Действительность и недействительность договоров во внешнеэкономической деятельности

04-03-19 admin 0 comment

Белов А.П.
Право и экономика, 1998.


Белов Анатолий Павлович

Специалист по вопросам внешнеэкономической деятельности. Заслуженный юрист РСФСР.

Родился в 1927 г. в Москве. В 1950 г. окончил Московский институт внешней торговли. За время трудовой деятельности работал в системе Министерства внешней торговли СССР — в Центральном аппарате, а также во внешнеторговых объединениях (1950 — 1982). Работал за рубежом: 1951 — 1954 гг. — в Румынии, 1965 — 1969 гг. и 1982 — 1987 гг. — в Нью — Йорке. 1987 — 1992 гг. — начальник Управления правового обеспечения внешнеэкономических связей Министерства юстиции СССР. В настоящее время преподает в вузах курс правового регулирования внешнеэкономической деятельности. Является арбитром Коммерческого арбитража при Московской Торгово — промышленной палате.

Автор множества научных работ, опубликованных в различных научных журналах России и за рубежом.

Вступая во внешнеэкономические отношения и заключая внешнеэкономические сделки (договоры, соглашения, контракты), российским предпринимателям крайне важно знать, что заключаемые ими договоры не будут признаны недействительными, т.е. не имеющими юридической силы и без юридических последствий.

В практике российских третейских судов нередко встречаются случаи, когда российский истец, предъявляя иск в арбитраж, не мог реализовать свое право на взыскание убытков, поскольку договор, заключенный им с иностранным контрагентом, оказывался недействительным. Зачастую причина кроется в неосведомленности (заблуждении) сторон в вопросах признания договора недействительным и о последствиях этого. Реже встречаются случаи, когда договор заключается с использованием обмана или ошибки. Также имеются факты фальсификации арбитражных соглашений одной из сторон.

Что же нужно для того, чтобы избежать негативных последствий при исполнении заключенной сделки?

Ответ на поставленный вопрос основан на общем анализе основных положений законодательства и судебной практики Российской Федерации и иностранных государств, касающихся отношений сторон при совершении ими внешнеэкономических операций, как операций по внешней торговле, так и в сфере инвестирования, в том числе при создании собственных или смешанных предприятий. Помимо проблем, имеющих прямое отношение к внешнеэкономической деятельности, будут рассмотрены принципы подхода к ним в праве соответствующей страны.

УСЛОВИЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ДОГОВОРОВ

Не во всех странах в законодательстве даются критерии действительности договоров. В Гражданском кодексе Российской Федерации, например, говорится лишь о самом общем критерии действительности договоров. В пункте 2 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что физические и юридические лица «свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора».

В странах «Общего права» нет единой нормы по этому вопросу, хотя общим принципом действительности договора является требование его соответствия закону и публичному порядку.

Главный критерий действительности договоров — наличие в нем встречного удовлетворения (cousideration).

Исключение составляет французское законодательство. В Гражданском кодексе Франции 1804 года содержится специальная глава 11 «О существенных условиях действительности договоров». Так, в статье 1108 установлено, что для действительности договора необходимы следующие четыре существенных условиях:

— согласие стороны, принимающей на себя обязательства;

— полномочия представителей сторон на заключение договора;

— конкретный объект, составляющий предмет обязательства;

— законные основания обязательства (cause).

Как видим, все четыре категории действительности договоров определены довольно четко.

Таким образом, указанное регулирование позволяет выделить три категории основных условий недействительности договоров, которые присущи законодательствам всех государств.

Основные условия недействительности договоров

— Договор не должен противоречить закону, публичному порядку и добрым нравам (нравственности, морали) <*>.

———————————

<*> Белов А.П. Публичный порядок: законодательство, доктрина, судебная практика. // Право и экономика. 1996. N 19 — 20; Применимое право во внешнеэкономических сделках. // Право и экономика. 1998. N 9.

Речь пойдет о законности предмета и цели договора, а также о форме договора.

— Правоспособность сторон договора.

Будет рассмотрена применительно к юридическим лицам.

