К проекту кодекса рф об административных правонарушениях

04-03-19 admin 0 comment

Студеникина М.С.
Журнал российского права, 1998.


Студеникина Марина Семеновна — ведущий научный сотрудник ИЗиСП, кандидат юридических наук.

Нынешний этап развития российского законодательства характеризуется достаточно большими масштабами кодификационных работ. Главным направлением совершенствования законодательства была и остается его кодификация по отраслям права. Приоритет отраслевой кодификации тем не менее не означает обязательного соответствия системы кодификации системе права. В каждом конкретном случае все зависит от характера, разнообразия и объема правового материала, охватываемого именно данной отраслью. Кроме того, немаловажное значение имеют доктринальное толкование основных правовых институтов, законодательных массивов и комплексов, а также традиции, складывающиеся в законотворческой практике.

Кодификация норм административного права традиционно осуществлялась путем создания самостоятельных кодифицированных актов по отдельным отраслям или сферам государственной жизни и по отдельным правовым институтам. Эта тенденция заметна и сейчас. Например, по институту «исполнительные органы государственной власти» принят Федеральный конституционный закон «О Правительстве Российской Федерации», готовится проект Закона «О федеральных органах исполнительной власти»; институт государственной службы закреплен в Федеральных законах «Об основах государственной службы Российской Федерации», «Об основах муниципальной службы в Российской Федерации»; по проблеме права жалобы принят Закон РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», подготовлен проект Закона «Об обращениях граждан». Наиболее полной кодификации подвергся институт административной ответственности. В этой сфере с 1985 г. действует Кодекс РСФСР об административных правонарушениях, а 20 июня 1997 года Государственной Думой принят в первом чтении проект нового Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях <*>.

———————————

<*> Работа над проектом КоАП РФ велась более трех лет: вначале в МЮ РФ, а в 1997 г. проект был передан в Государственную Думу, в которой с законодательной инициативой выступила группа депутатов — членов Комитета по законодательству и судебно — правовой реформе.

Необходимость подготовки нового Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях возникла потому, что многие нормы действующего КоАП РСФСР безнадежно устарели, не соответствуют Конституции РФ и федеральным законам, отражающим новые экономические и социально — экономические реалии. Прежде всего следует отметить, что в связи с принятием Конституции РФ 1993 г. оказались фактически утратившими силу положения КоАП РСФСР о разграничении компетенции между Федерацией и ее субъектами. Последние, получив по Конституции более широкие, нежели это было раньше, права на собственное правовое регулирование, начали активно ими пользоваться. Республики, края, области, автономные образования поспешили через принятие собственных законов начать процесс оформления атрибутов своей независимости и самостоятельности. Республика Карелия, например, приняла свой собственный Закон «Об административных правонарушениях», предписывавший не применять на ее территории 38 статей Особенной части и три статьи Общей части КоАП РСФСР. В краях, областях, городах федерального значения также начали активно издавать свои нормативные акты по вопросам административной ответственности. Формулировались новые составы административных проступков, значительно увеличивались по сравнению с КоАП РСФСР предельные размеры штрафов, устанавливались новые виды административных взысканий, изменялась подведомственность в рассмотрении дел об административных правонарушениях. Таким образом, единство действия КоАП на территории России оказалось, по существу, нарушенным.

Кроме положений о разграничении предметов ведения между Федерацией и ее субъектами, оказались фактически невостребованными и некоторые положения КоАП РСФСР о разграничении компетенции между различными органами по установлению административной ответственности. Как-то незаметно пропал критерий самого разграничения. В таких условиях по любому из вопросов совместного ведения в одинаковой степени стало возможным нормотворчество федеральных парламента и правительства, представительных органов субъектов Федерации и их исполнительных органов. Вследствие создавшегося вакуума снизился (в аспекте иерархии нормативных актов) уровень правового регулирования административной ответственности. Особенно это характерно для регионального нормотворчества.

Произошла частичная подмена процессуальных норм Кодекса ведомственной регламентацией, когда ведомства стали создавать административно — процессуальные нормы, отличные по своему содержанию от весьма детального процессуального раздела КоАП РСФСР, содержащего восемьдесят две статьи. В сложившейся ситуации оказались утрачены некоторые процессуальные гарантии для участников разбирательства дел об административных правонарушениях. Эти потери сегодня необходимо восполнить.

