Актуальные вопросы применения мер пресечения к подозреваемым и обвиняемым

04-03-19 admin 0 comment

Айвар Л.К.
Электронный ресурс, 2008.


Комитетом министров Совета Европы 27 июня 1980 г. приняты рекомендации № R(80)ll «О заключении под стражу до суда», которые состоят в том, чтобы, исходя из гуманистических и социальных соображений, сокращать применение заключения по стражу до суда до минимума, согласующегося с интересами правосудия. «Считая невиновным до тех пор, пока не доказана его вина, ни одно лицо, обвиняемое в совершении преступления, не следует помещать под стражу до суда, если только обстоятельства дела не делают это строго необходимым. Поэтому заключение под стражу до суда должно рассматриваться в качестве исключительной меры, и она никогда не должна быть обязательной и использоваться для целей наказания».

Уже на протяжении шести лет (1 июля 2002 г. вступил в действие УПК РФ) в стране действует новый порядок заключения лиц подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений, под стражу до суда, согласно которому это допустимо только на основании судебного решения.

Первый опыт применения уголовно-процессуальной процедуры заключения под стражу судебным решением резко сократил число лиц, к которым применялась данная мера пресечения. Однако статистические данные последних трех лет показали резкий рост заключенных под стражу до суда, чем при избрании этой же меры пресечения прокурором, что серьезно заботит правоведов и юристов-практиков. Судами удовлетворяется 91,3% ходатайств об избрании и 98,5% о продлении срока содержания под стражей.

Участились случаи незаконных и необоснованных арестов.

Ряд таких известныхдел рассмотрел Европейский Суд по правам человека — по ним с жалобами против Российской Федерации выступили граждане, пострадавшие от незаконного и необоснованного содержания под стражей.

Граждане жаловались не только на незаконность и необоснованность своего пребывания в следственных изоляторах, но и на условия этого пребывания.

Камерные помещения, в которых находятся люди, не соответствуют международным требованиям и стандартам. В Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными, принятых на 1-м Конгрессе ООН по предупреждению преступлений и обращению с преступниками, в частности, указано, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию. В помещениях, где живут и работают заключенные, окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы они могли читать и работать при дневном свете; окна должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует или нет искусственная система вентиляции; при использовании искусственного освещения оно должно быть таким, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения.

Каждый заключенный должен иметь возможность удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности. Должны быть обеспечены условия для того, чтобы каждый заключенный мог и был обязан купаться или принимать душ хотя бы раз в неделю.

На следственном изоляторе лежит обязанность снабжать заключенных водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья. Заключенный должен быть обеспечен отдельной койкой, снабжен спальными принадлежностями и др.

Тюремное управление должно обеспечивать каждого заключенного питательной и хорошего качества пищей, питьевой водой.

Все заключенные, не занятые работой на свежем воздухе, имеют ежедневно право, по крайней мере на час, на подходящие физические упражнения во дворе, если это позволяет погода.

Заключенных, как правило, перевозят в так называемых автозаках, которые, в соответствии с требованиями международного законодательства, должны быть достаточно вентилируемы, освещены и исключали другие физически излишне тяжелые условия.

Кроме того, для лиц, лишенных свободы, очень важно поддерживать достаточно хороший контакт с внешним миром. Прежде всего, лицу, находящемуся под стражей, необходимо предоставить возможность сохранять отношения со своими семьями и близкими друзьями. Руководящим принципом должно стать содействие контакту с внешним миром. Любые ограничения на такой контакт должны быть обоснованы исключительно измеримыми интересами безопасности или соображениями нехватки материальных ресурсов.

Верховный Суд Российской Федерации на заседании Президиума 27 сентября 2006 г. принял постановление «О рассмотрении результатов обобщения судебной практики об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», в кото- pOM указано, что судами не в полной мере выполняются требования уголовно-процессуального законодательства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и учитываются разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 г. № 1 «О применении судами норм УПК РФ»1, от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»2, от 14 февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» .

Однако суды зачастую формально подходят к вопросам рассмотрения ходатайств о применении меры пресечения в виде заключения под стражу и ее продлении, хотя в данном случае речь идет об ограничении конституционного права человека на свободу. Удовлетворяя такие ходатайства, судьи в постановлениях лишь перечисляют указанные в ст. 97 УПК РФ основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных, исчерпывающих данных, подтвержденных какими-либо доказательствами, на основании которых суд приходит к выводу, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, будет угрожать потерпевшим, свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожит доказательства или иным путем воспрепятствует производству по уголовному делу.

