Правовые основы осуществления прав заключенных в местах лишения свободы (1879 — 1917 гг.)

04-03-19 admin 0 comment

Алексеев В.И.
Электронный ресурс, 2009.


Тюремное заключение как уголовное наказание прежде носило характер мести, возмездия и устрашения, сначала частной, затем публичной, государственной. Самые тяжкие меры, такие, как ссылка на каторгу, поселение, предназначены были для того, чтобы отрезать преступника от общества, поставить между ними непреодолимую пропасть. Главное наказание сопровождало дополнительное — лишение всех прав наказанного до гробовой доски.

Эмпирические исследования по тюремному вопросу показывают, что лишь несколько веков отделяют нас от того периода, когда уголовный суд не знал других наказаний, кроме смертной казни и пожизненного заточения. Слова «пощады нет» исчерпывали тогда всю лестницу наказаний. Заточение без срока было равносильно смерти — более мягкой, чем четвертование или другие жестокие и дикие казни. Установленный Средними веками порядок наказаний стал возможным благодаря низкому уровню умственного и нравственного развития общества, грубости общественных нравов, подавлению личности и стеснению индивидуальной свободы <1>.

———————————

<1> См.: Тальберг Д. Исторический очерк тюремной реформы и современные системы европейских тюрем. Киев, 1875. С. 4.

С конца XVIII в. в странах Европы, а затем в России началась прогрессивная ломка отживших форм общественной жизни. Личность получила права гражданства, и отношение государства к ней стало меняться. Устрашение в наказании подверглось строгой научной критике и под влиянием идеи исправления преступника. Прежде думали устрашить преступников казнями, но наступил период в истории тюремного заключения, когда государство стало стремиться устрашить и исправить преступников страхом более или менее продолжительного лишения свободы <2>. С наступлением филантропического периода в истории тюремного заключения в Европе и России исполнение наказания стало на путь исправления нравственности заключенного. Филантропия — это, прежде всего, человеколюбие. Глубоко филантропическая деятельность Дж. Говарда в Европе была проникнута духом милосердия и христианской любви к заключенным.

———————————

<2> Там же. С. 5.

В России начиная с Александра I проявляются несомненные признаки филантропического периода в истории русской тюрьмы. Обеспечение прав заключенных следует рассматривать как необходимость «чтить дни воскресные и научить, чтобы они ходили на богослужение, которое необходимо отправлять в тюрьмах» <3>. В предполагаемых преобразованиях тюремной части в начале XIX в. считали, что тюремное дело может процветать под покровительством филантропических обществ, которые стремились «разделить заключенных, не только по полу, возрасту и категориям преступлений, но и по степени нравственного поведения» <4>. Разумеется, необходимость в тюрьме положительных мер исправления, обеспечения прав и свобод заключенных, религиозного образования — мысль не новая, но никогда прежде тюремный вопрос не ставился так открыто, как во второй четверти XIX в.

———————————

<3> См.: ПСЗ-1. Т. XXXVI. 1819 — 1830. С. 309.

<4> См.: Второй международный конгресс. СПб., 1878. С. 159; Никитин В.А. Тюрьма и ссылка. СПб., 1880. С. 14.

Филантропический период в истории тюремного заключения, несомненно, вошел в историю содержания арестантов как период, в котором произошло улучшение участи заключенных. Вместе с тем он не дал существенных результатов в исправлении, обеспечении прав и свобод арестантов. Во-первых, потому что он был достаточно кратким по времени по сравнению с европейскими странами. Во-вторых, об улучшении участи арестантов может идти речь лишь в незначительной части тюремных учреждений, и прежде всего в столичных тюрьмах. В-третьих, филантропический период, преследуя цель улучшения участи арестантов в местах лишения свободы, мало проявлял заботы об их исправлении путем привлечения к арестантскому труду и применения тюремного режима.

В соответствии с изложенным ни тюремный режим, ни арестантский труд как важнейшие составляющие пенитенциарной науки остались нереализованными. Арестантский труд в местах лишения свободы применялся исключительно эпизодически, а тюремный режим в дореформенный период остался вне правового регулирования. В результате это привело к «свободе» арестантов, их распущенности в местах лишения свободы, возникновению субкультурных отношений между заключенными, что проявлялось в насаждении тюремных законов в среде арестантов и унижении их личного достоинства.