Справедливости ради нужно отметить, что сам КоАП РСФСР за время своего действия не пребывал в состоянии статики, неоднократно изменялся и дополнялся. Всего корректировке подверглись 179 статей Кодекса. Наиболее постоянным объектом изменений была его «Особенная часть». Только за пять последних лет в нее дополнительно введено 83 новых состава административных правонарушений. Но все изменения вносились как-то хаотично, без внутренней системной связи, не касались главных элементов содержания Кодекса. При внесении изменений допускалась уже привычная для законодателей формации 1990 — 1997 гг. неряшливость: терялись целые статьи (или их части); возникала путаница в порядке перечисления статей; новая редакция статей не всегда влекла необходимые изменения по всему тексту Кодекса; терминология так и не была приведена в соответствие с изменившимися общественно — политическими обстоятельствами <*>.

———————————

<*> Подробнее о многочисленных ошибках в законодательной технике при внесении изменений в КоАП РСФСР см.: Хованский Н.А. Вступительная статья к КоАП РСФСР. М.: Изд-во «Норма», 1997.

Первое официальное поручение по подготовке нового кодифицированного акта по институту административной ответственности было дано в утвержденной Указом Президента РФ «Федеральной программе Российской Федерации по усилению борьбы с преступностью на 1994 — 1995 годы». Причем Указом поручалось разработать проект Основ законодательства Российской Федерации об административных правонарушениях. Впоследствии неоднократно менялась форма законодательного акта: он назывался то федеральным законом об административных правонарушениях, то кодексом об административных правонарушениях <*>. Таким образом, в самом начале работы над проектом встал вопрос о выборе наиболее приемлемой формы кодификации. Из названных вариантов нужно было выбрать модель наиболее оптимального соотношения централизации и децентрализации в решении вопросов административной ответственности, учесть общие принципы разделения компетенции и сам характер правил позитивного управления.

———————————

<*> См.: Распоряжение Президента РФ от 3 октября 1994 г. N 500-рп; распоряжение Президента РФ от 29 мая 1995 г. N 252-рп.

Здесь нужно иметь в виду, что в действующей Конституции РФ, в отличие от прежней, нет упоминания об основах как о форме акта. В связи с этим появилось мнение о том, что основы вообще должны исчезнуть из законотворческой практики. С нашей точки зрения, отсутствие в Конституции упоминания об основах вовсе не означает полного запрета на их издание в будущем (кстати, заметим, что в Конституции нет упоминания и о кодексах). Выбор именно такой формы закона может быть обусловлен как спецификой отрасли законодательства, самим объемом правового регулирования, так и, в известной мере, складывающейся правотворческой практикой. Следует вместе с тем подчеркнуть, что Конституция РФ 1993 г., в отличие от прежней, не предписывает издание федеральных основ во всех областях совместного ведения. В этом, по-видимому, проявилась ориентация законодателя на возможность большей централизации в решении вопросов совместного ведения, на поощрение тенденции издания на уровне Федерации не основ, а федеральных законов, в которых проблема регламентации общественных отношений может быть решена с большей степенью полноты и детализации, нежели в основах. С учетом этого применительно к сфере законодательства об административных правонарушениях как наиболее предпочтительный был выбран вариант кодекса. Основная его концептуальная идея, имеющая значение для кодификации всего административного законодательства, состоит в том, что КоАП РФ должен не только содержать в себе общие для всей территории России положения законодательства об административных правонарушениях, но и аккумулировать в Особенной части все конкретные составы административных проступков, формулирование которых входит в компетенцию федеральных органов государственной власти.

Отметим также, что желание принять Кодекс об административных правонарушениях проявлено не только на уровне Федерации, но и в некоторых ее субъектах. Так, например, принят Кодекс Свердловской области об административном управлении, подготовка регионального Кодекса об административных правонарушениях значится в планах законотворческих работ Республики Татарстан, г. Санкт — Петербурга. С нашей точки зрения, такое направление в законотворчестве субъектов Федерации не может быть поддержано. Исходя из общей характеристики кодекса как сводного правового документа, непосредственно и полно регулирующего определенную сферу общественных отношений, вряд ли было бы правильно по одной и той же проблематике принимать законодательный акт в форме кодекса на уровне Федерации и на уровне субъекта Федерации. В такой ситуации из-за неясностей в соотношении однотипных по тематике кодексов неизбежно могут возникнуть не только многочисленные повторы, но даже и юридические коллизии. Поэтому при наличии федерального кодекса в субъекте Федерации целесообразно принимать не аналогичный по наименованию кодекс, а законы, которые, не затрагивая общих положений и принципов законодательства, будут лишь дополнительно к Особенной части федерального Кодекса вводить новые составы административных проступков, отражающих в основном специфику именно данного субъекта Федерации.