— Волеизъявление стороны в договоре, которое должно быть свободным, без вмешательства в ее волю другой стороны, т.е. при отсутствии так называемых «пороков воли».

Однако, прежде чем перейти к анализу основных условий недействительности договоров, остановимся на двух вопросах, относящихся ко всем трем условиям, а именно: о видах недействительных договоров и последствиях их недействительности.

ВИДЫ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ ДОГОВОРОВ

В законодательствах России и иностранных государств существуют различные виды недействительности договоров.

В российском праве предусмотрено два вида «недействительности» договоров: оспоримые и ничтожные договоры (сделки).

Так, в статье 166 ГК РФ говорится, что сделка является недействительной по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено определенными лицами, указанными в Кодексе, а требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Ничтожными сделками согласно ГК РФ являются, например, сделки, не соответствующие закону; сделки, совершенные с целью, заведомо противной основам правопорядка (публичному порядку) и нравственности; мнимые и притворные сделки (ст. 168 — 172).

Сделки юридических лиц, выходящие за пределы его правоспособности (ultra vires), являются оспоримыми (ст. 173).

В доктрине и судебной практике европейских континентальных стран также существует деление договоров на ничтожные и оспоримые.

В них определены следующие отличия договоров ничтожных и оспоримых <*>:

———————————

<*> Май С.К. Очерк Общей части буржуазного обязательственного права. — М.: Внешторгиздат, 1953. С. 76.

— Вопрос о ничтожности договора может быть поднят любым заинтересованным лицом и самим судом, рассматривающим связанные с договором требования, а не только одной определенной стороной в договоре.

— Вопрос о ничтожности договора может быть возбужден во всякое время и по истечении давности, тогда как требование о признании договора недействительным, если речь идет об оспоримом договоре, а не о ничтожном, может быть предъявлено только в течение определенного срока. Однако французская практика стала признавать, что иски о ничтожности договора также погашаются давностью.

— Ничтожный договор не может быть подтвержден последующими заявлениями или действиями лиц, совершивших его. Напротив, при оспоримости договора допускается последующее подтверждение его соответствующим участником договора.

В странах «Общего права» регламентированы три вида недействительности договора.

Ничтожный договор (Void)

Не создает никаких юридических обязательств. Таким договором является, например, договор, в котором отсутствует «Consideration», кроме договоров «за печатью». Было бы более правильным сказать, что в таких случаях вообще отсутствует договор. Ничтожными признаются также договоры, противоречащие закону (Illegal contracts) и публичному порядку.

Оспоримый договор (Voidable)

Сохраняет силу, если заинтересованная сторона не предъявит требования о признании договора недействительным. При заявлении такого требования вопрос о признании договора недействительным решается судом. Оспоримые договоры могут быть, однако, подтверждены компетентными лицами и тогда они становятся действительными. Оспоримыми договорами признаются, например, договоры, заключенные под влиянием заблуждения или ошибки, или договоры, заключенные юридическим лицом с превышением полномочий органов этого юридического лица.

Неисполнимые договоры (Unenforceable)

Признаются как юридически существующие, но которые нельзя принудительно исполнить путем, например, предъявления иска об убытках или об исполнении в натуре. Таким договором может оказаться договор, права на который не могут быть защищены, например, в связи с пропуском срока исковой давности.

Если оспоримый договор может быть подтвержден компетентными лицами, то неисполнимый договор подтвержден быть не может.

ПОСЛЕДСТВИЯ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ДОГОВОРОВ

В законодательствах иностранных государств предусмотрена так называемая «двусторонняя реституция», когда стороны недействительной сделки возвращаются в первоначальное положение, т.е. в то, в котором они находились до заключения сделки. Если, например, предметом недействительного договора была «потребляемая» вещь и ее в силу этого нельзя вернуть другой стороне, которая оплатила ее стоимость, то возвращается стоимость такой вещи в деньгах. Судом может быть также признано все исполненное по договору до момента признания судом договора недействительным, если вернуть то, что использовано, нельзя, например в договоре о найме помещения.

В ГК РФ этому вопросу посвящена статья 167 «Общие положения о последствиях недействительности сделки». В ней установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах — если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Если из содержания оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

Как видно, последствия недействительности сделок по иностранному праву и по праву России схожи.

