Заключение эксперта как средство доказывания по уголовному делу

04-03-19 admin 0 comment

Балакшин В.
Законность, 1999.


В. Балакшин, начальник управления по надзору за законностью судебных постановлений по уголовным делам прокуратуры Свердловской области, кандидат юридических наук.

Сейчас трудно представить процесс доказывания по уголовным делам без участия специалистов, в том числе экспертов.

В соответствии со ст. 78 УПК РСФСР экспертиза назначается в случаях, когда при производстве дознания, предварительного следствия либо в суде необходимы специальные познания в науке, технике, искусстве или ремесле. Закон не дает толкование понятия «специальные познания», но большинство ученых и практиков склонны считать, что под специальными познаниями в данном случае понимаются такие знания, которыми профессионально владеет лишь небольшой круг специалистов, поскольку они не относятся к общеизвестным и общедоступным. Иными словами, предметом исследования эксперта могут быть любые факты и обстоятельства, выяснение которых требует углубленных познаний в какой-либо отрасли науки, техники, искусстве или ремесле. Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 марта 1971 г. «О судебной экспертизе по уголовным делам», действующем до сего времени, «суды не должны допускать постановку перед экспертом правовых вопросов, как не входящих в его компетенцию».

Приведенное разъяснение, на наш взгляд, в настоящее время нуждается в уточнении. За последнее десятилетие законодательство существенно усложнилось. В этих условиях дознавателю, следователю, прокурору, суду крайне трудно глубоко и всесторонне ориентироваться в «узких» вопросах отдельных отраслей права. По ряду дел, например, возбужденных по фактам нецелевого использования бюджетных средств, завладения денежными средствами вкладчиков, фиктивному банкротству, налоговым преступлениям, требуется исследование специфических вопросов финансово — кредитных правоотношений. Поэтому привлечение специалистов узкого профиля для разрешения отдельных вопросов финансового, налогового и некоторых других отраслей и институтов права в качестве экспертов представляется вполне оправданным. И проблема не только и не столько в том, что лицам, расследующим и рассматривающим дело, сложно разобраться в существе вопросов, входящих в предмет доказывания. Проблема в том, что в материалах дела должны быть документы, процессуально безупречно оформленные, содержащие анализ обстоятельств, подлежащих исследованию и оценке. Ответить в заключении экспертизы на поставленные вопросы, обосновать ответы, в том числе и с правовой точки зрения, специалистам позволяет анализ не только фактических обстоятельств, но и нормативно — правовой базы (законов, Указов Президента, постановлений Правительства, договоров, ведомственных инструкций и положений и т.д.). Только в рамках экспертизы, только специальный порядок и широкие полномочия, предоставляемые уголовно — процессуальным законом привлекаемым в качестве экспертов специалистам, дают возможность получить и приобщить к материалам дела документ, который будет отвечать требованиям допустимости и относимости доказательств.

Совершенно справедливо эта проблема затронута профессором Н. Громовым. В статье «Заключение эксперта как источник доказательств» он констатирует, что на практике даже категорические руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда СССР соблюдались далеко не всегда и перед экспертами ставились для разрешения правовые вопросы. Более того, такие факты, когда необходимость в постановке правовых вопросов и соответствие действий должностных лиц правовым нормам были обусловлены обстоятельствами дела, ни у кого, включая высшие судебные и прокурорские инстанции, не вызывали сомнений (см.: Законность. 1997. N 9. С. 43).

Тем более не должно вызывать сомнений, может ли быть назначена экспертиза, если при расследовании и рассмотрении дела возникает необходимость исследования пограничных вопросов. Например, таких, которые находятся на стыке права и экономики, правовых и экологических, правовых и кредитно — финансовых отношений.

Такой подход имеет под собой и законодательное обоснование. Согласно ст. 78 УПК экспертиза может и должна назначаться и проводиться в случаях, когда необходимы специальные познания в науке. Развивающиеся в настоящее время финансовые, кредитные, налоговые, экологические и некоторые другие правоотношения действительно требуют не просто их глубокого знания, но и порой научно обоснованного исследования. А если это так, то разобраться в них, как правило, способны лишь научные работники либо практики из числа узких специалистов. Следовательно, привлечение к исследованию правовых вопросов в ходе расследования и рассмотрения уголовных дел не входит в противоречие ни с законом, ни с требованиями уголовно — процессуальной формы. Необходимо лишь соблюдать два неотъемлемых для уголовного процесса правила. Во-первых, чтобы для исследования возникшего вопроса в какой-либо области права действительно требовались специальные познания и научное обоснование ответа на него. Во-вторых, должны быть определены те процессуальные и материально — правовые вопросы, по которым никакие специалисты, кроме органов следствия, прокурора и суда, не могут давать ответы. На наш взгляд, табу для экспертов должны представлять вопросы, касающиеся виновности лиц, квалификации их действий, достаточности, допустимости и относимости доказательств, имеющихся в деле, применения норм уголовного и процессуального закона, исключающих уголовную ответственность либо наказание. Ответы на них вправе и могут давать лишь названные органы и в порядке, определенном уголовно — процессуальным законом. Что касается заключения экспертизы, то это тот процессуальный документ, такой источник доказательств, который не может содержать не только выводов относительно перечисленных вопросов, но и каких-либо посылок, подводящих к ответам на них.

Заключение эксперта — это представленные в установленном порядке письменные выводы специалиста, привлеченного в предусмотренном уголовно — процессуальным законом порядке в качестве эксперта, относительно обстоятельств дела, выяснение которых требует специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле.

Необходимо различать заключение эксперта как источник доказательств и как доказательство.

