Нарушаются права потерпевших

04-03-19 admin 0 comment

Громыко А., Фирдман А.
Законность, 1997.


А. Громыко, А. Фирдман, старшие помощники прокурора Кировского района Новосибирска.

Сейчас сложилась ситуация, когда очевидно, что некоторые нормы действующего уголовно — процессуального законодательства противоречат принципам защиты прав и интересов участников уголовно — правовых отношений, закрепленных Конституцией РФ.

Одно из основных, неотчуждаемых прав человека — право на обжалование в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти (ст. 46 Конституции), а также гарантированная защита прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений (ст. 52).

Эти конституционные гарантии расширяют права потерпевших, регламентированные ст. 53 УПК РФ. Теперь лица, признанные в установленном законом порядке потерпевшими по делу, вправе обжаловать решения, принятые органами дознания, предварительного следствия, не только прокурору, но и в суд. Казалось бы, по крайней мере, на уровне законодательном права потерпевших надежно защищены от возможного произвола государственных органов. Однако практика свидетельствует о серьезных нарушениях прав этой категории участников уголовного процесса на стадии предварительного расследования. Причем таким нарушениям способствуют очевидные пробелы действующего уголовно — процессуального законодательства.

В первую очередь речь идет о соблюдении прав потерпевших на стадии приостановления предварительного следствия. Статья 200 УПК обязывает следователя уведомить потерпевшего и его представителя об окончании предварительного следствия. Ознакомившись с материалами дела, эти лица вправе обжаловать действия и решение следователя, в том числе и в суд. Однако ст. 195 УПК не закрепляет такой обязанности следователя, как уведомление потерпевшего и его представителя о приостановлении следствия.

Практика показывает, что из общего количества уголовных дел, возбужденных по самым распространенным составам — кражам, грабежам, разбоям, — более чем половине суждено «зависнуть» в стадии приостановления по п. 3 ст. 195 УПК. И потерпевшие, не уведомленные надлежащим образом о приостановлении производства по делу, месяцами, а порой годами живут в полном неведении о судьбе «своих» дел, а главное — лишены возможности реализовать свое право на своевременное обжалование действий и решений следователя.

Известно, что конституционные нормы приоритетны по отношению к действующему законодательству. Следовательно, даже если ст. 195 УПК не обязывает следователя уведомлять потерпевших о приостановлении производства по делу, он обязан это сделать по смыслу требований ст. 52 и ст. 46 Конституции РФ. Однако это в теории. А на практике…

Во втором квартале 1997 г. прокуратурой Кировского района Новосибирска проводилась проверка законности и обоснованности приостановления органами РУВД производства предварительного следствия по уголовным делам, возбужденным по фактам грабежей и разбоев. Ни по одному из изученных дел следователи не уведомляли потерпевших о приостановлении производства. А ведь основной массив жалоб на действия следователей, поступающих в прокуратуру района, касается решений следователей, принятых в порядке ст. 195 УПК. Зачастую такие жалобы приходят спустя месяцы после вынесения постановления о приостановлении предварительного следствия, когда уже упущены реальные возможности повлиять на судьбу дела.

Вот один из примеров, красноречиво подтверждающий сказанное. Он взят из материалов упомянутой прокурорской проверки по уголовному делу, возбужденному по факту открытого хищения у гражданина Г. в общественном месте куртки и денег неустановленными преступниками. Выполняя первоначальные действия, работники милиции изъяли с места происшествия шапку, которую потерял в ходе борьбы с потерпевшим один из преступников. В результате проведенных исследований потовыделений было получено заключение судебно — биологической экспертизы, позволяющее идентифицировать владельца шапки.

По подозрению в совершении преступления был задержан Ш., который категорически отрицал свою причастность к совершенному преступлению, пояснив, что в указанное время находился за пределами Новосибирска. Решающее значение сыграл для следователя тот факт, что потерпевший не опознал Ш. в ходе соответствующего следственного действия. В отношении Ш. уголовное преследование было прекращено, дело производством приостановлено. Однако следователь не предпринял действенных мер для проверки процессуальным путем версии подозреваемого по поводу его отъезда из города, не назначил сравнительную судебно-биологическую экспертизу.

В случае своевременного уведомления потерпевшего либо его представителя о приостановлении дела они имели бы реальную возможность не только обжаловать действия следователя, но и добиться устранения нарушений ст. 20 УПК РФ в части полноты расследования.

Несмотря на отсутствие надлежащего законодательного регулирования затронутой проблемы, прокурорским работникам правильно было бы, опираясь на нормы Конституции РФ и требования Закона о прокуратуре, выработать единые подходы к решению вопросов защиты прав потерпевших на стадии приостановления производства по делу. Необходимо уже сейчас, не дожидаясь нового УПК, внедрить в практику деятельности органов предварительного следствия обязательное уведомление потерпевших о приостановлении расследования по делу.