Органы предварительного следствия также не утруждают себя доказыванием наличия обстоятельств и оснований, которые бы подтверждали необходимость применения заключения под стражу.

Да и сама конструкция ст. 108 УПК РФ далека от понятия правовой определенности. Ч. 1 ст. 108 УПК РФ дает возможность избрать заключение под стражу при наличии «достаточных оснований полагать», т.е. наличия не более чем предположения. Органам следствия совершенно не обязательно доказывать, что лицо, например, скроется или совершит иные действия, указанные в ст. 97 УПК РФ. Любое из перечисленных обстоятельств не входит в перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Предположения следователя о возможности наступления перечисленных событий носят вероятностный характер, причем это предположения не о прошедших или происходящих событиях, а о тех, которые только могут произойти в будущем. Необходимость делать предположения не о том, что имеется в действительности, а о том, что еще только может произойти, а может и не произойти, составляет значительную трудность при избрании меры пресечения4.

Таким образом, если в законе указано на возможность применения меры пресечения при наличии предположений, а не доказательств, это дает возможность применять указанную меру пресечения достаточно широко, огульно и, по существу, в ряде случаев незаконно и необоснованно.

Несмотря на то что в ч. 1 ст. 108 УПК РФ указано, что «при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение», суды в большинстве случаев не могут этого сделать, так как лицо, заявляющее ходатайство, не приводит в своем постановлении таких конкретных фактических обстоятельств.

Между тем в ряде зарубежных стран требуется доказать, что лицо, в частности, собирается скрыться. Представляется, что в ст. 108 УПК РФ необходимо внести изменения, предусмотрев, что судья, принимая решения о заключении под стражу, должен располагать доказательствами того, что лицо, в частности, скроется, продолжит заниматься преступной деятельностью и т.д.

Безусловно, следовало бы повысить уровень требований к основаниям, которые лежат в основе принятого решения о заключении под стражу, возможно, что это поможет каким-то образом принимать законные, обоснованные постановления о заключении под стражу.

Закон предусматривает, что при рассмотрении судом ходатайств об избрании меры пресечения под стражу — судья не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица в инкриминируемом ему деянии, о чем говорится в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами норм УПК РФ» № 1 от 5 марта 2004 г.5.

В тексте ходатайства следователь подробно приводит описание преступления, в котором подозревается или обвиняется лицо, в отношении которого заявлено ходатайство о применении или продлении меры пресечения в виде заключения под стражу. Поскольку суд не рассматривает вопросы доказанности, следствие зачастую вменяет лицу состав более тяжкого преступления, которое впоследствии, после избрания меры пресечения или на стадии окончания предварительного следствия, переквалифицирует на менее тяжкий состав. Дабы предотвратить такого рода злоупотребления, представляется, что в ходатайстве следовало бы указывать только состав преступления, а особое внимание следует уделять доказательствам того, что лицо причастно к совершению этого деяния, и только при подтверждении причастности суд следует наделить правом на заключение лица под стражу, в то время как обстоятельства причастности органами предварительного следствия суду никогда не представляются и, соответственно, судом не рассматриваются.

Одним из основных критериев применения меры пресечения в виде заключения под стражу является то, что за преступление уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет лишения свободы. Однако абсолютно не учитывается, что заключение под стражу применяется только при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Законодатель не требует учитывать, какое совершено преступление, умышленное или же по неосторожности, привлекается ли лицо к уголовной ответственности впервые или повторно, категорию, вид совершенного преступления, например в сфере экономической деятельности, общественной безопасности, против жизни и здоровья, основ государственной власти и т.д. Нет и других различий, кроме сроков наказания. Представляется, что можно ввести дополнительные ограничения для избрания и применения меры пресечения в виде заключения под стражу, которые бы предусматривали ограничение по срокам для различных категорий лиц, по виду инкриминируемого преступления, по последствиям и возможности устранения этих последствий, например возмещение ущерба, причиненного потерпевшему, заглаживание вреда и т.д.

Согласно ч. 1 ст. 162 УПК РФ предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела. Ч. 3 названной статьи предоставляет право руководителю следственного органа продлить срок следствия еще на 1 месяц, т.е. до 3 месяцев. Дальнейшее продление может быть осуществлено в случае, если расследование по делу представляет особую сложность, и только руководителем следственного органа субъекта Российской Федерации и только до 12 месяцев. Свыше 12-месячного срока следствие продлевается председателем Следственного комитета при Прокуратуре Российской Федерации, руководителем следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и их заместителями.

