Международный торговый обычай и его место в правовой системе РФ

04-03-19 admin 0 comment

Канашевский В.А.
Журнал российского права, 2003.

Международный торговый обычай характеризуется в литературе как единообразное правило поведения, сложившееся в практике международной торговли в результате неоднократного воспроизведения одних и тех же действий <*>. О нем говорят как об единообразной международной обычно-правовой норме гражданско-правового характера. Для квалификации правила в качестве международного торгового обычая необходимы два обстоятельства: 1) устойчивая единообразная практика международной торговли; 2) санкционирование государством такой практики, а именно: возникающего на ее основе правила поведения <**>.

———————————

<*> См., например: Зыкин И.С. Обычаи и обыкновения в международной торговле. М.: Юридическая литература, 1983. С. 13.

<**> См. там же. С. 84.

В России торговые обычаи, в том числе международные, признаются источником права наряду с российскими нормативными актами, международными договорами РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права. В частности, согласно п. 1 ст. 1186 ГК РФ право, подлежащее применению к отношениям, осложненным иностранным элементом, определяется на основании международных договоров, федеральных законов и обычаев, признаваемых Россией. В соответствии с п. 3 ст. 28 Закона РФ от 7 июля 1993 г. «О международном коммерческом арбитраже» <*> третейский суд принимает решение в соответствии с условиями договора и с учетом торговых обычаев, применимых к данной сделке.

———————————

<*> См.: Ведомости РФ. 1993. N 32. Ст. 1240.

Согласно п. 1 ст. VII Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже при разрешении дела «арбитры будут руководствоваться положениями контракта и торговыми обычаями» <*>. Согласно п. 1 ст. 9 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. «стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и практикой, которую они установили в своих взаимных отношениях» <**>. Понятие «обычай», о котором здесь идет речь, характеризует положения любых документов, на которые ссылаются стороны в своем контракте. Например, сославшись в контракте на ИНКОТЕРМС (Международные правила толкования торговых терминов), стороны в дальнейшем руководствуются их положениями как условиями контракта. Поскольку нормы Конвенции носят диспозитивный характер и уступают перед договорным регулированием (ст. 6), положения соответствующих документов, на которые сделана ссылка, будут иметь приоритет над положениями Конвенции. В то же время в п. 2 ст. 9 Конвенции речь уже идет о классическом международном торговом обычае, который применяется к отношениям сторон как диспозитивная правовая норма, то есть независимо от ссылки на него в контракте: «При отсутствии договоренности об ином считается, что стороны подразумевали применение к их договору или его заключению обычая, о котором они знали или должны были знать и который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается сторонами в договорах данного рода в соответствующей области торговли» <***>.

———————————

<*> Вестник ВАС РФ. 1993. N 10. С. 57 — 64.

<**> Вестник ВАС РФ. 1994. N 1. С. 64 — 88.

<***> Гражданское право: Учебник: В 2 т. Т. 1. 2-е изд., перераб. и доп. / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. М.: Бек, 1998. С. 70.

О признании государством международного торгового обычая свидетельствует и практика судебных органов данного государства. Так, Высший Арбитражный Суд РФ констатировал: «Арбитражный суд при решении спора применяет обычаи в сфере международной торговли…» <*>.

———————————

<*> Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25 декабря 1996 г. N 10 «Обзор практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц» // Вестник ВАС РФ. 1997. N 3.

Для международного торгового обычая, как и любого другого источника права, характерен признак общеобязательности. Он характеризуется также общепризнанностью. Как правовая норма обычай должен быть широко известен, в противном случае заинтересованной стороне придется доказывать его существование. Вместе с тем устная форма, присущая обычаям, препятствует их единообразному толкованию и применению, не говоря уже о том, что затрудняется сам процесс доказывания их существования. Для установления содержания обычая стороны, например, зачастую обращаются к литературным источникам <*>.

———————————

<*> См., например, решение Внешнеторговой арбитражной комиссии при Торгово-промышленной палате СССР от 17 декабря 1955 г. по иску фирмы «Этаблиссман Христиан Веертс» к В/О «Союзпромэкспорт» // Арбитражная практика. Часть II. Решения Внешнеторговой арбитражной комиссии при Торгово-промышленной палате СССР 1951 — 1958 гг. / Сост. А.И. Шпектров. М., 1972. С. 65 — 68.