О ЗАКОННОСТИ ДОГОВОРОВ

О законности цели и предмета договора

Это одно из важнейших условий действительности договоров, которое применяется во всех странах. Цель договора и его предмет не должны противоречить закону, публичному порядку и морали. Например, при купле — продаже автомобилей для продавца целью является продажа товара и получение за него денег, а для покупателя — приобретение нужного ему товара. Эффект сделки и основание законны — удовлетворение потребности для покупателя или перепродажа товара с целью получения прибыли, а для продавца — получение прибыли от продажи. Здесь цель и сам товар законны. В праве США и Англии для действительности договора необходимо также наличие «встречного удовлетворения». В указанном примере оно налицо — в обмен на товар покупатель производит платеж.

Если цель договора и его предмет противоречат закону, например законодательству об охране окружающей среды, валютному регулированию, уголовному или антимонопольному законодательству, а также нормам морали и нравственности в данном обществе, то такие договоры признаются недействительными. К ним относятся, например, договоры купли — продажи товаров, ввоз и вывоз которых запрещен вообще, или лицензируемых и квотируемых товаров, ввоз и вывоз которых произведен без надлежащего оформления. Сюда же подпадают объекты интеллектуальной собственности. Здесь имеются элементы уголовного деяния — провоз контрабандного товара.

Недействительными признаются договоры, цель и предмет которых не соответствуют требованиям морали данного общества. Например, купля — продажа «порно» продукции, наркотических средств, товаров, пропагандирующих насилие и жестокость. Это далеко не полный перечень «незаконных» операций, это лишь иллюстрация некоторых из них.

Могут быть также признаны недействительными договоры, противоречащие «антимонопольному» (антитрестовскому в США) законодательству.

Договоры, нарушающие антимонопольные законы. Законом Российской Федерации от 25 мая 1995 года N 83-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» установлено, что договоры, противоречащие антимонопольному законодательству, признаются недействительными путем обращения федерального антимонопольного органа в суд или арбитражный суд с заявлением о нарушении антимонопольного законодательства (ст. 12).

Закон ФРГ о борьбе с ограничениями конкуренции 1957 года объявляет недействительными договоры, заключенные предпринимателями, если они оказывают влияние на производство и на условия движения капиталов. Соглашения предпринимателей, ограничивающие свободу участников этих соглашений в определении цен и условий поставки товаров в договорах с третьими лицами, также признаются недействительными.

Антитрестовское законодательство США также запрещает заключение договоров, если они приводят к уничтожению или ограничению свободы конкуренции. В США действует целая система такого законодательства, в том числе Закон Клейтона 1914 года; Закон Шермана 1890 года; Закон Робинсона — Патмана 1936 года.

В Англии применяется Закон о конкуренции 1980 года.

Статьи 85 и 86 Римского Договора (Об учреждении Европейского Экономического Сообщества — теперь Европейский союз) запрещают, как несовместимые с общим рынком, определенные виды ограничительной торговой практики, которые могут затронуть торговые отношения между странами ЕС и которые преследуют цель предотвратить, ограничить или исказить конкуренцию на общем рынке. Соглашения, подпадающие под этот запрет, считаются недействительными.

Применение антимонопольного законодательства осуществляется через определенный механизм: специальными административными органами, а также через суды общей и специальной юрисдикции.

Недействительность договоров в связи

с несоблюдением формы

Согласно пункту 3 статьи 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы внешнеэкономической сделки влечет недействительность сделки. В соответствии с Соглашением от 20 марта 1992 года об «ОУП СНГ», участником которого является Россия, договор (контракт) на поставку товаров должен заключаться в простой письменной форме, подписывается руководителем субъекта хозяйствования или уполномоченными им лицами и скрепляется печатями (ст. 18). Отсутствие печати должно рассматриваться как нарушение формы договора, влекущее его недействительность. Этот международный договор дополняют статья 161 и пункт 3 статьи 162 ГК РФ о совершении внешнеторговых сделок в простой письменной форме, которые должны соблюдаться в рамках СНГ.