При направлении в суд ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу дознаватели, следователи указывают срок, на который лицо должно быть заключено под стражу. Ч. 1 ст. 109 УПК РФ гласит, что содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяцев. Далее законодатель установил, что в случае невозможности окончания предварительного следствия в указанный срок (2 месяца) мера пресечения в виде заключения под стражу может быть продлена на срок до 6 месяцев. И только в случаях особой сложности уголовного дела, при обвинении лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления этот срок может быть продлен до 12 месяцев (ч. 2 ст. 109 УПКРФ). Срок содержания под стражей свыше 12ме- сяцев может быть продлен лишь в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений, и не более чем до 18 месяцев.

Данные сроки установлены в законе с целью защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (основной принцип уголовного судопроизводства, закрепленный в ст. 6 УПК РФ).

По всем уголовным делам лицам, в отношении которых принимаются решения о заключении под стражу, срок содержания под стражей устанавливается не меньше 2 месяцев. Представляется, что срок содержания под стражей, устанавливаемый на период как до 2 месяцев, так и свыше, не может быть одинаковым для всех лиц, заключаемых под стражу.

Судебное решение, выносимое в отношении конкретного лица, и должно иметь строго индивидуальный характер. Суд не должен, принимая решение о заключении под стражу, указывать в отношении каждого лица, что оно будет содержаться под стражей 2, 6 месяцев и свыше, тщательным образом не проверив обоснованность и необходимость истребуемого следствием срока.

Конституционно-правовой смысл судебного решения о заключении под стражу должен проявляться в том, чтобы индивидуально, в отношении каждого конкретного лица принималось решение по срокам заключения под стражу. Опыт отдельных зарубежных стран показывает, что суды индивидуализированно подходят к вопросу избрания меры пресечения в каждом конкретном случае, в отношении каждого лица, с указанием определенного первоначального срока содержания под стражей. Это повышает ответственность судей за принимаемые ими решения по срокам в отношении лиц, заключаемых под стражу.

Основания уничтожения доказательств, воспрепятствования производству по уголовному делу, оказание воздействия на участников уголовного судопроизводства могут отпасть уже на первоначальной стадии судопроизводства, когда проведены отдельные следственные действия: осмотр места происшествия, обыски и выемки, показания потерпевших, свидетелей отражены в протоколах допросов, очных ставок, проведены экспертизы, вещественные доказательства изъяты и приобщены к материалам уголовного дела и т.д., да и само лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, признало себя виновным, дало подробные показания, и его показания закреплены в протоколах допросов и других процессуальных документах. Подозреваемый (обвиняемый) положительно характеризуется, имеет постоянное место жительства и работы и т.д. Более того, орган предварительного следствия должен обосновать необходимость заявленного срока, например, для производства назначенной по делу судебной экспертизы необходим такой-то срок, производства конкретных следственных действий — такой-то срок и т.д. В практике автора имелись случаи, когда с лицом, содержащимся под стражей в течение более 8 месяцев, было проведено только два следственных действия, да и то на первом месяце содержания под стражей, необходимость и целесообразность дальнейшего продления меры пресечения никакими конкретными данными не подтверждалась, тем не менее суд, идя на поводу у следствия, продолжал продлять обвиняемому меру пресечения.

При указанных обстоятельствах отпадает необходимость содержания лица под стражей, и мера пресечения должна быть отменена или изменена на более мягкую, не связанную с нахождением в местах изоляции от общества. Не следует забывать и дороговизну исполнения меры пресечения в виде содержания под стражей. Финансирование следственных изоляторов и персонала, обеспечение нормального существования заключенных дорого обходится государству, в то время как привлекаемый к уголовной ответственности может, находясь на свободе, приносить пользу, принять меры к заглаживанию вреда и возмещению ущерба, самостоятельно содержать себя и свою семью.

При заключении под стражу происходит существенное ограничение конституционных прав подозреваемого (обвиняемого), включая право на свободу, на личную неприкосновенность, на свободу передвижения и т.д. Закон предусматривает право на реабилитацию лиц, в отношении которых незаконно и необоснованно была применена мера пресечения, в

ношении несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести. Однако не ясно, что понимает законодатель под исключительными случаями. Что касается взрослых подозреваемых или обвиняемых, то в соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК исключительные случаи для них ограничены наличием одного из следующих обстоятельств: если подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории России, его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Правовая неопределенность в отношении несовершеннолетних влечет произвольное толкование исключительности случаев. Таким образом, исключительность случаев, при которых несовершеннолетнему, подозреваемому или обвиняемому в совершении преступления средней тяжести может быть избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, ничем не ограничена.

