Пенитенциарная виктимизация осужденных (к постановке проблемы)

04-03-19 admin 0 comment

Сердюченко И.Н.
Электронный ресурс, 2009.


Лишение свободы — одно из самых строгих и вместе с тем самых противоречивых уголовных наказаний. Противоречие заключается в том, что государство стремится достичь целей наказания в условиях:

— изоляции от общества. Это состояние объективно является противоестественной формой существования человека;

— концентрации большого количества однополых, «криминально зараженных» людей на ограниченной территории;

— отрядной системы отбывания наказания.

Лидеры преступного сообщества успешно используют эти пенальные противоречия в целях приобщения осужденных к идеологии пенитенциарного сообщества, формирования пенального конфликта, усиления антиобщественной ориентации осужденных к лишению свободы. Такое влияние уголовно-исполнительная система не всегда может предотвратить. В связи с этим расхожая житейская сентенция, что тюрьма — школа преступности, имеет под собой веское основание <1>. Так, согласно исследованиям В.Г. Громова, 51,5% осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы, указывают на то, что современные исправительные учреждения стимулируют у них преступное поведение. А 85% осужденных к лишению свободы считают, что основной причиной рецидива преступлений, совершаемых ими после отбытия наказания в виде лишения свободы, является то, что они в местах лишения свободы прошли своего рода «курсы повышения преступного мастерства» или не могут адаптироваться к жизни на свободе <2>. Это подтверждают и данные уголовной статистики. Так, в структуре преступности рецидивные преступления составляют около 30% при постоянном росте их числа (за последние двадцать лет — более чем в 3,5 раза). Растет криминальная активность рецидивистов — их число достигает 20 — 25% от всех привлекаемых к уголовной ответственности лиц. Существует зависимость рецидива преступлений от «криминального стажа» преступника <3>. С увеличением такого стажа, показателем которого является рост числа судимостей, возрастает и уровень рецидива. Так, лица, имеющие пять судимостей, совершают новые преступления в 1,5 раза чаще, чем те, кто имеет лишь одну судимость.

———————————

<1> См.: Антонян Ю.М., Еникеев М.И., Эминов В.Е. Психология преступника и расследования преступлений. М., 1996. С. 132.

<2> См.: Громов В.Г. Криминогенность мест лишения свободы и ее нейтрализация: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Тамбов: Тамбовский государственный университет имени Г.Р. Державина, 2009. С. 4.

<3> См.: Криминология: Учебник для вузов / Под ред. В.Д. Малкова. М.: ЗАО «Юстицинформ», 2006. С. 314.

Это подтверждают и данные уголовной статистики относительно преступности в самих исправительных учреждениях — пенитенциарной преступности. Однако у тюрьмы есть еще одна сторона, которая подвергается исследованию гораздо реже. Это проблема — виктимизация осужденных. Есть преступность, есть и жертвы преступлений. Очевидно, что применение такого наказания, как лишение свободы, невозможно без учета вопросов безопасности изолированных от общества лиц.

Используя метод инверсной аналогии, позволяющий выявлять аналогию между объектами, представляющими в определенной степени противоположные, зеркально отраженные стороны одного явления, можно говорить о криминальной виктимизации осужденных как о «зеркальном», противоположном процессу криминализации, негативном последствии отбывания наказания.

Негативные условия лишения свободы не только реализуются в факторах криминальной виктимизации осужденных, но и являются «катализатором» их воспроизводства и действия в отношении виктимизации некоторых категорий осужденных. Приведем пример. В местах лишения свободы личность сталкивается с условиями жизни, которые разительно отличаются от привычных условий жизнедеятельности на свободе. К ним относятся: условия среды, окружающей осужденного в процессе отбывания наказания (изоляция от общества, наличие ограничений, режим, условия труда, наличие воспитательного воздействия); субъективная система связей и отношений, в которую включается осужденный в местах лишения свободы (коллектив осужденных и социально-психологический климат в нем, наличие пенитенциарной субкультуры, отношение работников администрации к осужденным и т.д.); материально-бытовые условия, такие, как условия проживания, питания, обеспечения одеждой и предметами личного потребления, медицинское обслуживание и т.п. Быстрая и коренная ломка жизненных планов, образа жизни путем социальной изоляции порождает у человека комплекс специфических проявлений, называемых синдромом лишенного свободы <4>. Преодолеть эти тягостные состояния осужденный может путем адаптации, приспособления к новым правилам и нормам общежития, к новым условиям жизнедеятельности.

———————————

<4> См.: Шиханцов Г.Г. Юридическая психология: Учебник / Отв. ред. В.А. Томсинов. М.: Зерцало, 1998. С. 318.