В качестве примера о нотариальной форме договора сошлемся на Федеральный закон Российской Федерации от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)». В нем установлено, что договор об ипотеке должен быть нотариально удостоверен и подлежит государственной регистрации. Несоблюдение этого требования влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным. Договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации (ст. 10).

Согласно законодательствам иностранных государств письменная форма для некоторых видов договоров является обязательной в силу закона, например для договоров о продаже недвижимости, для договоров по продаже движимого имущества на сумму, превышающую установленный предел. Договоры об ипотеке должны заключаться, как и в России, в письменной форме с нотариальным удостоверением и для их действительности требуется также запись в особых книгах или реестрах (ипотечных, земельных).

В гражданских и торговых кодексах разных стран установлены пределы сумм, когда требуется заключение договора в простой письменной форме в зависимости от различных признаков:

— от суммы сделок для всех видов договоров (свыше 5000 франков — ст. 134 Французского Гражданского кодекса; свыше 500 долларов США — ст. 2 — 201 Единообразного торгового кодекса США);

— от срока действия договора (договоры имущественного найма на срок более одного года — § 566 Германского Гражданского уложения);

— от вида договора независимо от суммы и срока — поручительство (§ 766 Германского Гражданского уложения, за исключением торговых сделок; § 350 Германского Торгового уложения).

Англо — американское «Общее право» и законодательство также устанавливают, что некоторые виды договоров должны быть совершены в определенной форме и ее несоблюдение делают такие договоры недействительными. В английском праве такими договорами являются: договоры «за печатью» и договоры в письменной форме.

Договор за печатью (Specialties, under seal, deed). В «Своде английского гражданского права» под ред. Э. Дженкса дается следующее определение этого договора (документа): «Договор за печатью должен быть полностью написан или напечатан либо частично написан и частично напечатан на бумаге или пергаменте, подписан, снабжен печатью и вручен подписавшей его стороной самолично или по ее распоряжению.»

«Договор за печатью» может быть передан с отлагательным условием. Он в этом случае носит название «Escrow». Например, соглашение об аренде недвижимости — лизинг (lease) на срок свыше трех лет должен, в силу закона, быть скреплен печатью, в противном случае он является «ничтожным» (void) <*>.

———————————

<*> The Law of Contract, by G.H. Treitel. — London: Stevens and Sons. 1970.

Договоры в письменной форме (in writing). Должны быть совершены в письменной форме следующие виды договоров: переводные векселя (тратты) и простые векселя; договоры морского страхования; соглашения об аренде — покупке в соответствии с Законом 1965 года «Об аренде — покупке» (Hire — Purehase Act 1965). Этот Закон применяется в случаях, когда цена товара не превышает 2000 фунтов стерлингов. Несоблюдение указанных требований влечет за собой негативные последствия: векселя не станут векселями, страховые контракты являются ничтожными, а аренду — покупку нельзя будет привести в исполнение.

Согласно праву США следующие три вида договоров должны быть совершены в письменной форме, чтобы иметь обязывающую силу: договоры за печатью; поручительства; товарораспорядительные документы (Negotiable instruments) и аккредитивы <*>. Есть и иные виды договоров (согласно ЕТК США).

———————————

<*> Contracts. By J. Calamari and J. Perillo. — West Publishing Co. 1970. P. 9.

Как и в английском праве, важнейшим условием действительности договора (контракта) является наличие в нем «ценного встречного удовлетворения» (Valuable consideration), т.е. наличие какого-либо встречного обязательства в материальной форме.

Отсутствие такого удовлетворения делает договор ничтожным и неисполнимым. Однако при совершении договора «за печатью» удовлетворение не требуется.

ПРАВОСПОСОБНОСТЬ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

И НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ ДОГОВОРОВ

Доктрина «Ultra vires»

Речь идет о сделках юридического лица, выходящих за пределы его правоспособности, за пределы целей деятельности, установленных уставными документами.

В праве России этому вопросу посвящена статья 173 ГК РФ. В ней предусмотрено, что сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, либо юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью, может быть признана судом недействительной по иску этого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности. Как видно, этот вопрос сформулирован довольно четко и ясно.

