В рамках Конституции

04-03-19 admin 0 comment

Зорькин В.Д.
Эж-Юрист, 2009.


На прошлой неделе в Конституционном Суде РФ начались Сенатские чтения — публичное обсуждение актуальных правовых проблем России. Такие встречи юристов в Петербурге отныне планируется проводить регулярно, а в качестве лекторов приглашать на них известных правоведов. «Премьерный выпуск» чтений открыл Председатель КС РФ Валерий Дмитриевич Зорькин, выступивший, однако, не как глава высшей судебной инстанции, а как ученый — доктор юридических наук, профессор. Его доклад был посвящен проблемам, которые предстоит решать государству в период кризиса. После выступления Валерий Дмитриевич согласился ответить на вопросы журналистов.

Валерий Дмитриевич, как появилась идея проведения Сенатских чтений?

— Думаю, этому способствовала сама атмосфера города Санкт-Петербурга. Правда, я был несколько удивлен сообщениями в прессе о том, что мы возрождаем традиции царизма и чтения, которые когда-то проводились в Сенате. Тогда чтений в здании Сената не было вовсе: здесь проходили слушания высшего судебного органа.

Конституционный Суд может не только принимать решения, он имеет резервы и для научного общения. Мы надеемся, что Сенатские чтения помогут восстановить симбиоз, единство практики и теории. Отсутствие такой связи приводит к плачевным результатам в любом государстве.

В своем выступлении Вы сказали, что в условиях переходного периода, который переживает наша страна, допустимы некоторые элементы авторитаризма. Скажите, пожалуйста, а как определить пределы этой допустимой «дозы» авторитаризма и кто будет их определять?

— Определить их можно только эмпирически, только практикой, с учетом того, что все должно оставаться в пределах Конституции. Последнее время вокруг понятия «авторитаризм» идет ожесточенная полемика, если не война. Хочу подчеркнуть, что, говоря об элементах авторитаризма, я имею в виду не метод единоличного политического режима, близкого к автократии. Я говорю об элементах единовластия, которые, на мой взгляд, присутствуют в любой власти: будь то, условно говоря, директор фабрики или президент страны. Но в зависимости от тех условий, в которых находится то или иное государство, «доза» этого единовластия может быть больше или меньше.

Например, при Де Голле и при Миттеране действовала одна и та же Конституция Пятой республики, но при этом упомянутые «дозы» единовластия в эти периоды применялись совершенно различные.

Говоря об элементах авторитаризма, я имею в виду сильную власть в рамках Конституции, которая способна решать текущие задачи, не выходя за пределы права.

Какие временные рамки Вы имеете в виду, говоря о переходном периоде?

— Этот период начинается от советской эпохи, которая не знала, что такое права и свободы человека, разделение властей, правовое государство, политический плюрализм, федерализм и многие другие конституционные принципы. Сейчас все они в Конституции есть. Чтобы все эти ценности стали устойчивыми, чтобы они стали нашей жизнью и образцами для подражания, нужен определенный переходный период.

Не боитесь, что Ваше выступление произведет эффект разорвавшейся бомбы?

— В чем вы видите бомбу? В том, что я говорил о недостатках? Но ведь только ленивый сейчас не говорит о кризисе, о неисполнении судебных решений…

Я надеюсь, что все услышали именно то, что я хотел сказать: согласно Конституции наше государство должно заботиться о нас и наших правах, но при этом и мы должны беречь государство. Мы сообща должны делать все для того, чтобы оно двигалось вперед, преодолевало коррупцию и правовой нигилизм, воспитывало правящую элиту.

Конечно, для достижения этих целей подходят не любые методы. Но наша действительность, в которой есть Конституция, президент, парламент, судьи, предоставляет нам широкие возможности для преодоления недостатков. Не надо думать, что во всем остальном мире взяточничества нет. И у нас оно будет изживаться постепенно. Сейчас нам необходимо бороться с тем имиджем криминального государства, который культивируют в мире.

Я уверен, что большинство хочет предсказуемой России. Эта предсказуемость возможна только на основе права и силы нашей страны.

Под силой я подразумеваю не произвол, а способность государства защищать своих граждан, владеть и распоряжаться ресурсами, продвигать передовые технологии в рамках Конституции. Это дело политиков. Наша задача как юристов — обеспечить рамки, в которых может действовать государство.

Валерий Дмитриевич, в своем выступлении Вы коснулись темы правового нигилизма. Но многие люди не соблюдают законы сознательно, потому что считают, что государство не выполнило своих обязательств перед ними. Как разорвать этот круг?

— Только постепенными мерами, причем со стороны как государства, так и граждан. Этого можно добиться лишь путем системного движения: просвещения, воспитания, обучения.

В докладе Вы сказали о том, что США не могут служить для нас эталоном правового государства. Вы считаете американскую Конституцию недостаточно совершенной по сравнению с нашей?

— Эталон — это идеал. Конституция США не хуже и не лучше российской: я могу назвать вам тысячи недостатков нашей Конституции: несбалансированность властей, проблемы с местным самоуправлением и т.д. Просто надо помнить, что ни один конституционный механизм не дает гарантии того, что все в жизни будет хорошо.