Некоторые люди, которые оказываются в местах лишения, уже обладают рядом биофизических и психологических свойств личности, затрудняющих процесс их адаптации к условиям внешней среды. К таким свойствам личности можно отнести возраст, наличие инвалидности, психического расстройства, ВИЧ-инфекции и др. Негативные условия отбывания наказания катализируют действие этих качеств, и результатом социальной адаптации лиц с такими свойствами в местах лишения свободы часто становится дезадаптация — совокупность отрицательных характеристик свойств, ценностей, мотивов и механизмов поведения личности, не способствующих ее эффективной жизнедеятельности в исправительном учреждении в рамках общепринятых пенитенциарным социумом норм, ценностей и правил поведения и которые в определенной ситуации могут способствовать реализации процесса виктимизации такого лица.

Таким образом, десоциализация и дезадаптация осужденных к лишению свободы является одним из факторов их криминальной виктимизации, генетически связанных с условиями лишения свободы. Это один из примеров, который говорит о важности учета факторов виктимизации при исполнении наказания в виде лишения свободы.

Обычно в виктимологических исследованиях под криминальной виктимизацией понимается процесс и результат повышения уровня виктимности лица или социальной общности. Так, родоначальник отечественной виктимологии Л.В. Франк определяет виктимизацию как «процесс превращения в жертву преступления и результат этого процесса как на единичном, так и на массовом уровне» <5>.

———————————

<5> См.: Франк Л.В. Потерпевший от преступления и проблемы развития отечественной виктимологии. Душанбе: Ирфон, 1977. С. 107 — 108.

Несмотря на то что исполнение наказания не имеет целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства, в условиях лишения свободы отдельные осужденные становятся жертвами преступлений. Процесс виктимизации становится еще более реальным в условиях усиления степени организованности и профессионализации пенитенциарной преступности <6>.

———————————

<6> См., напр.: Елеськин М.В. Криминологические проблемы борьбы с организованной преступностью в исправительных учреждениях: Автореф. … дис. канд. юрид. наук. М.: Моск. ин-т МВД РФ, 1998; Вальяно Д.Б. Предупреждение преступлений, дезорганизующих нормальную деятельность исправительных учреждений, совершаемых организованными преступными группами: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М.: Моск. ин-т МВД России, 2001; Березенко Л.А. Предупреждение формирования преступных групп и их криминальной деятельности в исправительных учреждениях: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Рязань: Академия права и управления Минюста России, 2002 и др.

Традиционно ученые, например Д.Б. Ривман и В.С. Устинов, а также В.И. Полубинский и В.И. Задорожный, осуществляли противопоставление массовой виктимности и преступности и разрабатывали виктимологический аспект предупреждения преступности, под которым понимали совокупность мер предупреждения, направленных на виктимное поведение, связанных с устранением, нейтрализацией или уменьшением факторов, обусловливающих или способствующих виктимности <7>.

———————————

<7> См., напр.: Полубинский В.И. Криминальная виктимология: Монография. М.: ВНИИ МВД России, 1999. С. 44; Задорожный В.И. Виктимологическая безопасность и ее обеспечение мерами виктимологической профилактики: Монография. Тамбов: Першина, 2005. С. 35.

Мы предлагаем посмотреть на проблему иначе. Если следовать лексическому значению указанного понятия, то под массовой виктимностью следует понимать совокупность индивидуальных виктимностей (как свойств), и в этом смысле она не может противостоять преступности, под которой понимается явление <8>. Во-первых, такой подход ограничивает сферу виктимологического аспекта предупреждения преступности лишь устранением, нейтрализацией или уменьшением виктимогенных факторов, которые, по нашему мнению, являются только частью системы факторов криминальной виктимизации. Во-вторых, он не учитывает возможности воздействия на ситуативные факторы и виктимизацию как длящийся, растянутый во времени процесс.

———————————

<8> См., напр.: Учебник для вузов / Под общ. ред. д.ю.н., проф. А.И. Долговой. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2005. С. 88.

Изложенное позволяет сделать вывод о необходимости переноса акцента в предупредительном воздействии с виктимности (как некоторого свойства осужденного) на виктимизацию (как социально-психологический процесс), а в рамках пенитенциарной криминологии — пенитенциарную виктимизацию как детерминированный специфическими факторами и ситуациями, связанными с условиями изоляции от общества, процесс превращения осужденного в жертву и результат такого процесса. В свою очередь, под предупреждением пенитенциарной виктимизации осужденных к лишению свободы следует понимать целенаправленную, законодательно определенную, юридически значимую деятельность различных субъектов по выявлению, устранению, нейтрализации детерминант и процессов виктимизации осужденных в условиях мест лишения свободы, осуществляющейся на различных уровнях с помощью конкретизированных мер.

Предупреждение криминальной виктимизации осужденных, с одной стороны, является сложным составным объектом (системой), а с другой — выступает подсистемой более общей системы предупреждения пенитенциарной преступности, в чем проявляются его коммуникативные свойства.