В праве иностранных государств указанная доктрина также имеет применение, однако она претерпевает существенные изменения. Цель этой доктрины понятна — она направлена на защиту интересов учредителей юридических лиц, а также третьих лиц, с которыми они вступают в коммерческие взаимоотношения.

Однако интересы товарооборота в современных условиях заставляют изменять эту доктрину и законодательство. Стала четко прослеживаться тенденция к легализации «общей правоспособности» юридических лиц, т.е. отход от «специальной правоспособности», господствовавшей многие годы.

Такая тенденция проявляется в разных странах по-разному. Наиболее полного развития эта доктрина достигла в праве Швейцарии и ФРГ. Сделки, совершенные органами коммерческих организаций с превышением уставных целей, стали признаваться доктриной и судебной практикой как действительные.

На легализацию общей правоспособности акционерных обществ была направлена также Директива Совета Министров ЕЭС от 9 марта 1968 года, предусматривающая ответственность компаний перед третьими лицами и за такие действия органов компании, которые выходят за пределы уставных целей.

В англо — американском праве также имеется тенденция отхода от указанной доктрины и переходу к легализации «общей правоспособности» компаний.

Известный американский цивилист Г. Ласк <*> указывает, что корпорация отвечает за правонарушения своих работников и агентов, совершенные ими в ходе исполнения своих обязанностей. Ответственность корпорации основывается на общих принципах института представительства. Корпорация отвечает за допущенное при ведении дел корпорации ее директорами, должностными лицами и агентами искажение фактов. Она отвечает за небрежность и другие, составляющие правонарушение, действия своих служащих, совершенные последними при исполнении своих служебных обязанностей. Суды считают корпорацию ответственной за правонарушение, даже если правонарушение совершено при заключении агентом или служащим корпорации сделки «Ultra vires».

———————————

<*> Ласк Г. Гражданское право США. — М.: Иностранная литература, 1961.

Однако последующее законодательство штатов о предпринимательских корпорациях отошло от указанной доктрины, за некоторыми исключениями. Ссылка на отсутствие полномочий у корпорации допускается, например, в случаях иска акционера к корпорации о запрещении передачи имущества корпорации» иска корпорации к ее директорам; иска прокурора к корпорации о запрете корпорации совершать незаконные сделки.

В английском праве доктрина «Ultra vires» более стабильна, поскольку она более строго придерживается принципа защиты интересов акционеров и третьих лиц, с которыми компании совершают коммерческие сделки.

Например, дело «Baroness Wenlock v. River Dee Co» 1983 года, являющееся руководящим судебным прецедентом — «Leading Case». Акционерная компания, созданная на основе Королевской Грамоты (Хартии) — «Charter» или специального акта парламента согласно принципам «Общего права», имеет неограниченную правоспособность и может заключать любые договоры. Однако в самой Грамоте могут содержаться положения, ограничивающие правоспособность компании. В этих случаях, при превышении уставных полномочий, единственным способом защиты пострадавшей стороны является обращение (петиция) к «Короне» признать Грамоту недействительной, не имеющей юридической силы.

Статутные корпорации (компании), учрежденные для определенных целей в соответствии со специальным законом, имеют ограниченную договорную правоспособность. Их полномочия ограничиваются законом, по которому они учреждены. Аналогично, компании, зарегистрированные согласно Закону о компаниях, имеют ограниченную правоспособность на осуществление своей деятельности.

Лимитирующим фактором в этих случаях является «предмет деятельности» таких компаний, содержащийся в Уставе, который определяет пределы деятельности компании.

Оба указанных случая подпадают под доктрину «Ultra vires». Это означает, что любой договор (контракт), заключенный вне рамок полномочий (правоспособности) компании, является договором «Ultra vires» и, следовательно, «ничтожным» и неисполнимым. В деле «Re Jon Beauforte (London). Ltd., 1953» было определено, что договор, заключенный компанией вне рамок ее уставной правоспособности, не является исполнимым, как не имеющий юридической силы.