Таким образом, основной недостаток в использовании торговых обычаев состоит в их устной форме, которая порождает различное толкование. Собирание и систематизацию обычаев и обыкновений в международной торговле в целях их единообразного толкования осуществляет Международная торговая палата (МТП), которая фиксирует обычаи в письменных сборниках (ИНКОТЕРМС, Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов и т.д.). Такие сборники самостоятельной юридической силы не имеют, но применяются при наличии ссылки на них в контракте. В литературе подобные акты именуются еще торговыми обыкновениями, основная характеристика которых состоит в том, что правила, в них содержащиеся, считаются входящими в состав волеизъявления сторон по сделке в случае соответствия их намерениям <*>.

———————————

<*> См.: Зыкин И.С. Указ. соч. С. 17.

Таким образом, чтобы правовая норма применялась правильно и единообразно, предпочтительно изложить ее письменно. При этом под письменной формой (в юридическом смысле) понимается письменное закрепление правила в каком-либо официальном источнике — законе, конвенции и др. Фиксация правила в каком-либо документе, не носящем официального характера, например, в частном сборнике, не может признаваться письменной формой. В этом смысле изложение обычного правила в ИНКОТЕРМС или ином подобном сборнике не означает, что оно приобрело письменную форму в юридическом смысле.

Вопрос о соотношении обычаев и нормативных актов РФ зависит от толкования таких категорий, как обычай, торговый обычай, обычай делового оборота. В статье 5 ГК РФ дается легальное определение обычая делового оборота, под которым понимается «сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе». Кроме того, согласно ст. 309 ГК РФ «обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями»; исходя из чего в литературе справедливо замечают, что «обычаи делового оборота» являются разновидностью «обычно предъявляемых требований», выступают как обычаи в сфере предпринимательской деятельности <*>.

———————————

<*> См.: Гражданское право: Учебник. Т. 1. С. 68 — 70. Иной точки зрения придерживается О.Н. Садиков, считающий, что по сравнению с обычаями делового оборота обычно предъявляемые требования не получили общего статуса дополнительного источника в ГК и, следовательно, приравниваться к обычаю не должны (см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: КОНТРАКТ-ИНФРА-М, 1997. С. 19).

В совместном Постановлении пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ говорится, что под обычаем делового оборота следует понимать «не предусмотренное законодательством или договором, но сложившееся, то есть достаточно определенное в своем содержании, широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, например, традиции исполнения тех или иных обязательств и т.п.» (п. 4) <*>.

———————————

<*> Постановление пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. 1996. N 9.

Вопрос о соотношении обычая и других регуляторов гражданских отношений разрешен в той же ст. 5 ГК РФ: обычаи делового оборота применяются только в той части, в которой они не противоречат императивным нормам гражданского законодательства или договору. Причем в договорных отношениях перед обычаем имеют приоритет и диспозитивные нормы закона (п. 5 ст. 421 ГК РФ). При этом М.Г. Розенберг считает, что, «применяя отечественное законодательство к отношениям по договору международной купли-продажи, следовало бы исходить из приоритета обычая делового оборота над диспозитивной нормой закона» <*>. По мнению автора, «в силу п. 2. ст. 427 ГК РФ как обычаи делового оборота к отношениям сторон применяются примерные условия, разработанные для договоров соответствующего вида и опубликованные в печати, если в договоре нет ссылки на эти условия». И далее: «В силу ст. 431 ГК РФ обычаи делового оборота входят в число тех обстоятельств, которые должны учитываться судом… для определения содержания при выяснении действительной общей воли его сторон», из чего «можно сделать вывод, что отечественным законодательством обычаи делового оборота отнесены… к подразумеваемым условиям, которые стороны должны иметь в виду при заключении договора» <**>.

———————————

<*> Розенберг М.Г. Международная купля-продажа товаров (Комментарий к законодательству и практике разрешения споров). М.: КОНТРАКТ-ИНФРА-М, 2001. С. 30.

<**> Там же. С. 28 — 29.