При подготовке проекта Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях возникло немало вопросов. Назовем некоторые из них.

1) В числе проблемных — вопрос о разграничении предметов ведения между Федерацией и ее субъектами в области законодательства об административных правонарушениях. Этот вопрос решался с позиций статьи 72 Конституции РФ, отнесшей административное и административно — процессуальное законодательство (а значит и законодательство об административных правонарушениях) к совместному ведению Федерации и субъектов Федерации. Чтобы объективные процессы суверенизации, о которых уже говорилось, не привели к известной дезинтеграции в правотворчестве, необходимо было выработать общие для Федерации положения законодательства об административных правонарушениях и провести (по согласованию с субъектами Федерации) размежевание компетенции уже внутри законодательства об административной ответственности. Ни у кого из разработчиков проекта не вызывало сомнений, что должен определять федеральный Кодекс: общие положения и принципы законодательства РФ и ее субъектов об административных правонарушениях; понятие административного правонарушения; перечень видов административных взысканий; порядок производства по делам об административных правонарушениях; перечень органов (должностных лиц) как субъектов административной юрисдикции. Но мнения разошлись, когда зашла речь об определении предмета регулирования Кодекса применительно к установлению административной ответственности за нарушение тех или иных правил.

Одни предлагали закрепить в Кодексе перечень правил, за нарушение которых административная ответственность могла устанавливаться федеральным законодательством. Вне пределов этого перечня должно провозглашаться полновластие субъекта Федерации. Противники такого подхода указывали на существенные его недостатки. Во-первых, данная методика окажется действенной лишь в случае, когда сам перечень является исчерпывающим. Без соблюдения этого условия нет ясности в том, какова же на самом деле сфера ведения субъекта Федерации. На практике дать исчерпывающий перечень не удалось, что открывало возможность — теперь уже для Федерации — вторгаться в правовое поле ее субъектов.

Поэтому разработчики проекта пошли по другому пути, закрепив в проекте не перечень правил, а критерий, которым должен пользоваться законодатель при установлении административной ответственности. Этот критерий таков: если правило, за нарушение которого вводится административная ответственность, устанавливается на федеральном уровне и является единым для всей России, то и ответственность за нарушение этого правила должна быть единой на всей территории страны, а значит, и устанавливаться она должна на федеральном уровне.

2) Весьма активно при подготовке проекта обсуждался вопрос о том, должен ли Кодекс (применительно к федеральному уровню регламентации) быть единственным основанием для реализации административной ответственности. Итогом дискуссии стало решение о том, что все федеральные нормы об административной ответственности должны включаться именно в Кодекс, а не в тот или иной закон, регулирующий отдельные стороны жизни общества (например, как это сделано в Водном кодексе, в законах «Об охране окружающей природной среды» и «Об административной ответственности предприятий, учреждений, организаций и объединений за нарушения в области строительства»). В проекте Кодекса, внесенном на первое чтение, сделано лишь одно исключение — для таможенных нарушений. В ст. 1 проекта говорилось о том, что основания и порядок привлечения к административной ответственности за нарушения таможенных правил регулируется не КоАП РФ, а Таможенным кодексом РФ.

Эта оговорка, по существу, узаконивала возникший пять лет назад прецедент выведения административных правонарушений в таможенной сфере из орбиты регулирования КоАП РСФСР. Сам по себе прецедент нельзя было признать логичным и в 1992 г. Но тогда, в момент принятия нового Таможенного кодекса РФ, лоббистские интересы взяли верх, и КоАП РСФСР был серьезно обеднен. Бесспорно, положение следовало менять. Однако справедливости ради заметим, что в начале работы над проектом у рабочей комиссии, созданной на базе Министерства юстиции РФ, достаточных сил для этого не имелось. Но время изменило ситуацию в лучшую сторону: были получены рекомендации Президента России к проекту КоАП РФ, в которых Таможенному комитету РФ предлагалось вернуться (применительно к административной ответственности) «в лоно» Кодекса об административных правонарушениях.