Еще один пример. Компания «Coloured Oil, Ltd.», являющаяся Компанией с узкими целями деятельности (торговля только красками), с целью расширения сферы своей деятельности заключила договор, в рамках торговли домашними животными, на покупку 100 тонн семян для кормления канареек. Компания была учреждена по Закону о компаниях. Согласно Уставу она могла осуществлять свою деятельность только в пределах полномочий, ограниченных этим документом. Любой договор, заключенный вне рамок уставных полномочий (правоспособности), является договором «Ultra vires» и признается ничтожным. Поставщик семян по такому договору не имеет права требовать компенсации убытков, возникших у него из такого договора.

Английские юристы рекомендуют ознакомиться с учредительными документами компаний, прежде чем заключать с ними сделку. Российским предпринимателям также рекомендуется предварительно ознакомиться с уставом или другим учредительным документом иностранной фирмы для установления цели и правоспособности органов фирмы на совершение планируемой сделки. Это позволит избежать негативных последствий при исполнении заключенной сделки.

ВОЛЕИЗЪЯВЛЕНИЕ И НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ ДОГОВОРОВ

В этом вопросе можно выделить две категории договоров.

Договоры, заключенные в случаях, когда истинная, внутренняя воля (подлинное намерение) не соответствовала воле, выраженной в договоре. В эту категорию попадают так называемые «мнимые» и «притворные» договоры. Такие договоры не имеют юридической силы.

«Мнимые» договоры заключаются без намерения создать юридические последствия, т.е. для вида. Например, продажа вещи подставному надежному лицу с целью уберечь ее от возможного обращения взыскания на нее со стороны кредиторов.

«Притворные» договоры заключаются с целью прикрытия другого договора, например дарение, совершенное под видом купли — продажи.

В России эти договоры регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации. Так, в статье 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, т.е. сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В иностранном праве такие договоры в целом регламентированы аналогично.

Договоры, заключенные под воздействием так называемых «пороков воли». Такими пороками в законодательстве признаются: заблуждение, обман, насилие, угрозы, недолжное влияние и ряд других.

Заблуждение и обман

Понятия «заблуждение» и «обман» имеют принципиальные отличия.

В законодательстве России вопросы недействительности договоров, совершенных под влиянием «пороков воли», предусмотрены в статьях 178 и 179 ГК РФ. Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, как это предусмотрено в статье 178 ГК РФ, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Статья 179 ГК РФ касается одновременно всех вопросов, связанных с заключением сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для одной стороны условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка). Такие договоры могут быть признаны оспоримыми по решению суда по иску потерпевшей стороны.

В указанных статьях не даются определения всех упомянутых в них понятий.

В законодательствах стран романо — германской системы права также нет определений этих понятий. Они выработаны судебной практикой и на ее основе — доктриной.

Как отличить «заблуждение» от «обмана»? При обмане сторона договора «преднамеренно» создает у другой стороны неправильное представление об условиях договора, умышленно вводит ее в неправильное представление о договоре, о его условиях, в том числе несущественных. Если другая сторона знала бы при совершении договора, что предлагаемые условия являются обманными и не соответствуют ее намерениям, то она не заключила бы такого договора. Так, например, согласно статье 1116 Французского Гражданского кодекса «Обман является причиной ничтожности соглашения, если образ действий одной из сторон таков, что ясно, что без этих действий другая сторона не вступила бы в договор. Обман не предполагается и должен быть доказан».

При совершении обманных действий соответствующая сторона прибегает к всевозможным хитростям и уловкам.

Заблуждение имеет место тогда, когда у лица «без умысла» с его стороны возникает не соответствующее действительности представление о каких-либо фактических обстоятельствах, являющихся существенными для заключения договора. Например, продавец предлагает покупателю картину художника «X», полагая, что именно этот художник написал ее, а на самом деле она принадлежит кисти другого художника. Чтобы признать такой договор недействительным, заблуждение должно быть «существенным».

Насилие и угроза

Насилие — это физическое или психическое воздействие в отношение какого-либо лица, а также физическое воздействие на имущество такого лица.

Угроза — это поведение, направленное на возможное применение насилия, если не будут выполнены другим лицом заявленные ему требования в отношении условий договора.

