Некоторые вопросы установления психического состояния потерпевшего и свидетеля в уголовном судопроизводстве

04-03-19 admin 0 comment

Песковая Ю.В.
Электронный ресурс, 2010.


Статья посвящена проблемам, связанным с установлением психического или физического состояния потерпевшего или свидетеля в ходе расследования и рассмотрения уголовного дела.

Ключевые слова: психическое или физическое состояние, потерпевший, свидетель, психическое расстройство, судебно-психиатрическая экспертиза.

The article is devoted to the issues related to establishment of psychic or physical state of the suffered or witness in the course of investigation and consideration of criminal case.

Key words: psychic or physical state, suffered, witness, psychic disturbance, judicial-psychiatry expertise.

В целях определения психического или физического состояния потерпевшего и решения вопроса о его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания, если по этому поводу возникает сомнение, закон предусматривает обязательное назначение судебно-психиатрической экспертизы (ч. 4 ст. 196 УПК РФ). Обстоятельства, препятствующие потерпевшему правильно воспринимать, запоминать и воспроизводить увиденное и услышанное, могут относиться как к психическому и физическому состоянию потерпевшего, так и к индивидуальным психологическим особенностям его личности.

По уголовно-процессуальной природе показания потерпевшего во многом схожи с показаниями свидетеля, что позволяет отнести их к разновидности одного и того же вида доказательств — показания лиц, не привлеченных к уголовной ответственности <1>. Количество свидетелей и потерпевших, в отношении которых проводилась судебно-психиатрическая экспертиза по уголовным делам, составило: в 2006 г. — 5433 человека (3%), в 2007 г. — 5375 человек (3%), в 2008 г. — 5624 человека, или 3,1% к числу лиц, подвергнутых судебно-психиатрической экспертизе <2>.

———————————

<1> См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; науч. ред. В.П. Божьева. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт-Издат, 2010.

<2> См.: Основные показатели деятельности судебно-психиатрической экспертной службы в РФ в 2006 г.: Аналитический обзор / Под ред. акад. РАМН Т.Б. Дмитриевой. М.: ГНЦ ССП им. В.П. Сербского, 2007. Вып. 15. С. 71; Основные показатели деятельности судебно-психиатрической экспертной службы в РФ в 2007 г.: Аналитический обзор / Под ред. акад. РАМН Т.Б. Дмитриевой. М.: ФГУ «ГНЦ ССП им. В.П. Сербского», 2008. Вып. 16. С. 82; Основные показатели деятельности судебно-психиатрической экспертной службы в РФ в 2008 г.: Аналитический обзор / Под ред. акад. РАМН Т.Б. Дмитриевой. М.: ФГУ «ГНЦ ССП им. В.П. Сербского», 2009. Вып. 17. С. 76.

Обращает внимание, что согласно ч. 3 ст. 79 УПК РСФСР предусматривалось обязательное назначение экспертизы для определения психического или физического состояния в случаях возникновения сомнения в способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них правильные показания не только в отношении потерпевшего, но и в отношении свидетеля. В ст. 196 УПК РФ указанное требование распространяется только на потерпевшего. Кроме того, согласно положениям ч. 2 ст. 72 УПК РСФСР лицо не могло быть допрошено в качестве свидетеля, если оно не способно правильно воспринимать обстоятельства и давать правильные показания в силу своих психических и физических недостатков. В УПК РФ подобных положений относительно недопустимых качеств свидетеля как источника доказательств не предусмотрено.

Неясность ситуации вызывает вопрос: каким же все-таки образом дознаватель, следователь, прокурор и суд должны оценить показания свидетеля в силу принципа свободной оценки доказательств, если закон, которым они должны руководствоваться, «молчит»: не допрашивать свидетеля вообще, ввиду предполагаемого психического расстройства, или же, если он уже был допрошен, не признавать в качестве доказательств его показания, или же вывод о признании показаний таковыми будет зависеть в каждом конкретном случае от содержания самих показаний и от внутреннего убеждения лиц, осуществляющих производство по уголовному делу? На наш взгляд, показания свидетеля являются важным средством установления истины по уголовному делу и могут быть использованы в уголовном процессе с учетом психического состояния лица на момент допроса. Если же у лиц, производящих допрос свидетеля, возникнут сомнения по поводу его психического или физического состояния, то наряду с проверкой содержания свидетеля показаний, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Представляется, что непременным условием дачи показаний в уголовном процессе является реальная возможность лица адекватно воспринимать соответствующую информацию, запоминать ее и воспроизводить. Без выполнения этого условия сведения, сообщаемые свидетелем или потерпевшим, не могут использоваться в качестве доказательства в уголовном судопроизводстве. Полагаем, что это должно быть закреплено в уголовно-процессуальном законодательстве.