Такое решение Президента РФ в отношении Таможенного комитета имеет принципиальный характер как для обеспечения верховенства КоАП РФ над другими специальными актами в части административной ответственности, так и для обеспечения идеи реальной кодификации законодательства об административных правонарушениях. Оно пресекло возможность «растаскивания» Кодекса по отраслевым законам. Практика показывает: включение норм об административной ответственности в специальные акты нередко влечет нарушение законности, прав и интересов граждан, поскольку эти нормы зачастую не согласуются с общими принципами и механизмом реализации ответственности, установленными КоАП.

3) Возникли споры по поводу внесения изменений в перечень мер административных взысканий. Единодушие было достигнуто по поводу исключения из перечня такого взыскания, как исправительные работы, поскольку они, по существу, являются штрафом в рассрочку. Кроме того, из числа административных взысканий, которые могут применяться органами административной юрисдикции, исключена конфискация. Согласно проекту применение конфискации — прерогатива суда. Такое решение принято в соответствии с положениями Конституции РФ о том, что «никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда» (ч. 3 ст. 35 Конституции РФ). Аналогичные ограничения проведены и в отношении такой меры, как лишение специальных прав. Применение такой серьезной по своим юридическим последствиям санкции (в некоторых случаях это, по существу, лишение профессии) должно быть оговорено максимумом гарантий, которые в большей степени может обеспечить суд.

При подготовке проекта Кодекса много споров вызвал вопрос о размерах административного штрафа. Составители проекта подошли к этой проблеме комплексно. Во-первых, значительно увеличены предельные размеры тех штрафных санкций, которые на сегодняшний день выглядят чисто символическими и потому малоэффективны. Сейчас, например, размеры штрафов по большинству статей КоАП РСФСР определены в абсолютных рублевых величинах 1992 г. и поэтому не могут превышать (даже за весьма серьезные нарушения) 83 тысяч рублей <*>. Такие размеры штрафов, согласно проекту, повышены. Вместе с тем зафиксировано, что штрафы не должны достигать и таких астрономических цифр, как 500 или даже 1000 минимальных размеров оплаты труда.

———————————

<*> Сумма, естественно, дается в «старом» исчислении (до 01.01.98).

При определении размеров штрафов избран принцип «разумной достаточности» и соответствия самого размера штрафа правовой природе деликтов именно как административных правонарушений. Поэтому при определении размеров штрафа предложено перейти к единой базовой величине — месячному размеру оплаты труда (МРОТ) и установить предельный размер административного штрафа на граждан в 25 МРОТ. Такие рамки вводятся с учетом УК РФ (см. ст. 46), где 25 МРОТ установлен как минимальный размер штрафа за преступление. Вполне логично, чтобы размер штрафа за административный проступок не мог превышать штраф за преступление. Хотя имеется и другая точка зрения, согласно которой не следует сопоставлять указанные штрафные санкции, так как они существенно отличаются по последствиям.

4) Сохраняется принцип более строгой административной ответственности должностных лиц (по сравнению с обычными гражданами), виновных в совершении многих административных правонарушений. Три четверти составов проступков, которые сконцентрированы в Кодексе, в числе специальных субъектов ответственности предусматривают должностных лиц. Долгие годы деятельность правоприменителя затруднена тем, что в административном законодательстве нет легального определения понятия должностного лица. В Кодексе предлагается дать такое определение. В своей основе оно совпадает с определением понятия должностного лица, содержащимся в новом УК РФ, хотя в нем есть особые оговорки, характерные для осуществления властных полномочий только в исполнительной сфере.

С учетом сложившейся в стране многоукладной экономики к должностным лицам «по ответственности» предлагается приравнять индивидуальных предпринимателей, а также руководителей и иных служащих коммерческих юридических лиц в случае выполнения ими функций, аналогичных функциям должностных лиц в государственном секторе.

