Судебная практика РАО в 2001 году

04-03-19 admin 0 comment

Ананьева Е.В.
, 2002.


Российское авторское общество (далее — РАО, Общество) готовит отчет о работе своей юридической службы ежегодно. Информация собирается из филиалов Общества, расположенных на всей территории страны, что помогает проанализировать ситуацию с защитой прав авторов в целом по России и сделать определенные выводы, на основе которых даются рекомендации юристам Общества. Решения судов общей юрисдикции по некоторым делам носят принципиальный характер и определенно представляют интерес для специалистов и авторов.

При определении размера компенсации должна учитываться многократность нарушений прав авторов

В РАО обратился автор Д. с просьбой оказать помощь в получении компенсации за бездоговорное использование его музыки к спектаклю одного из театров и о запрещении дальнейшего ее использования.

В соответствии с действующим законодательством любое использование произведения возможно только на основании лицензионного соглашения с РАО. Театр же такового не имел. Кроме того, не был заключен договор с автором на создание музыки.

Доводы ответчика, отказавшегося решить вопрос мирным путем, заключались в том, что, поскольку автор на основании устной договоренности написал музыку к спектаклю и передал ее в театр, необходимости в заключении письменного договора не было. Якобы автор своими действиями дал все необходимые разрешения. РАО пришлось обратиться с иском в суд о взыскании компенсации за нарушение авторских прав в сумме 400 минимальных размеров оплаты труда (МРОТ).

За время рассмотрения дела в суде размер истребуемой компенсации постоянно менялся: общая сумма компенсации определялась в зависимости от количества показов спектакля. По состоянию на 1 марта 2000 г. сумма компенсации составила 1010 МРОТ (за 101 показ). Кроме того, Общество требовало взыскать с ответчика 100 МРОТ за нарушение запрета автора на использование музыки.

Было вынесено решение о взыскании компенсации в сумме 20 МРОТ, в остальной же части иска отказано. При определении размера компенсации суд исходил из того, что «ответчик неоднократно использовал произведение истца без договора, однако является государственным учреждением, имеет малый доход, и суд считает, что можно ограничиться суммой в 20 МРОТ». Естественно, что такая логика суда Общество устроить не могла, и решение было обжаловано.

Кассационная инстанция отменила решение, отметив, что «при определении размера компенсации судом не учтена вина ответчика, многократность нарушений авторского права истца, игнорирование запрета на использование произведения. Данные обстоятельства, связанные с нарушением авторского права истца, имеют существенное значение для правильного разрешения спора. При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть изложенное и вынести решение в соответствии с Законом».

После рассмотрения дела в суде первой инстанции в пользу автора вместо 20 МРОТ было взыскано 1270 МРОТ. В решении суда говорится: «В период с января 1995 г. по 6 декабря 2000 г. театр без разрешения и выплаты авторского вознаграждения исполнял спектакль… с музыкой Д. 117 раз, а также нарушал запрет на использование его музыки в указанном спектакле … Истец в ходе судебного разбирательства неоднократно заявлял о данном запрете, однако ответчик продолжал показ спектакля с использованием музыки истца.

В силу ст. 49 Закона «Об авторском праве и смежных правах» <*> обладатель прав может требовать от нарушителя выплаты компенсации в сумме от 10 до 50000 МРОТ, определяемой по усмотрению суда, вместо возмещения убытков или взыскания дохода.

———————————

<*> Закон РФ от 09.07.93 г. N 5351-1 «Об авторском праве и смежных правах» (в ред. от 19.07.95 г.; далее — Закон об авторском праве).

Суд считает возможным взыскать с ответчика за каждое нарушение авторского права 10 МРОТ… Требование истца о взыскании 100 МРОТ за нарушение запрета автора на использование музыки также подлежит удовлетворению, поскольку данное нарушение носит длящийся характер, нарушение авторского права истца имело место неоднократно и продолжается в настоящее время».

Таким образом, тенденция вынесения решений некоторыми судами о взыскании нескольких десятков минимальных размеров оплаты труда — даже при большом количестве случаев нарушений прав авторов — неправомерна, и вышестоящие суды это понимают.

Исполнение произведений непосредственно автором не лишает его права на получение вознаграждения за публичное исполнение произведений

В настоящее время много авторов самостоятельно исполняют свои произведения (появился даже такой термин — «автор — исполнитель»). Иногда пользователи отказываются выплачивать причитающееся по закону за такое исполнение вознаграждение. При этом они ссылаются на то, что авторы в такого рода случаях самостоятельно осуществляют свое исключительное имущественное право на публичное исполнение произведений, поэтому их разрешения не требуется.

