Охрана объектов культурного наследия в Республике Адыгея, Кабардино-Балкарской и Карачаево-Черкесской Республиках (практика и перспективы)

04-03-19 admin 0 comment

Атабиев Б.Х.
Электронный ресурс, 2010.


Северный Кавказ — это компактный и насыщенный природный комплекс, предоставляющий возможность воспринимать на относительно небольшой территории в течение буквально одного дня не только удивительные по красоте ландшафты — от полупустынных до арктических (зона вечных снегов), но и совершить своеобразное путешествие во времени, посетив объекты историко-культурного наследия (от эпохи камня до этнографических).

На Северном Кавказе обнаружены археологические пещерные стоянки древнего человека; относящиеся к более поздним формациям селища, поселения, городища и сопутствующие им поля погребений, курганы и культовые комплексы; центры древней и средневековой металлургии; памятники градостроительного зодчества Средних веков (боевые башни, величественные замки, укрепления, монастыри, храмы, подземные, полуподземные и наземные склепы-усыпальницы).

Северный Кавказ был и остается регионом, уникальным как по разнообразию естественно-географических и климатических условий, так и по пестроте этнического состава населения. Великий географ античности Страбон в I в. н.э. насчитывал на Кавказе до 300 народностей. Этот регион и сегодня можно сравнить с живым этнографическим музеем под открытым небом — здесь проживает около 50 автохтонных народов, история которых теряется в глубине веков.

Например, в Карачаево-Черкесии расположены древнейшие из сохранившихся на территории Российской Федерации христианских храмов, датирующиеся VIII — X вв. — Сенты, Шоана, Северный, Средний и Южный храмы Нижнего Архыза, в Кабардино-Балкарии выявлены самые крупные в Юго-Восточной Европе Урванские курганы с сохранившейся высотой насыпей до 27 м, сооруженные в конце IV тысячелетия до н.э., по трудозатратам и степени эмоционального воздействия сопоставимые разве что с египетскими пирамидами.

Все эти объекты должны были бы состоять в Списках особо ценных объектов культурного наследия Российской Федерации, но часть из них в предшествующие годы «выпала» даже из перечня объектов федерального значения.

Фото 1. Боевая башня Абаевых в Черекском ущелье

Кабардино-Балкарии

Фото не приводится.

В целях осуществления надзора за полнотой и качеством исполнения переданных полномочий комиссиями Росохранкультуры были проведены документарные и выездные проверки органов исполнительной власти, уполномоченных в области охраны объектов культурного наследия Республик Адыгея, Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкесия, а также Краснодарского края.

Анализ деятельности в сфере охраны памятников, осуществляемой органами исполнительной власти в перечисленных субъектах, подведомственных Кубанскому управлению Росохранкультуры, показал, что исполнять переданные полномочия некоторые из них по объективным и субъективным причинам оказались не готовы. К моменту передачи полномочий регионы оказались в неравных, если можно так выразиться, «стартовых позициях».

В ряде республик и краев в предыдущие годы была проведена сплошная паспортизация, изданы «Своды памятников», в других субъектах работа по выявлению, постановке на государственный учет, сохранению памятников была в зачаточном состоянии. С учетом этого, а главное — ввиду того что нормативно-правовая база на момент проведения проверок не была разработана в достаточно полной мере, планка для преодоления отметки «удовлетворительно» была существенно снижена, и деятельность отдельных органов исполнительной власти в области охраны объектов культурного наследия федерального значения комиссиями Росохранкультуры была оценена в целом как удовлетворительная. Сегодня, когда все необходимые правовые и финансовые условия для реализации региональными властями делегированных им федеральных полномочий созданы, подход к оценке их деятельности и сами критерии оценки должны в существенной мере быть откорректированы.

Несмотря на то что все органы исполнительной власти Южного федерального округа работали в одном правовом поле и приблизительно в равных социально-экономических условиях, наблюдается существенная разница в подходе к решениям поставленных задач и, соответственно, в результативности.

В первую очередь хотелось бы отметить системный подход, налаженный Управлением по охране и использованию объектов культурного наследия Республики Адыгея. В течение 2008 — 2009 гг. Управлением проверено техническое состояние объектов культурного наследия федерального значения, расположенных в республике, и составлены акты технического состояния. По выявленным нарушениям материалы переданы в правоохранительные органы. Проведено 302 согласования актов выбора земельных участков.

