Право признания фактов представителем стороны в гражданском процессе

04-03-19 admin 0 comment

Булдакова А.
Электронный ресурс, 2009.


Автор статьи полагает, что представитель стороны в гражданском процессе должен действовать только в рамках тех полномочий, которые ему предоставлены доверителем, особенно в отсутствие представляемой им стороны в судебном процессе.

В этой связи подробно рассматриваются разъяснения п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. «О судебном решении» как с теоретической, так и с практической точек зрения. Вследствие чего делаются выводы о возможности неблагоприятного исхода судебного дела для стороны, отсутствующей в гражданском процессе, представитель которой признает обстоятельства, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения.

В соответствии с ч. 1 ст. 58 Закона РСФСР от 8 июля 1981 г. «О судоустройстве РСФСР» Пленум Верховного Суда Российской Федерации рассматривает материалы изучения и обобщения судебной практики и судебной статистики и дает руководящие разъяснения судам по вопросам применения законодательства Российской Федерации. Руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации обязательны для судов, других органов и должностных лиц, применяющих закон, по которому дано разъяснение.

В одном из таких разъяснений, а именно в абз. 5 п. 10 Постановления от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» (далее — Постановление), Пленум Верховного Суда Российской Федерации отметил, что при вынесении решения судам необходимо иметь в виду, что право признания обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, принадлежит и представителю стороны, участвующему в деле в ее отсутствие, если это не влечет за собой полного или частичного отказа от исковых требований, уменьшения их размера, полного или частичного признания иска, поскольку ст. 54 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определяющая полномочия представителя, не требует, чтобы указанное право было специально оговорено в доверенности.

Нам представляется такой подход не только не логичным, но и противоречащим как нормам гражданского процессуального права, так и теоретическим взглядам на институт представительства по следующим основаниям.

Во-первых, с точки зрения процессуального положения участников процесса представитель является не лицом, участвующим в деле, а лицом, участвующим в судебном разбирательстве ввиду отсутствия у него самостоятельного юридического интереса в исходе дела.

Представитель призван оказывать содействие в защите интересов прежде всего представляемого. Представитель, принимая участие в суде, обеспечивает реализацию провозглашенного Конституцией Российской Федерации права на квалифицированную юридическую помощь (ч. 1 ст. 48), а также способствует реализации права на судебную защиту его прав и свобод (ч. 1 ст. 46).

При этом представителями в суде могут быть только дееспособные лица, имеющие надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела, за исключением лиц, указанных в ст. 51 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оформление полномочий граждан на ведение дела в суде допускается только на основании доверенности, заверенной надлежащим образом, и в порядке, предусмотренном ст. 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Во-вторых, объяснения представителя стороны рассматриваются со стороны Пленума Верховного Суда Российской Федерации как средства доказывания. При этом исходя из ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представитель стороны не является доказательством (средством доказывания), так как в данной статье Кодекса дается исчерпывающий перечень доказательств.

В соответствии с ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Другими словами, закон допускает ограничение круга доказательств объяснением стороны, признавшей обстоятельства, указанные в ч. 2 ст. 68 ГПК РФ.

Исключение составляют основания, предусмотренные ч. 3 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при которых суд не принимает признание, о чем выносит определение, если такое признание совершено в целях сокрытия действительных обстоятельств дела или под влиянием обмана, насилия, угрозы, добросовестного заблуждения. В этом случае данные обстоятельства подлежат доказыванию на общих основаниях.

Однако указанные выше нормы распространяются на стороны гражданского судопроизводства и не могут применяться в отношении представителей.

В-третьих, говоря о полномочиях представителя, необходимо отметить, что в судебной практике по-разному решается вопрос о праве представителя признать обстоятельства дела. Достаточно часто смешиваются два понятия: признание иска и признание юридических фактов. В большинстве случаев признание обстоятельств, на которых сторона обосновала иск, является одновременно частичным или полным признанием иска, как требование к суду о защите права <1>. В связи с изложенным недопустимо принятие признания представителем стороны, не уполномоченным на признание иска, обстоятельств основания иска.

———————————

<1> Хотя допустима иная ситуация: факты основания иска признаются, а правомерность самого требования отрицается.

Полномочия лиц, участвующих в деле, определяет и закрепляет ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, где указано, что лица, участвующие в деле, имеют право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии, заявлять отводы, представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам; заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств; давать объяснения суду в устной и письменной форме; приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, возражать относительно ходатайств и доводов других лиц, участвующих в деле; обжаловать судебные постановления и использовать предоставленные законодательством о гражданском судопроизводстве другие процессуальные права.