Например, РАО вело судебное дело в интересах автора — исполнителя Ж., предъявившего претензии к стадиону «П.». При этом в процессе представитель ответчика строил свою позицию на вышеприведенных доводах. В ходе судебного рассмотрения дела представителю Общества удалось убедить суд в том, что при проведении концертов авторов — исполнителей лицом, реализующим право на публичное исполнение произведений, является тот, кто делает возможным проведение концерта: предоставляет площадку, продает билеты и т.п., — а не тот, кто непосредственно исполняет произведения.

В решении суда по этому делу записано: «Те обстоятельства, что композитор Ж. лично принимал участие в мероприятии и что проводилась рекламная кампания, по мнению суда, не лишают Ж. права на авторское вознаграждение за публичное исполнение его произведений…» В итоге автору было выплачено причитающееся вознаграждение.

Применение норм ст. 395 ГК РФ («Ответственность за неисполнение денежных обязательств») к авторскому вознаграждению

Довольно часто возникают конфликтные ситуации, связанные с неисполнением пользователями обязательств, вытекающих из договоров, заключенных с авторами. В частности, не выплачивается обусловленное договором вознаграждение.

Объединенной дирекцией музыкального театра и Русского театра драмы Республики Карелия были заключены договоры с авторами В. и Т. на изготовление эскизов и макета декораций к спектаклю. За работу театр обязался выплатить авторам вознаграждение (в долларовом эквиваленте). Притом вознаграждение должно было выплачиваться в следующем порядке: 25% — при подписании договора, 50% — при принятии проекта и 25% — после премьеры — спектакля. Кроме того, договоры содержали условие о том, что если работа авторов будет принята к постановке, но премьера не состоится в установленный договором срок, театр будет обязан выплатить авторам вознаграждение в полном объеме.

Работа авторов театром была принята, премьера не состоялась, и вознаграждения авторы не получили.

РАО обратилось в суд с иском о выплате вознаграждения, а в ходе процесса добавило просьбу о взыскании с театра процентов за использование денежных средств истцов.

Городским судом было вынесено решение о взыскании с театра в пользу истцов авторского вознаграждения. При определении рублевого эквивалента сумм использовался курс доллара США на момент рассмотрения дела. Просьба ответчика об уменьшении курса доллара была отклонена. В удовлетворении остальных требований было отказано со ссылкой на то, что поскольку спектакль не был поставлен, то театр не пользовался денежными средствами истцов. Кроме того, суд принял во внимание значительное повышение курса доллара.

Общество подало кассационную жалобу, в которой просило отменить решение в части отказа во взыскании процентов в соответствии со ст. 395 ГК РФ. В жалобе обращалось внимание на то, что выплата авторского вознаграждения по договорам не ставилась в зависимость от дальнейшего использования театром созданного авторами художественного оформления. То обстоятельство, что спектакль не был поставлен, не влияет на факт неправомерного использования денежных средств истцов. Театр был обязан исполнить обязательства по выплате авторского вознаграждения не позднее оговоренного срока, но не сделал этого — следовательно, денежные средства, равные размеру авторского вознаграждения, остались у театра (т.е. он получил возможность распоряжаться этими деньгами по своему усмотрению).

Однако кассационной инстанцией решение было оставлено в силе. Основанием для этого стал довод о том, что суммы в договорах были оговорены в долларах США, а кроме того, спектакль не был поставлен. РАО продолжило борьбу в надзорной инстанции.

Председателем Верховного суда Республики Карелия жалоба была отклонена, поэтому пришлось обращаться в Генеральную прокуратуру РФ, откуда жалоба была направлена в прокуратуру Республики Карелия. Прокурором Республики Карелия был принесен протест в Президиум Верховного суда Республики Карелия, который был удовлетворен, и решение в части отказа от взыскания процентов по нормам ст. 395 ГК РФ было отменено. Президиум Верховного суда Республики Карелия, в частности, указал: «Согласно ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Проценты за пользование чужими средствами взимаются на день уплаты этих средств кредитору.

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 08.10.98 г. N 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами» (в ред. от 04.12.2000 г.) в денежных обязательствах, возникших из договоров, в частности, предусматривающих обязанность должника произвести оплату товаров, работ, услуг на просроченную уплатой сумму, подлежат начислению проценты на основании ст. 395 ГК РФ.

В п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.96 г. N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ» указано, что как пользование чужими денежными средствами следует квалифицировать также просрочку уплаты должником денежных сумм за переданные ему товары, выполненные работы, оказанные услуги.