В этой связи целесообразно было бы ввести в закон норму, согласно которой к несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым может быть применена мера пресечения в виде заключения под стражу в исключительных случаях, при наличии одного из обстоятельств, предусмотренных в ч. 1 ст. 108 УПК РФ, а в статьях УПК РФ, регламентирующих применение заключения под стражу несовершеннолетних, должны быть предусмотрены особенности избрания этой меры, сроки содержания под стражей, особенности задержания, сроки задержания несовершеннолетних, которые должны отличаться от сроков задержания, заключения под стражу, избираемых в отношении взрослых.

Аналогично в особом порядке должен решаться вопрос о заключении под стражу лиц, страдающих тяжелыми заболеваниями, инвалидов I группы, беременных женщин, женщин, имеющих на иждивении несовершеннолетних детей в возрасте до 3 лет, одиноких родителей, воспитывающих несовершеннолетних детей, детей-инвалидов.

Альтернативой заключению под стражу может выступать мера пресечения в виде залога. В то же время залог в качестве меры пресечения избирается довольно редко.

Залог мог бы играть более значительную роль при его надлежащем усовершенствовании.

Имущественное поручительство является весьма древним процессуальным институтом уголовно-процессуального пресечения. Оно существовало еще в Уставе уголовного судопроизводства 1864 г. Советскому уголовному процессу имущественное поручительство в виде меры пресечения известно еще со времен Уголовно-процессуального кодекса РСФСР 1923 г. (ст. 152). Эта мера заключалась в том, что достаточно состоятельное для того времени ли-

Огорчает и то обстоятельство, что законодатель не счел необходимым закрепить специфику избрания такой меры, как заключение под стражу, применительно к несовершеннолетнему подозреваемому,

него ареста автором будет рассмотрена в отдельной обвиняемому6. А.В. Гриненко вполне обоснованно работе. — JI.A.). Согласно решению Европейского считает такое положение недопустимым и сущест- Суда по правам человека, условия содержания под- венно ущемляющим права несовершеннолетних по- следственных не должны быть хуже, чем осужденных. дозреваемых и обвиняемых7. У нас же получается наоборот: в СИЗО находиться намного тяжелее, чем в колониях. Заключенные находятся в камерах и более изолированы от внешнего мира, в изоляторах свидания даются только с разрешения следователей и судей. В СИЗО прогулки строго по расписанию, да и бытовые условия в колонии гораздо лучше.

Особое внимание следует уделить заключению под стражу несовершеннолетних. В ч. 1 ст. 423 УПК РФ имеется ссылка на ст. 91, 97, 99, 100 и 108 УПК РФ. Из этого следует, что задержание, заключение под стражу в отношении несовершеннолетних применяется так же, как и в отношении взрослых. Сроки задержания, заключения под стражу в отношении несовершеннолетних, исходя из положений международных норм и принципов, должны быть меньшими.

Целесообразность применения к несовершеннолетним заключения под стражу всегда вызывала дискуссии, которые в конечном счете сводились к тому, что эта мера пресечения должна использоваться в отношении рассматриваемой группы в крайне редких случаях.

В ст. 13 Минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, утвержденных 40-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 29 ноября 1985 г. (Пекинские правила), указано, что «содержание под стражей до суда применяется лишь в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени».

этом случае ответственность возлагается на государство. Однако, по мнению автора, данная ответственность должна возлагаться на дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и судью, которые необоснованно применили меру пресечения в виде заключения под стражу. Только при наличии персональной ответственности указанных лиц можно рассчитывать на вынесение обоснованных решений, отвечающих принципам законности, обоснованности, гуманизма, уважения чести и достоинства личности.

В настоящее время Министерство юстиции предлагает изменить схему учета времени, проведенного под стражей во время предварительного заключения. Согласно разработанному законопроекту, один день в следственных изоляторах будет приравниваться к двум в колонии.