Вопрос о допустимости использования в качестве доказательства показаний потерпевшего (свидетеля), страдающего психическими расстройствами, представляет серьезную проблему и должен решаться с учетом следующих факторов, подлежащих установлению: 1) психическое состояние в момент восприятия обстоятельств, о которых допрашиваемый дает показания; 2) его психическое состояние в момент допроса.

Для самостоятельного участия в уголовном деле лицо должно обладать определенным уровнем сохранности психики, причем этот уровень примерно одинаков для осуществления всех основных процессуальных прав и обязанностей, за исключением способности к даче показаний.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. N 4 «О судебной практике по применению, изменению и отмене принудительных мер медицинского характера» <3> показания лица, в отношении которого поставлен вопрос о применении принудительных мер медицинского характера, не могут рассматриваться как источник доказательств по делу. Объясняется это тем, что показания лица, страдающего психическим расстройством, как вид доказательства отсутствует в законе. Указанного доказательства не было как в УПК РСФСР, когда принималось вышеуказанное Постановление Пленума Верховного Суда СССР, так и в действующем уголовно-процессуальном законе (ст. 74 УПК РФ).

———————————

<3> См.: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. N 4 «О судебной практике по применению, изменению и отмене принудительных мер медицинского характера» // СПС «КонсультантПлюс».

Применительно к показаниям потерпевшего и свидетеля, страдающих психическим расстройством, подобных указаний не имеется. Если подозреваемый (обвиняемый) после установления у него наличия психического расстройства приобретает процессуальный статус лица, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера (показания которого не могут рассматриваться как доказательство по делу), то применительно к потерпевшему и свидетелю их процессуальный статус после установления наличия психического расстройства не изменяется. Единственная оговорка содержится в п. 4 ч. 1 ст. 196 УПК РФ, обязывающей лицо, осуществляющее уголовное преследование, назначить судебную экспертизу при наличии сомнения правильности восприятия потерпевшим обстоятельств, имеющих значение для дела. Но опять же речь идет только о потерпевшем. При этом нерешенным остается вопрос: будут ли показания потерпевшего оценены следователем, судьей, если наличие психического расстройства подтверждается?

Полагаем, что в данном случае необходимо учитывать положения, сформулированные в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 1 ноября 1985 г. N 16 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» <4>, о том, что судам следует исходить из того, что потерпевший, как правило, располагает нужными для дела данными об обстоятельствах совершения преступления и причастном к нему лице и их показания могут иметь существенное значение для установления истинны по делу. Кроме того, строгое и последовательное соблюдение закона, регламентирующего права и обязанности потерпевшего в уголовном судопроизводстве, наряду с установлением истины по делу способствуют постановлению законного, обоснованного и справедливого судебного решения.

———————————

<4> См.: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 1 ноября 1985 г. N 16 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» // СПС «КонсультантПлюс».

Еще одной проблемой, на наш взгляд, является отсутствие в УПК РФ нормы, регламентирующей помещение потерпевшего в медицинский или психиатрический стационар для производства экспертизы. Некоторые ученые отмечают, что решение следователя о назначении в отношении потерпевшего судебно-психиатрической или судебно-психологической экспертизы подавляющее большинство потерпевших рассматривают как оскорбление, а саму экспертизу воспринимают как унизительную процедуру. Однако порой без назначения и производства указанных экспертиз в отношении потерпевшего невозможно обойтись. Например, по факту заявления М. об открытом хищении его имущества путем незаконного проникновения в жилище в отношении К. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ. В ходе расследования уголовного дела установлено, что очевидцев преступления, которые могли бы быть свидетелями, не имеется. К. свою вину в совершении преступления полностью отрицал, пояснив, что М. добровольно передал ему на время имущество, в последующем изъятое у К. Сложность расследования заключалась в том, что у следователя возникли сомнения по поводу психического состояния М. и оценки его показаний: М. состоял на учете у врача-психиатра и периодически проходил лечение в психиатрической больнице. Согласно заключению экспертов установить психическое состояние М. вне условий стационара невозможно, а законных же оснований в УПК РФ поместить М. для производства экспертизы в психиатрический стационар не предусмотрено.

Полагаем, что в законе необходимо разработать правила помещения потерпевшего в медицинский или психиатрический стационар для производства экспертизы. В настоящий момент ст. 203 УПК РФ предусматривает получение судебного решения только при необходимости помещения в медицинский или психиатрический стационар подозреваемого или обвиняемого, не содержащегося под стражей.

Таким образом, проблемы, связанные с установлением психического или физического состояния потерпевшего или свидетеля в уголовном судопроизводстве, нуждаются в их разрешении в законодательном порядке и выработке тем самым эффективных механизмов обеспечения прав и законных интересов потерпевшего и свидетеля для обеспечения их доступа к правосудию, с одной стороны, и достижению целей уголовного судопроизводства — с другой.