Эти виды «пороков воли» являются основанием для оспаривания действительности договора, заключенного таким способом. Насилие или угроза должны быть связаны со значительной опасностью для личности или имущества лица, вступающего по принуждению в договор или для его близких. Угроза должна быть реальной. Вместе с тем, угроза кредитора применить к должнику законные меры воздействия к нему или его имуществу не является основанием для оспаривания договора. Вот что говорится по этому поводу, например, во Французском Гражданском кодексе (ст. 1112). «Насилие имеет место в тех случаях, когда оно по своей природе может произвести впечатление на разумное лицо и может внушить ему опасение, что его личности или имуществу угрожает значительное и действительное зло. В этих случаях надо принимать во внимание возраст, пол и положение лиц». Насилие является причиной ничтожности договора (ст. 1111).

Недолжное влияние

Под это понятие подпадают договоры, заключаемые под влиянием использования одной стороной зависимости от нее другой стороны, например материальной зависимости. Сюда подпадают также «кабальные сделки», навязанные одной стороной другой стороне в силу ее материальной зависимости от первой стороны. Такие договоры признаются ничтожными, например, по законодательству Швейцарии (Швейцарский обязательственный закон) и ряда других стран.

В англо — американском праве также регулируются вопросы недействительности договоров, совершенных под влиянием «пороков воли». Законодательство и судебная практика стран, в которых применяется это право, во многом схожи с правом европейских государств, но имеют свою специфику, особенности и подходы к решению возникающих проблем.

Рассмотрим некоторые из наиболее часто встречающихся на практике «пороков воли».

Обман и заблуждение

Эти два понятия при совместном рассмотрении имеют некоторые общие черты.

В английском праве, как и в праве США, Обман (Fraud) рассматривается как вид заблуждения (Misrepresentation). Для этой категории «пороков воли» используются самые разнообразные правовые термины, такие как, например, «преднамеренное введение в заблуждение» (Wilful misrepresentation), что равносильно Обману (Fraud) или «непреднамеренное заблуждение» (Innocent misrepresentation), когда неправильное представление об условиях договора было создано одним из участников договора у другого не преднамеренно, а добросовестно. В зависимости от характера этих «пороков воли» договоры могут быть признаны ничтожными, оспоримыми или даже действительными, если, например, лицо, которому предлагались условия договора, само при их рассмотрении и принятии допустило небрежность.

Английские юристы отмечают, что вопросы о «Misrepresentation» прошли долгий путь развития и во многом не были разрешены, а современное право является чрезвычайно сложным и по многим важным проблемам противоречиво. Регулирование этих вопросов предусмотрено в английском Законе о введении в заблуждение 1967 года — Misrepresentation Act 1967 — и в нормах «Общего права».

И все же, что такое обман? Это умышленное введение лица в заблуждение его контрагентом по договору относительно условий договора, в том числе несущественных. Для наличия обмана необходимо наличие вины (Mens rea). В деле «Derry v. Peek» Палата Лордов решила, что заявление лица является обманным (Fraudulent), если только оно было сделано им:

— с сознанием того, что оно является ложным;

— без веры в его правдивость или

— небрежно, не заботясь о том, чтобы считать, является ли оно правдивым или ложным.

Для признания договора недействительным необходимо также доказать, что действия лица были «преднамеренными» или с проявлением небрежности, а от этого зависит характер убытков по недействительному договору, т.е. за обман или за небрежность, приведшую к обману.

Заблуждение — это непреднамеренное действие лица, вызывающее у его контрагента неправильное представление об условиях договора (о предмете или иных положениях договора и фактических обстоятельствах). В таких случаях, в зависимости от характера поведения лица, договор может быть признан ничтожным или оспоримым.

Ошибка (Mistake). Она близко стоит к указанным понятиям. Однако сам термин «Mistake» может означать как «ошибку», так и «заблуждение», в зависимости от поведения лица, которое ввело другое лицо в заблуждение, или лица (контрагента), которое само ввело себя в заблуждение, проявив небрежность при заключении договора (Negligence).