Обычаи в сфере внешнеторговой поставки связывают, как правило, с ИНКОТЕРМС, которые предназначены для единообразного понимания и применения торговых терминов, используемых в международном коммерческом обороте. «Такие термины, став обычаем в международной торговле, в известной степени упростили и стандартизировали продажу товаров за рубеж» <*>. Торговые термины ИНКОТЕРМС содержат указания на важные вопросы, касающиеся исполнения договоров купли-продажи: распределение обязанностей сторон — продавца и покупателя — по заключению договоров перевозки и страхования, выполнению погрузочно-разгрузочных работ, оплате таможенных расходов, получению экспортных и импортных лицензий и др. Правила фиксируют момент исполнения продавцом своих обязанностей по договору, а также момент перехода риска случайной гибели (повреждения) товара с продавца на покупателя.

———————————

<*> Шмиттгофф К.М. Экспорт: право и практика международной торговли / Пер. с англ. М.: Юридическая литература, 1993. С. 14.

Ссылка в контракте на Правила делает их контрактными условиями. Соответственно, вопрос соотношения положений ИНКОТЕРМС и национального законодательства, ИНКОТЕРМС и международных договоров — это вопрос соотношения конкретного договора (контракта) с указанными источниками права. Коль скоро положения контракта действуют в пределах, определяемых международным договором и национальным законодательством, то и соответствующие условия Правил применяются в пределах, заданных вышеуказанными источниками права. Таким образом, юридическая возможность существования и применения ИНКОТЕРМС заложена в принципе диспозитивности регулирования прав и обязанностей по внешнеэкономической сделке.

Необходимо отметить, что существование международного торгового обычая само по себе не зависит от того, закреплен ли он в письменной форме или нет. Однако фиксация правила, которое изначально носило характер обычая, в письменной форме ориентирует суд и стороны внешнеэкономических сделок на обращение именно к положениям письменного источника, который в известной степени может рассматриваться как доказательство существования самого обычного правила. Отсюда даже в случаях, когда стороны не сослались на положения ИНКОТЕРМС, суд может применить к договору эти правила, рассматривая их как одно из доказательств существования торгового обычая <*>. Такие примеры встречаются в практике международных коммерческих арбитражных судов, в том числе в практике Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате России (МКАС). Это чрезвычайно важное обстоятельство необходимо учитывать при понимании природы ИНКОТЕРМС, которые не могут сводиться лишь к сборнику, применяющемуся исключительно после ссылки на него в контракте.

———————————

<*> См.: Лунц Л.А. Курс международного частного права. Особенная часть. М.: Госюриздат, 1963. С. 166 — 167; Зыкин И.С. Указ. соч. С. 107.

Так, в соответствии с контрактом, заключенным между российской организацией (продавцом) и германской фирмой (покупателем), поставка товара должна была осуществляться на условиях CIF <*>, что в принципе означает, что фрахт оплачивается продавцом и он включен в цену товара, а уплата импортной пошлины возлагается на покупателя. По мнению МКАС, ссылка покупателя на уплату им импортной пошлины не может служить правомерным основанием для вычета этих расходов из стоимости товара, поскольку условие CIF не предусматривает отнесение данных расходов на продавца. МКАС отметил, что согласно обычаям делового оборота, нашедшим отражение, в частности, в ИНКОТЕРМС-1990, уплата импортной пошлины возлагается на покупателя (дело N 255/1994, решение от 11 июня 1997 г.) <**>.

———————————

<*> Стоимость, страхование и фрахт (указанный порт назначения) — торговый термин, включенный в ИНКОТЕРМС и означающий, что продавец выполняет свое обязательство по поставке, когда товар переходит через поручни судна в указанном порту отгрузки. Условие CIF можно использовать только для морского и речного транспорта.

<**> См.: Арбитражная практика за 1996 — 1997 гг. / Сост. М.Г. Розенберг. М.: Статут, 1998. С. 212 — 215.

Таким образом, наряду с распространенным основанием применения ИНКОТЕРМС — отсылки к ним в контракте, имеется и другое основание — в качестве доказательства существования обычая. В другом деле при разрешении спора между российским АО и алжирской компанией МКАС счел возможным даже в отсутствие специального указания контракта трактовать базисное условие «CIP — пункт назначения» в смысле ИНКОТЕРМС-1990 <*>.