5) В настоящее время в действующем КоАП РСФСР не определено, куда должны поступать штрафные суммы, взыскиваемые за совершенные административные правонарушения. В федеральных законах, предусматривающих нормы об административной ответственности, вопрос решается по-разному: по одним законам эти суммы должны зачисляться в федеральный бюджет, по другим — часть сумм перечисляется на лицевые счета тех органов, которые правомочны рассматривать дела данной категории, по третьим — на него вообще не дается ответа.

Поскольку административные взыскания являются мерой государственного принуждения, предлагается включить в проект норму о том, что штрафные суммы по делам об административных правонарушениях, предусмотренных Кодексом, должны идти в доход государства и зачисляться в бюджет. Иное решение может привести не к усилению борьбы с нарушениями, а к погоне ведомств за дополнительными источниками получения денежных средств для пополнения своих доходов.

6) Одним из кардинальных вопросов Кодекса является определение круга органов (должностных лиц), которые полномочны рассматривать дела об административных правонарушениях в экономической сфере и налагать административные взыскания. Согласно проекту такими юрисдикционными органами должны быть те властные структуры, которые осуществляют контрольные и надзорные функции.

7) Принципиальным отличием проекта от ныне существующего Кодекса является то, что его действие распространяется и на юридических лиц. Необходимость в таком нововведении объясняется тем, что нужно было как-то отреагировать на складывающуюся законодательную практику признания юридических лиц самостоятельными субъектами административной ответственности. Причем эта практика имеет тенденцию к расширению, поскольку развитие рыночных отношений объективно заставляет расширять сферу контроля и применения принудительных средств к хозяйствующим субъектам, независимо от форм собственности. Уже сейчас возможность привлечения коллективного субъекта к административной ответственности предусмотрена, например, такими актами, как Закон «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» <1>, Земельным кодексом РСФСР, Законами «Об охране окружающей природной среды» <2>, «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации» <3>, «Об административной ответственности предприятий, учреждений, организаций и объединений за правонарушения в области строительства» <4>, Таможенным кодексом Российской Федерации <5>. Между тем применение этих Законов на практике пока затруднено, так как механизм их реализации либо вообще отсутствует, либо недостаточно разработан.

———————————

<1> Ведомости РСФСР. 1991, N 16. Ст. 499.

<2> Ведомости РСФСР. 1992, N 10. Ст. 457.

<3> СЗ РФ. 1995, N 47. Ст. 4473.

<4> Ведомости РФ. 1993, N 2. Ст. 58.

<5> Ведомости РФ. 1993, N 31. Ст. 1224.

Чтобы устранить имеющиеся пробелы, необходимо было упорядочить систему норм об административной ответственности юридических лиц. Предлагалось два варианта решения. Одни считали необходимым, исходя из специфики самого субъекта ответственности, подвергнуть системы норм об административной ответственности юридических лиц самостоятельной кодификации. Ее итогом мог бы быть специальный Федеральный закон кодифицированного типа «Об административной ответственности юридических лиц» <*>.

———————————

<*> См.: Российская юстиция. 1996, N 8. С. 25.

Другие авторы считали возможным объединить в одном Кодексе административную ответственность физических и юридических лиц, определив общие для них принципы и положения, подчеркнув в то же время особенности их статуса. Именно эта точка зрения нашла отражение в проекте.

При распространении КоАП на юридических лиц возникла проблема законодательного закрепления понятия «административное правонарушение», «проступок», поскольку спорным оказался вопрос о таком элементе проступка, как вина. В классическом толковании понятия «вина» оно вряд ли применимо к юридическим лицам. Поэтому предлагалось дать два понятия административного проступка в зависимости от субъекта, его совершившего, отнеся термин «виновное действие или бездействие» только к физическим лицам. То есть применительно к административной ответственности юридических лиц как бы выбирался принцип объективного вменения. Но впоследствии от такого решения отказались.

Административной ответственности юридических лиц, с точки зрения распространения на нее общих положений КоАП, посвящена отдельная статья. В ней указывается, что юридические лица подлежат административной ответственности за административные правонарушения в случаях, прямо предусмотренных Особенной частью (разделом II) КоАП или законом субъекта Федерации. Если же в иных разделах КоАП (их всего пять) не указано, что та или иная норма применяется только к физическому или только к юридическому лицу, то в этом случае норма действует в равном отношении к указанным лицам.