Приведем пример заключения договора путем оферты и акцепта по американскому праву:

«А» направляет оферту «Б» по почте. «Б», когда получил письмо, не открывая конверта и не подозревая, что это оферта, решает запутать «А», пошутить с ним и направляет ему письмо, содержащее слова «Я акцептую». Здесь имеет место заключенный контракт, хотя «Б» и не знал об оферте, поскольку «А», как разумный человек, мог полагаться на обязательство «Б». Ошибка в поведении «Б» допущена по самонадеянности, полагая, что никакого обязательства от такого рода письма у него не возникнет. Тот же принцип действует, когда оферта связывает адресата оферты который, подписал ее (акцептовал), не читая. Ошибка может иметь место при передаче оферты по телеграфу. Вот пример: Если «А» намерен предложить «Б» продажу ему лошади за 110 долларов США, но при этом несознательно заявляет «Я предлагаю продать тебе лошадь за 100 долларов США», то в этом случае контракт считается заключенным по цене 100 долларов США, если «Б» акцептует эту оферту и при этом он не знает или у него нет оснований полагать, что «А» совершил ошибку. Указанные примеры говорят о том, что в бизнесе может означать небрежность или просто невнимательность. Нужно также иметь в виду, что ошибка может быть также взаимной.

Насилие или незаконное физическое принуждение (Duress)

Под этим видом «порока воли» понимается насилие или угроза применить силу, а также незаконное принуждение контрагента на заключение договора. Такие договоры по «Общему праву» являются ничтожными или оспоримыми в зависимости от фактических условий их заключения. По этой проблеме у юристов и в практике имеются различные подходы и точки зрения.

Недолжное влияние (Undue influence)

Это более широкое понятие, чем насилие. В Англии этот вопрос регулируется не «Общим правом», а «Правом справедливости» (Law of Equity). Защита потерпевшей стороны при наличии «недолжного влияния» предусматривается в трех случаях:

если договор был заключен путем использования некоторых форм ненадлежащего давления, не подпадающих под насилие. Например, обязательство об уплате денежной суммы может быть признано недействительным, если оно получено путем угрозы (Threat) преследовать обязавшееся лицо или его близких за совершение уголовного деяния;

если договор был заключен предположительно при использовании недолжного влияния путем оказания давления и такое давление вытекает из «особых отношений сторон»;

если договор был заключен при использовании различных форм зависимости одного лица перед другим: материальной или иной, а также при использовании «слабых мест» другой стороны: неосведомленность, неопытность и т.п. Это так называемая «неосознанная» другой стороной сделка.

Бремя доказательства отсутствия «недолжного влияния» лежит на стороне, которая, как считается, использовала такое влияние.

При доказанности наличия «недолжного влияния» договор является недействительным, не имеющим юридической силы.

РЕКОМЕНДАЦИИ

РОССИЙСКИМ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯМ, ЗАКЛЮЧАЮЩИМ

ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СДЕЛКИ (ДОГОВОРЫ)

С ИНОСТРАННЫМИ ФИРМАМИ

1. Обращать внимание на «законность» предмета сделки, т.е. не подпадает ли он, например, под регулирование особого режима: квотирование, лицензирование или прямой запрет согласно законодательству стран ввоза или вывоза.

2. Строго соблюдать простую письменную форму внешнеэкономической сделки. Это обязательное требование российского законодательства применяется во всех случаях при заключении сделки с контрагентами всех стран. Письменная форма должна соблюдаться также в отношении всех приложений, дополнений и изменений к сделке.

3. Обращать внимание на полномочия иностранного представителя на ведение переговоров и подписание сделки. Полномочия необходимо проверять по уставным документам инофирмы, если сделка подписывается должностным ответственным лицом, а также по доверенности, которая должна быть оформлена в соответствии с законом и подписана полномочными лицами. Знакомство с учредительными документами позволит также определить «предмет деятельности» инофирмы и функции ее органов.

4. При создании собственных или смешанных предприятий в России или за рубежом следует проверить, не подпадает ли создание такого предприятия под действие «антимонопольного законодательства». То же касается случаев, когда заключаются договоры о предоставлении всякого рода исключительных прав на совершение коммерческих операций: прав на продажу, агентские услуги, франчайзинг.