———————————

<*> См.: Ануфриева Л.П. Международное частное право: Учебник. Т. 1. Общая часть. М.: Бек, 2000. С. 156 — 157.

Вышеприведенные примеры указывают на неправильность категоричного вывода Г.К. Дмитриевой, что разного рода «унифицированные правила, общие условия… характеризуются одним общим принципиальным качеством: они не обладают юридической силой и применяются только в силу прямо выраженной воли сторон внешнеэкономической сделки» <*>.

———————————

<*> Международное частное право: Учебник / Под ред. Г.К. Дмитриевой. М.: Проспект, 2000. С. 384 — 385.

ИНКОТЕРМС часто характеризуются как сборник международных торговых обычаев. При этом необходим взвешенный подход к пониманию таких категорий, как международный торговый обычай и обыкновение. Как отметил Ч. Дебаттиста, председатель рабочей группы по подготовке ИНКОТЕРМС-2000, «МТП не выдумала эти термины — мы находим ссылки на CIF в английском прецедентном праве (English case law) 200-летней давности» <*>.

———————————

<*> A Language We All Understand // Export Trade. 1999. Nov./Dec.

ИНКОТЕРМС нельзя отождествлять с обычаями международной торговли. Во-первых, сами Правила содержат ссылки на торговые обычаи. Например, в соответствии с термином «FAS» продавец обязан поставить товар вдоль борта указанного покупателем судна в названных покупателем месте и порту отгрузки и в соответствии с обычаями порта в установленную дату или оговоренный срок.

Во-вторых, о самостоятельности существования торговых обычаев в отношении базисов поставки свидетельствует судебно-арбитражная практика, в частности, практика МКАС. Так, в одном из дел МКАС столкнулся с необходимостью определения условий поставки товара. Поскольку стороны не указали в контракте базис поставки товара, МКАС устанавливал обязанности сторон на основании положений контракта с учетом конкретных действий сторон, связанных с его выполнением, а также учитывая торговые обычаи, принятые в международной практике <*>.

———————————

<*> См. решение от 22 октября 1998 г. по делу N 9/1998 (Арбитражная практика Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП РФ за 1998 г. / Сост. М.Г. Розенберг. М.: Статут, 1999. С. 189 — 192).

В-третьих, как отмечается в литературе, сами ИНКОТЕРМС оказывают влияние на развитие торговой практики и в этом смысле даже опережают формирование обычая, то есть приобретают относительно самостоятельный статус по отношению к обычаям <*>. МТП, закрепляя в очередной редакции ИНКОТЕРМС какое-либо новое правило, исходит из целесообразности его применения участниками международной торговли. Совсем не обязательно, что правило, которое явилось предметом толкования МТП, уже стало торговым обычаем или получило большое распространение на практике. В данном случае деятельность МТП скорее напоминает работу национального законодателя, который путем издания нормативных актов, регулирующих экономические отношения, получает возможность контролировать и направлять их развитие в нужное ему русло. По справедливому замечанию Ч. Дебаттисты, «дело МТП состоит не в том, чтобы изменять пути, по которым идет развитие бизнеса, а помогать ему, упрощая переговоры сторон» <**>.

———————————

<*> См.: Зыкин И.С. Негосударственное регулирование. В кн.: Международное частное право. Современные проблемы / Отв. ред. М.М. Богуславский. М.: Теис, 1994. С. 407 — 409.

<**> A Language We All Understand.

Следует также учитывать, что для формирования обычных норм в сфере международной торговли, как правило, требуется время. С этой точки зрения постоянные изменения ИНКОТЕРМС также не означают, что содержащиеся в них условия автоматически становятся обычаями.

Таким образом, возникает ситуация, когда соответствующая торговая практика появляется на основании рекомендации МТП, а не наоборот. Этот процесс получил довольно меткую характеристику в литературе — сознательное формирование обычаев <*>. Сегодня можно утверждать, что МТП не столько пассивно следует сложившимся в международной торговой практике правилам, сколько сама влияет на них в целях их усовершенствования. Все чаще ИНКОТЕРМС рассматриваются как акт, действующий собственной силой в определенных случаях.