Настоящим Кодексом не предполагается регламентировать применение таких мер, как приостановление работ предприятий, отзыв лицензии, изменение квотирования, так как это выходит за рамки предмета разрабатываемого закона. Подобные меры по своей правовой природе, определяемой их целевой направленностью, являются не карательными санкциями, а мерами восстановительного характера либо мерами пресечения административного правонарушения. Упорядочение законодательства, регламентирующего данные меры, должно представлять собой предмет другого (или других) законодательного акта.

8) По сравнению с действующим КоАП РСФСР в проекте нового Кодекса существенно расширен перечень составов административных проступков, влекущих административную ответственность. Во-первых, при разработке Особенной части проекта Кодекса в него были включены многие нормы КоАП РСФСР, сохранившие свою актуальность. Во-вторых, перечень составов был дополнен в соответствии с изменившимися условиями рыночной экономики новыми подходами к определению правового режима различных объектов природопользования, неблагополучного состояния охраны окружающей среды и т.д. В Особенной части в качестве ее самостоятельных подразделов выделены новые главы о правонарушениях, посягающих на институты государственной власти, миграционного законодательства и законодательства об охране Государственной границы РФ, о правонарушениях в области коммерческой деятельности, финансов и налогообложения, связи и информации. Вместе с тем в идеологию законопроекта заложено положение о том, что роль запретов не следует переоценивать. Истоки многих правонарушений лежат вне сферы права. И попытки искоренить их только путем установления или усиления ответственности без проведения необходимых социально — экономических мероприятий к успеху не приведут.

9) Существенным при подготовке Кодекса РФ об административных правонарушениях явился вопрос о том, должен ли Кодекс содержать и материальные, и процессуальные нормы, связанные с административным проступком, или же процессуальные нормы должны быть подвергнуты самостоятельной кодификации в отдельном акте.

Проект Кодекса готовился как акт комплексной кодификации. Определяющим фактором для такого решения послужило особое (по сравнению с другими отраслями права) соотношение материальных и процессуальных административно — правовых норм. Если для уголовного и гражданского права в силу давнишней детальной проработанности характерно последовательное обособление процессуальных норм от материальных и изложение их в разных нормативных актах, то применительно к административному праву (в том числе и к институту административной ответственности), которое только весьма недавно встало на путь преодоления «процессуального нигилизма», все еще типично не отделение первых от вторых, а их тесное переплетение.

Именно поэтому предложение выделить нормы о производстве по делам об административных правонарушениях в самостоятельный кодекс, назвав его Административно — процессуальным, поддержки не получило. Механическое разделение Кодекса на две части, особенно в условиях большого количества субъектов административной юрисдикции, не способствовало бы решению задачи борьбы с правонарушениями. Кроме того, совокупность норм, регулирующих порядок рассмотрения дел об административных правонарушениях, никак не может быть адекватна Административно — процессуальному кодексу. Согласно мировой практике, в это понятие вкладывается гораздо более широкое содержание. Административный процесс — это «форма жизни» всего материального административного права. Поэтому административно — процессуальные нормы — это не только процедурные нормы рассмотрения дел о правонарушениях, но и многочисленные нормы, регламентирующие порядок принятия управленческих решений и разрешения споров в сфере управления.

Действующее российское законодательство пока еще не содержит доброкачественной юридической основы для столь широкого понимания административного процесса. Речь может идти лишь о различного рода административных процедурах и соответствующих им административно — процедурных правилах. Сами эти правила не имеют общего характера, а формулируются применительно к тем или иным управленческим действиям конкретных органов (должностных лиц) исполнительной власти. Содержатся эти правила в разрозненных нормативных актах, изданных органами различного уровня и обладают в связи с этим разной юридической силой. Создание на их основе единого кодифицированного акта — Административно — процессуального кодекса или Основ административно — процессуального законодательства — может рассматриваться как перспективная задача, связанная с укреплением правовой базы государственно — управленческой деятельности, механизма реализации задач и функций исполнительной власти <*>.

———————————

<*> См.: Алехин А.П., Кармолицкий А.А., Козлов Ю.М. Административное право Российской Федерации. М., 1996. С. 301 — 302; Тихомиров Ю.А. О необходимости обновления общеправового классификатора // Право и экономика. 1996, N 19 — 20. С. 13; Тихомиров Ю.А. Административное и административно — процессуальное законодательство: состояние и перспективы // Адвокат, 1997, N 6. С. 43 — 44.