Такой коэффициент будет действовать при зачете срока наказания. А неопасным подсудимым предложат до приговора находиться дома под домашним арестом. Сейчас как раз разрабатывается механизм домашнего ареста, которого до настоящего времени нет, и столь эффективная мера, как домашний арест, в стране практически не применяется (тема домаш-

В соответствии с ч. 2 ст. 108 УПК РФ к несовершеннолетнему, подозреваемому или обвиняемому заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено в случае, если лицо подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в от-

цо или организация брали на себя подписку о том, что они обязуются уплатить известную сумму в случае неявки обвиняемого к следователю или в суд. Как таковой имущественный залог лишь содержал в своем названии термин «имущественный». На самом же деле он, как и обычный залог, выражался в денежной сумме. При этом под залогом (ст. 153 УПК РСФСР 1923 г.) подразумевались деньги или иное имущество, вносимое в суд самим обвиняемым или иным лицом (организацией). Существенным отличием подобных мер пресечения является то, что имущественный залог не вносится заранее. Он лишь является гарантией надлежащего поведения обвиняемого, и погашается в том случае, если последний нарушит меру пресечения. А залог как имущественное поручительство в истинном смысле этого слова всегда вносится заранее.

Представляется, что имущественный залог может иметь право на существование в настоящее время. Он должен стать мерой пресечения, гарантирующей надлежащее поведение обвиняемого (подозреваемого). В качестве залога в этой мере пресечения вполне может выступать и недвижимое имущество, например приватизированная квартира, гараж, дача, дом, земельный участок и т.п. Ведь зачастую граждане не держат денежные средства в наличных деньгах, а вкладывают их в активы, приобретают ценные вещи, недвижимость и т.д.

Поэтому и возникает вопрос о возможности введения такой меры пресечения, как имущественный залог, под которым понимается залог недвижимого или иного ценного имущества (дорогой автомобиль, коллекция картин, библиотека, земельный участок и др.). Иными словами — залог материальных ценностей, которые остаются в пользовании залогодателя.

В законодательстве некоторых стран СНГ, таких как УПК Республики Узбекистан (ч. 1 ст. 249), УПК Азербайджанской Республики (ч. 1 ст. 164), УПК Республики Казахстан (ч. 1 ст. 148), предусматривается возможность внесения залога недвижимым имуществом.

С нашей точки зрения, в частности, в УПК РФ на законодательном уровне должен быть решен вопрос, связанный с реализацией данной меры пресечения, а также отчуждением имущества (залога) в случае нарушения его условий. Одновременно следовало бы разработать механизм рассмотрения судами дел об отчуждении имущества, обеспечивающего в качестве меры пресечения залог недвижимости или иного ценного имущества, в случае злостного невыполнения подозреваемым, обвиняемым или подсудимым предписаний примененной к нему меры пресечения.

В случае применения в качестве меры пресечения залога в том понимании, в котором он существует в УПК РФ (деньги, ценные бумаги или ценности), а также меры пресечения в виде залога недвижимости или иного ценного имущества, законодателю необходимо разработать и закрепить в законодательстве РФ нормы, предусматривающие решение вопроса о возможности для залогодателя пользоваться заложенным недвижимым имуществом или иным ценным имуществом.

Исходя из того, что нормы уголовно-процессуального законодательства находятся в общей системе конституционно-правового и международно-правового регулирования, закрепляющего гарантии права каждого на свободу и личную неприкосновенность, следует обратить внимание законодателя на необходимость совершенствования правил, порядка и процедуры применения меры пресечения в виде заключения под стражу, необходимость обеспечения строгого соблюдения законодательства об избрании и продлении меры пресечения в виде заключения под стражу, недопущение формального подхода к разрешению соответствующих ходатайств, поскольку заключение под стражу лиц, обвиняемых, подозреваемых в совершении преступления, является самой строгой мерой пресечения, ограничивающей права, свободы и личную неприкосновенность человека и гражданина.

1 Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. № 5.

2 Российская газета. № 244. 02.12.2003.

3 Бюллетень Верховного Суда РФ. № 4. 2000. СПС «Консуль- тантПлюс».

4 Цоколова О.И. Проблемы совершенствования оснований применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Российский следователь. 2005. № 5.

5 Российская газета. № 11. 20.01.2007. СПС «Консультант-

6 Плюс».

6 Марковичева Е.В. Особенности избрания меры пресечения в отношении несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого // Российский следователь. 2007. № 20. СПС «Кон- сультантПлюс».

7 Гриненко А.В. Задержание и заключение под стражу должны быть не только законными и обоснованными, но и мотивированными // Журнал российского права. 2005. № 3 С. 96—99