———————————

<*> См.: Зыкин И.С. Негосударственное регулирование. С. 409.

Показательно, что МКАС неоднократно обращался к положениям ИНКОТЕРМС-1990 и при отсутствии в контракте указаний о базисных условиях поставки. Например, в деле по иску российской организации к индийской фирме, основываясь на ст. 8 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г., МКАС подверг сопоставительному анализу условия контракта, не содержащего указаний о базисах поставки, и поведение сторон при его исполнении. Суд пришел к выводу, что продажа товара была осуществлена на широко практикуемых в международной торговле базисных условиях CIF или CIP, отраженных, в частности, в ИНКОТЕРМС-1990 <*>.

———————————

<*> См.: Решение от 30 декабря 1998 г. по делу N 62/1998 (Арбитражная практика Международного коммерческого арбитражного суда при ТТП РФ за 1998 г. С. 250 — 256).

ИНКОТЕРМС не являются международным договором и не требуют какого-либо формального присоединения к ним государства, однако их статус в национальном праве различных государств не является одинаковым. Например, в Испании, Ираке, Украине ИНКОТЕРМС подлежат обязательному применению; во Франции и Германии термины рассматриваются как международный обычай и применяются, если стороны не оговорят иное <*>.

———————————

<*> См.: Lord Templeman, Sellman Р. Law of International Trade. 1st edit. Old Bailey Press Ltd. 1997. P. 34.

В России ИНКОТЕРМС рассматриваются в качестве неофициальной кодификации, не имеющей самостоятельной юридической силы (юридическое значение имеют лишь положения контракта, содержащего ссылку на ИНКОТЕРМС). Если искать аналог во внутреннем российском праве, то акты МТП, в том числе ИНКОТЕРМС, могут быть охарактеризованы как примерные условия договора (ст. 427 ГК РФ), обычно разрабатываемые предпринимательскими объединениями для облегчения процесса заключения и исполнения договора (типового договора, проформы и т.д.). Не обладая самостоятельной юридической силой, такие акты оказывают значительное влияние на регулирование отношений с участием предпринимателей, порой даже большее, чем принятые в той или иной стране официальные источники права.

Статья 5 ГК РФ содержит положения о применении к гражданским отношениям обычаев делового оборота в качестве источника права. В отечественной литературе появились в связи с этим предложения о придании Правилам значения акта, содержащего свод таких обычаев <*>. Постановлением Правления Торгово-промышленной палаты РФ от 28 июня 2001 г. N 117-13 ИНКОТЕРМС «признан в России торговым обычаем» <**>. В этой связи М.Г. Розенберг отмечает, что «после признания Торгово-промышленной палатой РФ действия на территории России в качестве обычаев правил ИНКОТЕРМС… отпадает сложившийся в практике подход, в силу которого положения ИНКОТЕРМС использовались (когда применимым являлось российское право), как правило, при наличии ссылки на них в контракте либо лишь в определенной мере в качестве ориентира при толковании условий контракта о базисе поставки, сформулированного недостаточно ясно» <***>.

———————————

<*> См.: Розенберг М.Г. Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. // Закон. 1995. N 12. С. 29 — 30.

<**> См.: Вилкова Н.Г. Венская конвенция 1980 г. и документы Международной торговой палаты. В кн.: Венская конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров. К 10-летию ее применения Россией / Сост. М.Г. Розенберг. М.: Статут, 2001. С. 21.

<***> Розенберг М.Г. Венская конвенция 1980 г. в Практике МКАС при ТПП РФ // Там же. С. 27 — 28.

В пункте 6 ст. 1211 ГК РФ содержится специальное указание: «Если в договоре использованы принятые в международном обороте ТОРГОВЫЕ ТЕРМИНЫ (здесь и далее выделено мной. — В.К.), при отсутствии в договоре иных указаний считается, что сторонами согласовано применение к их отношениям обычаев делового оборота, обозначенных соответствующими торговыми терминами».

