. С. 7.

По мнению О.А. Макаровой, крестьянское хозяйство — это особый хозяйствующий субъект, не являющийся юридическим лицом и наделенный лишь некоторыми правами последнего. Автор отмечает, что хозяйство по своей юридической природе никогда не было юридическим лицом, поскольку не обладало соответствующими признаками. Крестьянское хозяйство — это специфическая форма предпринимательской деятельности в сельском хозяйстве <36>.

———————————

<36> См.: Макарова О.А. Указ. соч. С. 9 — 10.

Анализируя содержание ст. 23 ГК РФ, В.В. Устюкова предлагает рассматривать крестьянское хозяйство как особую форму предпринимательской деятельности без образования юридического лица, требующую самостоятельного правового регулирования <37>.

———————————

<37> См.: Устюкова В.В. Правовое положение крестьянского (фермерского) и личного подсобного хозяйства в условиях аграрной реформы. М., 2000. С. 8.

Иную позицию занимает Ю.К. Толстой. Указывая на уязвимость формы — «крестьянское хозяйство — юридическое лицо», открытость вопроса о праве, на котором имущество закрепляется за самим хозяйством, автор, не высказывая соображений о природе крестьянского хозяйства, делает вывод об отсутствии у него признаков особого субъекта права. Однако он предполагает, что «в конкретных условиях куда более жизнеспособным окажется именно крестьянское хозяйство, не выступающее в маске юридического лица» <38>.

———————————

<38> Гражданское право: В 3-х т. Т. 3 / Отв. ред. А.П. Сергеев и Ю.К. Толстой. М., 1998. С. 504 (автор главы — Ю.К. Толстой).

Субъект права, не отвечающий в полном объеме признакам юридического лица, известен теории права. Он получил название «усеченного юридического лица», к которому в разное время относили полные товарищества, коммандитные общества, а также партнерства в англо-американском праве <39>. Поскольку крестьянское хозяйство не обладает всеми характеристиками юридического лица, постольку оно может быть названо «усеченным юридическим лицом». Однако, на наш взгляд, понятие «особый субъект права» более точно отражает сущность фермерского хозяйства. Это не только терминологический вопрос. Крестьянское хозяйство характеризуется присущими только ему признаками, позволяющими считать его отдельным субъектом наряду с физическими и юридическими лицами.

———————————

<39> См.: Кулагин М.И. Избранные труды. М., 1997. С. 46; Гражданское и торговое право капиталистических государств / Отв. ред. Р.Л. Нарышкина. М., 1983. С. 92 — 112.

Законодатель, идя навстречу потребностям социально-экономического развития общества и сельскохозяйственного производства, позволяет нескольким гражданам объединиться с целью создания нового субъекта права — крестьянского хозяйства. При этом допускается образование крестьянского хозяйства непосредственно одним гражданином. Речь в данном случае идет о том, что крестьянское хозяйство, являясь участником общественных правоотношений, представляет субъект, соединивший в себе такие характеристики, как отсутствие имущественной обособленности, использование такой юридической конструкции, как «хозяйство» и наличие членов, объединенных единой волей, отличной от воли каждого конкретного участника.

Участие в гражданском обороте в качестве самостоятельного субъекта с одновременным наличием права собственности членов крестьянского хозяйства на его имущество позволяет отграничить хозяйство от других субъектов, считать его особой формой предпринимательской деятельности без образования юридического лица. Сделанный вывод основывается также на положении ст. 1 Закона 2003 г., согласно которой фермерское хозяйство — это объединение граждан, совместно осуществляющих деятельность по производству, переработке и реализации сельскохозяйственной продукции.

Один из наиболее важных вопросов в понимании статуса фермерского хозяйства — вопрос о моменте возникновения его правоспособности. Ни ГК РФ, ни Закон 2003 г. не решают этой проблемы, имеющей важное теоретическое и практическое значение, например, для определения действительности сделок, заключенных от имени хозяйства до его государственной регистрации.

Как известно, нормы о крестьянском хозяйстве помещены в гл. 3 ГК РФ «Граждане (физические лица)». Согласно п. 4 ст. 23 ГК РФ, гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без государственной регистрации, не вправе ссылаться в отношении заключенных им сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила ГК РФ об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Иными словами, право-, дееспособность гражданина возникает вне зависимости от государственных актов и решений, сделки, совершенные им без регистрации предпринимателем, являются действительными. Применимо ли это правило в отношении крестьянского хозяйства? По нашему мнению, нет. Основания такой позиции следующие. Как уже отмечалось выше, решающую роль в образовании хозяйства играет единство устремлений граждан, направленных на получение прибыли. Объединение воли нескольких лиц, которое воплощается в субъекте права, не может произойти без наличия юридической конструкции, предусмотренной законодателем. Таким образом, правосубъектность крестьянского хозяйства возникает с момента его государственной регистрации. Сделки, совершенные хозяйством до регистрации, должны быть признаны недействительными.