В пенитенциарной системе сложились противоречия между: нормами права и их нарушением в местах лишения свободы; провозглашением целей уголовного наказания и произволом тюремной администрации; целями исправления и телесными наказаниями; пенитенциарными задачами тюремного заключения и сложившимся институтом лишения прав. Чтобы разрешить названные и другие противоречия в тюремной системе, необходимо осуществить тюремные преобразования, преодолеть негативные последствия прошлого в исполнении наказания. Для реализации цели исправительного наказания государство ставит перед собой задачу изменения пенитенциарной политики, в которой гуманизация наказания, осуществление прав, свобод заключенных становятся ее приоритетными направлениями.

Поворотным пунктом в преобразовании тюремной системы стал Закон от 11 декабря 1879 г. «Об основных положениях, имеющих служить руководством при преобразовании тюремной части и при пересмотре Уложения о наказаниях». В результате тюремных преобразований, как установлено Законом от 11 декабря 1879 г., законодатель почти все прежние меры наказания упразднил, и их место заняла тюрьма. Тюрьма стала на почву человеколюбивого отношения к узникам <5>, а Указ от 17 апреля 1863 г. нанес смертельный удар старой системе устрашения <6>. Тюрьма с 1872 г. вступает в очередной период истории тюремного заключения — уголовно-политический. Его задачей было возвращение в общественную среду таких лиц, которые могли быть полезными обществу <7>. Принцип устрашения как форма предупреждения преступлений уже не может более доминировать в законодательстве.

———————————

<5> См.: Познышев С.В. Основы пенитенциарной политики. М., 1923. С. 425.

<6> См.: Фойницкий И.Я. На досуге. СПб., 1898. С. 429.

<7> См.: Пасек А. Проект о преобразовании тюрем. СПб., 1868. С. 15.

В действовавшем законодательстве известны нормы права, поощряющие исправление арестантов. Поощрительные нормы, применяемые на основании приговора суда, предусматриваются уголовным и уголовно-пенитенциарным законодательством — Уставом о содержащихся под стражей, Уставом о ссыльных. Позитивное стимулирование обладает рядом особенностей по сравнению с негативным.

Речь идет в первую очередь об изменении условий содержания арестантов в сторону их смягчения, сокращения общего объема запретов и ограничений и, как следствие, улучшение эффективности исполнения наказания и исправление арестантов. Вышедшая из этого положения основная мысль теории «исправления заключенных» может быть очень полезной в том случае, если исполнение наказания арестантов будет сопровождаться предоставлением им прав и свобод, соответствующих льгот за хорошее поведение, добросовестное отношение к арестантскому труду.

В действовавшем законодательстве были установлены нормы права, поощряющие исправление и перевоспитание заключенных. В частности, Устав о содержащихся под стражей регламентирует применение поощрения, выражающегося в изменении правового положения арестантов каторжного заключения с предоставлением им дополнительных прав и свобод в местах лишения свободы. Эти нормы права используются в педагогических целях и являются компетенцией администрации мест лишения свободы.

Метод сравнительного правоведения при изучении прогрессивной системы исполнения наказаний в Англии показал, что при введении различных стадий исполнения наказания меры тюремной деятельности не столько подавляют арестанта, сколько при этом контролируется степень нравственного выздоровления арестанта. Желанная мечта каждого узника — получение права свободы досрочно. Там дело дошло до того, что каждый осужденный знал, что он получит свободу ранее назначенного судом срока. В России получение дополнительных прав, свобод не было так развито, как это имело место в Англии, Швейцарии. Достаточно сказать, что в России из числа исправляющихся были признаны на 1 января 1910 г. достойными перевода во внетюремный разряд только 15,5% арестантов <8>.

———————————

<8> См.: Отчет ГТУ за 1909. СПб., 1911. С. 39.

Наряду с установками догматической юриспруденции, в рамках частнонаучных исследовательских средств метода юридической науки выделяются юридические конструкции. «Юридические конструкции, — отмечает А.Ф. Черданцев, — находят определенное закрепление и выражение в нормах права, можно было бы назвать нормативными юридическими конструкциями» <9>. С целью реализации поощрения арестантов, обеспечения прав и свобод наиболее достойным из них предоставляется право условно-досрочного освобождения.