Исходя из изложенного, вывод суда о том, что поскольку суммы в договорах оговорены эквивалентно доллару США, курс которого значительно вырос, и спектакль не был в прокате, то проценты по ставке рефинансирования не подлежат взысканию, несостоятелен.

Предусмотренные ст. 395 ГК РФ последствия неисполнения денежного обязательства являются штрафной санкцией, и не имеет значения, получил ли какую-либо выгоду должник от неправомерного удержания денежных средств или нет.

Таким образом, решение суда в части отказа в удовлетворении требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами нельзя признать законным и обоснованным».

При новом рассмотрении дела в пользу авторов были взысканы проценты, однако не в полном объеме, а уменьшенные в соответствии с нормами ст. 333 ГК РФ («Уменьшение неустойки») на 50%.

Использование служебного произведения должно осуществляться на основании договора о размере вознаграждения

Споры, связанные с использованием произведений, созданных в порядке выполнения служебного задания, встречаются довольно часто. В соответствии со ст. 14 Закона об авторском праве авторское право на такое произведение принадлежит автору служебного произведения, однако исключительные права принадлежат лицу, с которым автор состоит в трудовых отношениях (если в договоре между ними не установлено иное). Кроме того, в договоре также должны устанавливаться размер авторского вознаграждения за каждый вид использования служебного произведения и порядок его выплаты. Несмотря на наличие такой нормы, на практике заключение договора между работодателем и автором служебного произведения встречается редко. И связано это прежде всего с нежеланием администрации заключать такой договор и отсутствием у автора действенных рычагов воздействия на работодателя. Автор, к сожалению, по-прежнему остается лицом зависимым.

Нередко проблемы, связанные со служебными произведениями, приходится решать в судебных органах. Так, например, В. — наследник авторского права — обратился в РАО с просьбой о помощи в получении авторского вознаграждения за использование фарфоровым заводом произведений его отца — скульптора, проработавшего на заводе более 30 лет и создавшего за это время большое число произведений декоративной скульптуры, которые продолжают воспроизводиться заводом и в настоящее время. Однако завод отказал наследнику в заключении договора и выплате вознаграждения, а также уклонился от предоставления информации о воспроизведенных произведениях. РАО поддержало требования наследника и предъявило иск в суд.

В суде ответчик обосновывал позицию тем, что истец не может претендовать на авторское вознаграждение за воспроизведение произведений, поскольку в заявлении автора о приеме на работу в качестве скульптора предусматривалось условие о предоставлении ему права бесплатного получения одного экземпляра каждого выпускаемого заводом изделия. РАО не согласилось с таким доводом, поскольку субъектом спорных правоотношений выступал не автор, а его правопреемник — другое лицо. Истец является обладателем авторского права и может распоряжаться им самостоятельно. Объем прав наследника определяется законодательством, предусматривающим 50-летний срок действия авторского права.

Соглашение между заводом и скульптором не имело отношения к истцу и не может служить основанием для отказа ему в выплате авторского вознаграждения. Кроме того, в связи с увольнением скульптора с завода соглашение прекратило свое действие еще при жизни автора.

Поскольку право на получение авторского вознаграждения за использование произведений в Законе об авторском праве не выделено как отдельное самостоятельное право, ответчик посчитал, что истец вольно истолковал Закон и изобрел для себя новое право, которого не существует. Но отсутствие указания в Законе на конкретное субъективное право не означает отсутствие самого права у авторов или у правопреемников авторов.

Статья 16 Закона об авторском праве, определяющая имущественные права автора, устанавливает, что автору в отношении его произведений принадлежат исключительные имущественные права на использование произведений, что означает право автора самостоятельно использовать произведение или разрешать использование произведения другим лицам. Отнесение законодателем этого права к категории имущественных прав означает, что оно имеет некое стоимостное (денежное) выражение, а реализация этого права может осуществляться на возмездной основе, то есть с выплатой авторского вознаграждения.

Совершенно очевидно, что право автора на получение вознаграждения за использование произведения — это составная, неотъемлемая часть каждого из имущественных прав, перечисленных в ст. 16 Закона об авторском праве, что, соответственно, делает ненужным его специальное выделение в качестве отдельного права.

Таким образом, несмотря на то что о праве на вознаграждение прямо не сказано, оно с достаточной очевидностью выводится из смысла положений Закона об авторском праве. К тому же это право закреплено в норме (п. 4 ст. 16 Закона об авторском праве), предусматривающей, что размер и порядок исчисления авторского вознаграждения за каждый случай использования произведения устанавливается в авторских договорах, а также в договорах, заключаемых организациями, управляющими авторскими правами на коллективной основе, с пользователями. Аналогичная норма содержится в п. 2 ст. 14 Закона об авторском праве в отношении автора служебного произведения. Кроме того, выплата вознаграждения автору служебного произведения предусмотрена принятым в развитие Закона об авторском праве Постановлением Правительства РФ от 21.03.94 г. N 218 «О минимальной ставке авторского вознаграждения за некоторые виды использования произведений литературы и искусства» (далее — Постановление N 218) — в п. 3 раздела II Приложения N 3.