Обычно заключение эксперта оформляется в форме акта. Он состоит из вводной, описательной и заключительной (резолютивной) части. В первой указывается: кем, когда, где, согласно чьему поручению проведена экспертиза, кто присутствовал при ее производстве, факт предупреждения эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения или отказ от дачи заключения, какие вопросы были поставлены перед экспертами и какие материалы использовались в ходе исследования. Во второй части подробно описываются ход, принципы и методика исследования, использованная литература и препараты, обстоятельства, обнаруженные при этом экспертом, при необходимости — другие существенные моменты. В третьей части формулируются выводы эксперта по каждому из вопросов, которые им разрешались, независимо от полученных результатов — положительных либо отрицательных.

Однако доказательством по делу будет не сам акт экспертизы, а сведения о фактах, выводы эксперта, содержащиеся в нем.

Само заключение, как и содержащиеся в нем сведения о фактах, должно отвечать требованиям допустимости и относимости.

Заключение и содержащиеся в нем доказательства следует считать отвечающими этим требованиям, если: соблюден процессуальный порядок назначения и проведения экспертизы; экспертиза назначена и проведена уполномоченными на то лицами; представленные в распоряжение эксперта объекты, предметы, сравнительные образцы изъяты с соблюдением уголовно — процессуального закона; при назначении, проведении и приобщении данных экспертизы к материалам дела не ущемлены права подозреваемого, обвиняемого, подсудимого; специалист, привлеченный в качестве эксперта, предупрежден об уголовной ответственности за отказ, уклонение или дачу заведомо ложного заключения; акт экспертизы содержит все необходимые реквизиты, научные обоснования выводов, которые не выходят за рамки компетенции экспертов; содержание описательной части и имеющиеся в ней выводы соответствуют выводам заключительной части.

Этот перечень нельзя считать исчерпывающим хотя бы потому, что с развитием науки и техники могут меняться методики производства экспертиз, использоваться возможности компьютера, каких-то новых компонентов и т.д. Поэтому оценка заключения экспертизы с точки зрения его допустимости и относимости должна производиться с учетом всех других доказательств и конкретных обстоятельств дела. Особое внимание при этом необходимо уделять анализу описательной и заключительной частей. В процессе его нередко выявляются противоречия, устранение которых позволяет предупредить ошибки в оценке действий лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, получить правильные ответы на вопросы о виновности — невиновности, полноте, всесторонности, объективности либо, напротив, неполноте, односторонности и необъективности исследования обстоятельств дела.

Так, президиум Свердловского областного суда отменил состоявшиеся по делу в отношении П., осужденного по ч. 2 ст. 108, ч. 3 ст. 206 и ч. 2 ст. 206 УК РСФСР, судебные решения и направил дело для производства дополнительного расследования. П. был признан виновным в том, что совершил хулиганство, а затем из хулиганских побуждений нанес потерпевшему Н. удар отверткой в область левого глаза, причинив телесные повреждения, повлекшие смерть. Между тем из материалов дела усматривалось, что описательная часть судебно — медицинского заключения в отношении трупа Н. не соответствовала резолютивной. Описывая телесные повреждения, обнаруженные на трупе, эксперт записал, что от нижнего века левого глаза имеется поперечно расположенная рана линейной формы, длиной 1 см и глубиной 0,2 см. Однако в выводах это повреждение не указал, степень тяжести, механизм его образования, наличие либо отсутствие между ним и смертью потерпевшего причинной связи не определил. Согласно его заключению причиной смерти была закрытая черепно — мозговая травма с ушибом головного мозга и кровоизлиянием под мягкие мозговые оболочки в области левого полушария. Это противоречило другим доказательствам, имевшимся в деле. Ни органы предварительного следствия, ни суд не дали должной оценки указанным обстоятельствам, что и повлекло отмену судебных решений.

Вследствие неполноты заключения судебно — медицинской экспертизы, проведенной в стадии предварительного следствия, нарушения процессуального порядка производства дополнительной экспертизы в суде и требований ст. 20 УПК РСФСР был отменен приговор и определение судебной коллегии по уголовным делам Калининградского областного суда по делу А. Андрушенко.

Отменяя судебные решения, президиум Калининградского областного суда привел следующие доводы: «…В качестве доказательства вины Андрушенко органами следствия представлено заключение судебно — медицинского эксперта, согласно которому смерть Е. Андрушенко наступила в результате механической асфиксии от сдавления шеи петлей. Вместе с тем механизм образования странгуляционной борозды на шее потерпевшей в заключении эксперта не указан, хотя это обстоятельство имело существенное значение для установления истины по делу.

…Вопреки требованиям ст. ст. 288 — 289 УПК РСФСР участие эксперта в суде началось после допроса подсудимого, потерпевшей, четырех свидетелей и, как указано в протоколе судебного заседания, сразу с пояснений об осмотре трупа на месте происшествия и в морге, об обнаруженных у потерпевшей телесных повреждениях. Перед указанными пояснениями права эксперту, предусмотренные ст. 82 УПК РСФСР, судом разъяснены не были, вопрос об отводе эксперта участниками судебного разбирательства не обсуждался, вопросы в письменном виде ему не представлялись, письменного заключения он не давал, но отвечал устно на поставленные судом вопросы» (Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. N 5. С. 18 — 19).

Можно привести и другие примеры, свидетельствующие о том, что, с одной стороны, доказательства, полученные в результате производства экспертиз, имеют исключительно важное значение для установления по уголовному делу объективной истины. А с другой, о том, что содержащиеся в них обстоятельства необходимо тщательно и всесторонне оценивать, неукоснительно выполнять установленный законом порядок назначения и производства этого следственного действия. Кроме того, для исключения ошибок следует, на наш взгляд, рассмотреть вопрос о необходимости принятия нового постановления Пленума Верховного Суда РФ.