———————————

<9> Черданцев А.Ф. Логико-языковые феномены в праве, юридической науке и практике. Екатеринбург, 1993. С. 150.

Нормы права, в которых выражено дозволение, могут включаться в процесс формирования движущихся мотивов арестантов, стать предпосылкой к их исправлению. В законодательстве регламентируется применение поощрения, предоставление льгот, выражающихся в изменении правового положения, т.е. наиболее улучшенных условий содержания, разрешение использования своих денежных средств на питание. Разумеется, стимулирование позитивного поведения осужденных и достижение с помощью поощрений дает эффект нравственного их выздоровления.

Практика исполнения наказания в виде лишения свободы показывает, что основная масса осужденных стремится к улучшению условий содержания, сокращению числа установленных правоограничений, получению дополнительных прав и свобод. Существовавшая карательная классификация арестантов в законе давала двойной результат: одних арестантов в зависимости от их способностей, поведения, отношения к труду относили к разряду исправляющихся, других — принуждали к неукоснительному выполнению юридических обязанностей. Стаж испытания есть существенная часть пенитенциарного исправления, так как этот стаж дает обществу гарантию о том, насколько освобождаемый преступник заслуживает доверия к себе <10>.

———————————

<10> Малинин Ф.Н. Постановления шести международных тюремных конгрессов. СПб., 1904. С. 13 — 14.

Арестанты, отличившиеся в течение двухлетнего пребывания добрым поведением, исполнением обязанностей веры и прилежании к труду или успехами в изучении мастерства, причисляются в особый отряд исправляющихся арестантов (ст. 312 Уст. сод. страж.) <11>. Одной из форм поощрения для арестантов отряда исправляющихся является сокращение исполнения наказания. Десять месяцев пребывания в этом отряде (исправляющихся) засчитывается за год, и на этом основании сокращается время, назначенное по суду (ст. 317 Уст. сод. страж.) <12>. Поэтому совершенствование стимулирования стремления осужденных к исправлению — это одновременно и стимулирование к получению дополнительных прав и свобод. Такими могут быть: расширение разных льгот, которыми пользуется арестант (свидания, переписка, право покупки в тюремной лавке и т.д.), увеличение вознаграждения за труд, перевод в пределах того же класса в более высокий разряд или из данного класса в вышестоящий, наконец, для арестантов образцового класса, по истечении известного срока, — досрочное освобождение <13>. Вышеназванный круг мер поощрений может улучшить положение арестанта во время заключения, по оценке тюремной администрации <14>. Об отрегулированной части общественных отношений, как это следует из изложенных примеров, можно говорить, что «юридическая конструкция как идеальная модель урегулированных правом общественных отношений или их элементов является формой отражения действительности» <15>.

———————————

<11> См.: Устав о содержащихся под стражею. СПб., 1890. С. 64.

<12> Там же. С. 65.

<13> См.: Познышев С.В. Очерки тюрьмоведения. М., 1915. С. 214.

<14> См.: Труды пенитенциарной комиссии… С. 118.

<15> Черданцев А.Ф. Указ. соч. С. 131.

В рамках частнонаучных исследовательских средств метода юридической науки юридическая конструкция — это формирующаяся типовая модель позитивного права. В этом смысле юридические конструкции становятся особым способом связи, обеспечивающим соответствие предписаний позитивного права и природе регулируемых отношений. Человек, открытый в преступнике, становится мишенью уголовно-правового вмешательства, объектом исправления и преобразования. Практика предоставления условно-досрочного освобождения — это практика максимального доверия к человеку. Следовательно, юридическая конструкция условно-досрочного освобождения может оцениваться как особая форма погашения наказания, связанная с предоставлением освобожденному условий прав и свобод за хорошее поведение, как подающему надежду на исправление.

Таким образом, институт обеспечения прав заключенным в местах лишения свободы как принцип пенитенциарной науки прошел большой путь эволюционного развития: от «несвободы», т.е. когда государство не обращало внимания на условия содержания заключенных, а после проведения тюремных преобразований 1879 г. — к предоставлению прав в соответствии с законом.