Лица, участвующие в деле, имеют также и такие права, как обратиться в суд за судебной защитой, предъявить встречный иск; заключить мировое соглашение; требовать принятия мер по обеспечению иска; требовать возмещения убытков, причиненных обеспечением иска; требовать соединения или разъединения нескольких исковых требований; отказаться от иска или уменьшить размер исковых требований; изменить основания исковых требований; право на возмещение судебных расходов, связанных с рассмотрением гражданского дела, и т.д.

Все эти процессуальные права представитель вправе совершать от имени представляемого. Однако в соответствии со ст. 54 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право представителя на подписание искового заявления, предъявление его в суд, передачу спора на рассмотрение третейского суда, предъявление встречного иска, полный или частичный отказ от исковых требований, уменьшение их размера, признание иска, изменение предмета или основания иска, заключение мирового соглашения, передачу полномочий другому лицу (передоверие), обжалование судебного постановления, предъявление исполнительного документа к взысканию, получение присужденного имущества или денег должно быть специально оговорено в оформленной надлежащим образом доверенности.

Представитель стороны должен действовать только в рамках тех полномочий, которые у него имеются. И необходимо исключить любую возможность иметь право признания обстоятельств дела в судебном разбирательстве представителем стороны, тем более в отсутствие представляемой стороны.

Далее в абз. 6 п. 10 этого же Постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации указывает, что суд не вправе при вынесении решения принять признание иска или признание обстоятельств, на которых истец основывает свои требования, совершенные адвокатом, назначенным судом в качестве представителя ответчика на основании ст. 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку это помимо воли ответчика может привести к нарушению его прав.

С нашей стороны данное разъяснение вызывает недоумение, так как противоречит абз. 5 п. 10 Постановления. Адвокат по назначению является представителем стороны, назначаемым в ее отсутствие. По своей сути это официальное судебное представительство, применяемое судом в отсутствие волеизъявления представляемой стороны. Назначение такого судебного представителя судом необходимо для обеспечения принципов состязательности и равноправия сторон в отсутствие ответчика, место жительство и нахождение которого неизвестны.

Так почему же представитель стороны в ее отсутствие имеет право признать обстоятельства, на которых другая сторона обосновывает свои требования, а адвокат по назначению не имеет такого права, так как это может привести к нарушению прав ответчика? При этом необходимо отметить, что суд не требует специальных полномочий для признания обстоятельств. Возникает вопрос: почему представители сторон, находящиеся в равнозначном положении при рассмотрении дела в судебном разбирательстве, имеют разные права и почему суд в первом случае не учитывает отсутствие прямого указания на волю ответчика, а во втором — связывает с ее отсутствием отрицательный для представителя по назначению результат?

Пленум Верховного Суда Российской Федерации также отметил в своем Постановлении и тот факт, что адвокат, назначенный судом в качестве представителя ответчика на основании ст. 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вправе обжаловать решение суда в кассационном (апелляционном) порядке и в порядке надзора, поскольку он имеет полномочия не по соглашению с ответчиком, а в силу закона и указанное право объективно необходимо для защиты прав ответчика, место жительства которого неизвестно, таким образом предоставив адвокату по назначению самостоятельное процессуальное право, а не полномочие.

При этом имеется еще один момент, на который также хочется обратить особое внимание. Пленум Верховного Суда Российской Федерации между понятиями «признание иска» и «признание обстоятельств, на которые сторона основывает свои требования» ставит союз «или». Что это: знак равенства или опечатка?

В соответствии со ст. 126 Конституции Российской Федерации Верховный Суд Российской Федерации дает разъяснения по вопросам судебной практики. При этом разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации являются руководящими по вопросам применения законодательства Российской Федерации, и в первую очередь для судей!

Следовательно, судьи при вынесении судебных актов в случае отсутствия необходимого нормативного положения руководствуются постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации в качестве временного восполнения пробелов законодательного урегулирования. В дальнейшем новые положения, сформулированные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, которые ранее не содержались в законодательстве, а появились в ходе функционального толкования с учетом условий и факторов, при которых установленная норма права реализуется, и оправдавшее свое существование в судебной практике, должны быть закреплены соответствующим образом на законодательном уровне.

В связи с этим в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации в целях обеспечения единообразия судебной практики необходимы отсутствие двойных пониманий одного и того же вопроса и недопустимость возникновения противоречий в применении таких постановлений при осуществлении правосудия.

В последнее время все чаще «эволюция права» опережает деятельность законодателя, который, в свою очередь, считает, что наше законодательство с каждым годом становится более совершенным, а государство все более правовым.

Исходя из проведенного нами анализа п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» можно сделать заключение о том, что такая позиция Пленума является логически необоснованной и, безусловно, требует приведения в соответствие с законом права.