По общему правилу автор служебного произведения лишается права распоряжаться произведением самостоятельно или разрешать использование другим лицам, поскольку это право переходит к работодателю, однако он не лишается права получать авторское вознаграждение за каждый вид использования работодателем служебного произведения. Это право не поглощается другими имущественными авторскими правами и относится к числу важнейших авторских правомочий. Оно сохраняется за автором служебного произведения, а после его смерти — за правопреемником автора.

По мнению ответчика, Постановление N 218 прямо предусматривает ситуацию выплаты авторского вознаграждения при отсутствии договора автора с плательщиком, из чего ответчик делал вывод о том, что не обязан заключать с истцом договор о выплате авторского вознаграждения.

Пункты 2 и 3 раздела II Приложения N 3 Постановления N 218 гласят: «Ставки авторского вознаграждения, предусмотренные настоящим Положением <*>, являются минимальными и применяются, если иное не определено в договоре между плательщиком и автором, его правопреемником или организацией, управляющей имущественными правами авторов на коллективной основе в пределах полученных от них полномочий, и размер вознаграждения не является предметом спора между заинтересованными сторонами.

———————————

<*> Положение о минимальных ставках авторского вознаграждения за воспроизведение произведений изобразительного искусства и тиражирование в промышленности произведений декоративно — прикладного искусства (в приложении N 3 к Постановлению N 218).

Автору, создавшему в порядке выполнения служебного задания образец произведения изобразительного или декоративно — прикладного искусства для воспроизведения или тиражирования в промышленности, авторское вознаграждение за воспроизведение или тиражирование такого произведения выплачивается по нормам, предусмотренным в настоящем Положении, если в договоре между автором и работодателем не предусмотрено иное».

Из содержания этих норм вывода о необязательности заключения договора между автором и работодателем не следует. Наоборот, именно в договоре стороны должны зафиксировать свое соглашение о размере авторского вознаграждения: будет ли оно исчисляться по минимальным ставкам или иным образом.

Поскольку законодательство предоставляет истцу право на получение авторского вознаграждения за воспроизведение служебных произведений на основании договора с заводом, истец является надлежащим лицом, способным заключить такой договор. Заключение договора о размере и порядке выплаты авторского вознаграждения по требованию истца — это обязанность ответчика (завода), невыполнение которой (или уклонение от выполнения которой) влечет нарушение права истца.

Общество от имени истца неоднократно обращалось к заводу с требованием заключить договор. Ответчику направлялся проект договора, однако он уклонялся от его заключения. Поэтому, руководствуясь п. 4 ст. 445 ГК РФ («Заключение договора в обязательном порядке»), истец также просил суд обязать ответчика заключить договор о размере и порядке выплаты авторского вознаграждения за воспроизведение заводом скульптурных произведений.

Федеральный суд вынес решение о взыскании с завода в пользу наследника авторского вознаграждения за воспроизведение скульптурных произведений. В требовании о понуждении завода к заключению с наследником договора о размере авторского вознаграждения и порядке его выплаты суд отказал. Мотивы отказа такие: «В части понуждения ответчика к заключению договора суд полагает иск подлежащим отклонению. Законом не предусмотрено обязательное заключение договора — это является правом, а не обязанностью сторон. При отсутствии договора имеются положения Закона, регулирующие правоотношения сторон. Договор должен содержать обязательные признаки: сроки выплаты вознаграждения, тиражи и иные условия. Суд полагает, что определение этих условий не входит в компетенцию суда, при том, что заключение договора необязательно».

В кассационной жалобе Общество помимо указанных выше доводов ссылалось также на то, что если сторона, для которой заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор (п. 4 ст. 445 ГК РФ).

Завод продолжает использование произведений и по-прежнему не выплачивает истцу авторское вознаграждение. Отказав в просьбе о понуждении ответчика заключить соответствующий договор, суд создал ситуацию, при которой истец будет вынужден всякий раз обращаться в судебные органы для обеспечения своего права.

Кассационная жалоба была впоследствии удовлетворена, и дело направлено в суд первой инстанции. Из материалов дела следует, что суд согласился с позицией РАО о необходимости заключения договора.