Обычаи в сфере торгового мореплавания. Законодательство РФ содержит множество отсылок к международным торговым обычаям в сфере торгового мореплавания. Например, согласно ст. 138 «Палубный груз» Кодекса торгового мореплавания РФ <*> перевозчик имеет право перевозить груз на палубе только в соответствии с соглашением между перевозчиком и отправителем, законом или иными правовыми актами РФ либо ОБЫЧАЯМИ ДЕЛОВОГО ОБОРОТА <**>. При этом, как отмечается в литературе, одни обычаи, сложившиеся в этой области торговли, существуют давно (например, обычай перевозить часть груза на палубе при торговле лесом), другие сформировались недавно <***>.

———————————

<*> См.: СЗ РФ. 1999. N 18. Ст. 2207.

<**> Сходная формулировка содержится в Конвенции ООН о морской перевозке грузов 1978 г. (п. 1 ст. 9).

<***> См.: Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации / Под ред. Г.Г. Иванова. М.: Спарк, 2000. С. 240.

Обычаи, касающиеся распределения убытков от общей аварии, были обобщены в рамках Международного морского комитета и получили название Йорк-Антверпенских правил об общей аварии <*>. С нашей точки зрения, не совсем правильный подход нашел свое отражение в п. 2 ст. 285 КТМ РФ, согласно которому «при определении рода аварии, определении размера общеаварийных убытков и их распределении применяются Йорк-Антверпенские правила об общей аварии и другие международные обычаи торгового мореплавания». По смыслу Закона Йорк-Антверпенские правила отождествляются с обычаями. С нашей точки зрения, эти правила, подобно ИНКОТЕРМС, формально-юридически являются лишь отражением существующих обычаев и обыкновений, касающихся общей аварии.

———————————

<*> Первоначально приняты в Йорке в 1864 году (получили название «Йоркские правила»). В 1877 году были пересмотрены в Антверпене (стали называться Йорк-Антверпенскими правилами с 1890 года). Впоследствии также неоднократно пересматривались (1924, 1950, 1974, 1994 гг.) (см.: Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации. С. 477 — 478).

Однако в литературе на сей счет имеются иные мнения. Например, А.Л. Маковский считает, что обычаем Йорк-Антверпенские правила делает «всеобщность и длительность их применения» <*>. По мнению И.С. Зыкина, «сила международных обычаев и обыкновений признается и за Йорк-Антверпенскими правилами…» <**>.

———————————

<*> Иванов Г.Г., Маковский А.Л. Международное частное морское право. Л.: Судостроение, 1984. С. 32.

<**> Зыкин И.С. Обычаи и обыкновения в международной торговле. С. 111.

Обычаи в сфере международных расчетов. Отношения по аккредитивной сделке между сторонами внешнеторговой сделки купли-продажи, а также банками регламентируются УНИФИЦИРОВАННЫМИ ПРАВИЛАМИ И ОБЫЧАЯМИ ДЛЯ ДОКУМЕНТАРНЫХ АККРЕДИТИВОВ (Uniform Custom and Practice for Documentary Credits — UCP). Данный документ разработан МТП на основе обобщения банковской практики в области международных аккредитивных расчетов и систематизации сложившихся в банковской сфере обычаев и обыкновений. Унифицированные правила, подобно ИНКОТЕРМС, не являются нормативным актом и применяются при наличии ссылки на них в договоре между клиентом и банком. Вместе с тем эти Правила отражают международную банковскую практику и могут применяться даже при отсутствии ссылки на них, поскольку рассматриваются как «серьезное доказательство существующих банковских обычаев и практики… будучи косвенно инкорпорированными (incorporated) в различные документарные аккредитивные соглашения» <*>. Однако Унифицированные правила МТП нельзя целиком сводить к обычаям, поскольку «включаемые в них положения часто созданы самой МТП» <**>. Время от времени Унифицированные правила пересматриваются (этим в рамках МТП занимается специальная рабочая группа), что в некоторой степени приближает их к нормативным актам.

———————————

<*> Goode R. Commercial Law. 2 ed. L.: Penguin Grope, 1996. Р. 985. (Перевод мой. — В.К.)

<**> Зыкин И.С. Внешнеэкономические операции: право и практика. М.: Международные отношения, 1994. С. 238.

Унифицированные правила являются составной частью каждого документарного аккредитива, на что указывает включаемая в его текст стандартная оговорка. Таким образом, Правила действуют как договорные условия. При этом стороны вправе урегулировать отношения по аккредитивной сделке иначе, чем это установлено в Правилах. Однако их распространенность на практике является настолько широкой, что они применяются всеми банками практически без изменений, чему способствуют и стандартные формы аккредитивов, рекомендуемые МТП <1>, используемый банками электронный документооборот, в том числе система SWIFT <2>. Применение Унифицированных правил и обычаев для документарных аккредитивов предусмотрено также некоторыми ОБЩИМИ УСЛОВИЯМИ ПОСТАВОК (ОУП), например, ОУП СЭВ — Финляндия (п. 11.1.3), ОУП СССР — СФРЮ (п. 3 § 49) <3>. Положения Унифицированных правил нашли отражение в известной Инструкции ВТБ N 1 <4>.

———————————

<1> См.: Стандартные формы документарных аккредитивов. Публикация МТП 416/19 / Пер. с англ. М.Л. Каляева. Самара: Издательский дом «Федоров», 1993; Новые стандартные документарно-аккредитивные бланки для унифицированных правил-500.

<2> Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunication — автоматизированная международная система трансмиссионной связи (другое название: Международная межбанковская организация по финансовым расчетам по телексу). Широко используется банками всего мира для обслуживания документооборота и производства платежей. Если сообщения передаются через систему SWIFT, то положения Унифицированных правил применяются автоматически, если не будет обусловлено иное.

<3> См.: Розенберг М.Г. Контракт международной купли-продажи. Современная практика заключения. Разрешение споров. М.: Книжный Мир, 1998. С. 355 — 430.

<4> См.: Инструкция Внешторгбанка СССР от 25 декабря 1985 г. N 1 «О порядке совершения банковских операций по международным расчетам». М.: Финансы и статистика, 1986.

Международные расчеты по инкассо регулируются УНИФИЦИРОВАННЫМИ ПРАВИЛАМИ ПО ИНКАССО (Uniform Rules for Collections — URC). Данный документ разработан МТП и по своей правовой природе обладает характеристиками, подобными Унифицированным правилам и обычаям для документарных аккредитивов.

Обычаи в сфере международного торгового страхования. В рамках законодательства страны страховщика важную роль играют правила страхования, разработанные самими страховыми обществами. В практике международной торговли широко применяются УСЛОВИЯ СТРАХОВАНИЯ ГРУЗОВ (Institute Cargo Clauses), разработанные ОБЪЕДИНЕНИЕМ ЛОНДОНСКИХ СТРАХОВЩИКОВ (Institute of London Underwriters), основанным в 1884 году. Этому Объединению принадлежит большая роль в унификации деловых обыкновений: на протяжении длительного времени оно обобщает и унифицирует стандартные условия страхования и издает собственные правила страхования — «оговорки» (clauses), которые регулярно обновляются и пересматриваются (последняя редакция Правил — 1982 г.).

Согласно ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования, принятых страховщиком либо объединением страховщиков (п. 1). При этом в договоре должна быть ссылка на эти правила, а сами правила должны быть изложены в одном документе с договором либо приложены к нему (п. 2). В литературе высказана точка зрения, что указанное положение не применяется к общеизвестным правилам страхования, в частности, к правилам Объединения лондонских страховщиков: если при заключении договора страхователь делает ссылку на указанные правила, то следует исходить из того, что указанные правила известны страхователю и нет необходимости прикладывать текст правил к договору <*>.

———————————

<*> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный). Изд. 3-е, испр. и доп. / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: КОНТРАКТ-ИНФРА-М, 1998. С. 532.

Таким образом, международный торговый обычай выступает регулятором международных частноправовых отношений, главным образом тех, которые складываются в области внешнеторговой поставки, международных расчетов и страхования. По своей правовой характеристике в соответствии с российским законодательством он может быть отнесен к обычаям делового оборота (ст. 5 ГК РФ). Однако место международного торгового обычая в правовой системе РФ определяется не только российским правом, но также и международными соглашениями, содержащими отсылки к торговым обычаям.