В Адыгее разработана Республиканская целевая программа «Инвентаризация недвижимых объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) Республики Адыгея на 2009 — 2011 годы», утвержденная Постановлением Государственного Совета — Хасэ Республики Адыгея от 21 ноября 2008 г. N 998-ГС, с запланированным объемом финансирования из республиканского бюджета в размере 11 млн. рублей. В рамках реализации этой программы Управление проводит инвентаризацию объектов культурного наследия, составление учетной документации, установку точного местоположения ОКН, фотофиксацию и т.д. Только в апреле текущего года выявлено и поставлено на учет в качестве вновь выявленных объектов культурного наследия более 90 памятников археологии.

Всего в Республике Адыгея с 2002 г. принято около 50 актов органов государственной власти по вопросам сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия, последний из которых — Указ Президента Республики Адыгея датируется 8 апреля 2010 г. «Об увеличении штатной численности Управления».

Диаметрально противоположная ситуация наблюдается в Карачаево-Черкесской Республике, где функции по государственной охране осуществляет Управление по сохранению, использованию, популяризации и государственной охране объектов культурного наследия (штат 14 человек, фактически работают 3 — 4 человека).

Проверками Росохранкультуры установлено, что управлением практически не ведется деятельность по выявлению фактов нарушения законодательства в сфере охраны объектов культурного наследия, по контролю за состоянием объектов культурного наследия, разработке границ территорий и проектов зон охраны объектов культурного наследия федерального значения.

Фактически все эти функции на относительно невысоком уровне осуществляет республиканское государственное учреждение «Государственная инспекция по охране, реставрации и эксплуатации объектов культурного наследия Карачаево-Черкесской Республики».

Установлено, что в Шоанинском храме X в. — одном из древнейших христианских памятников России — местной сельской общиной проведены незаконные ремонтные работы, в результате которых существенно ухудшился внешний вид и состояние памятника. Управлением КЧР по сохранению, использованию, популяризации и государственной охране объектов культурного наследия, несмотря на обращения руководства Карачаево-Черкесского музея-заповедника, в состав которого входит этот храм, не были приняты какие бы то ни было меры к пресечению незаконных ремонтных работ и выявлению лиц, причастных к совершению противоправных действий.

Фото 2. Шоанинский храм в Карачаево-Черкесии

Фото не приводится.

По всей горной зоне Карачаево-Черкесии неустановленными лицами ведутся грабительские раскопки памятников археологии, причем есть основания подозревать в причастности к ним ряда должностных лиц, в том числе в силовых структурах.

Постановлением главы администрации района в нарушение действующего законодательства часть территории Нижне-Архызского историко-культурного и археологического комплекса была передана Ставропольской и Владикавказской епархией Русской православной церкви, которой сейчас ведется строительство Храма Христа Спасителя у подъема на Лик Христа, с офисными помещениями, гостиницей, автостоянкой.

В Кабардино-Балкарии осуществление переданных полномочий возложено на Министерство культуры КБР, в составе которого в мае текущего года было создано Управление по охране памятников, а ранее функции по осуществлению переданных полномочий осуществлялись отделом технадзора и охраны культурного наследия, контроля региональных целевых программ.

Проверкой Росохранкультуры установлено, что отдельные положения нормативно-правовых актов Кабардино-Балкарской Республики содержат понятия, не предусмотренные федеральным законодательством. Объекты культурного наследия федерального значения, расположенные на территории республики, не имеют утвержденных в установленном порядке границ территории и определенных правовых режимов содержания, а также утвержденных границ зон охраны, режимов использования земель и градостроительных регламентов в границах данных зон.

В ходе внеплановой проверки, проведенной Кубанским управлением Росохранкультуры, выявлен факт хищения из федерального бюджета 3 млн. рублей в ходе ремонтно-реставрационных работ на памятнике федерального значения «Навеки с Россией». По данному факту Следственным комитетом при прокуратуре РФ возбуждено уголовное дело.

Кроме того, установлены многочисленные факты нарушений законодательства об охране объектов культурного наследия федерального значения администрациями муниципальных образований. В результате несогласованных землеотводов территории, занятые памятниками федерального значения, передавались в собственность, аренду, под различные виды промышленного и гражданского строительства без обременения, что в ряде случаев привело к их частичному или полному уничтожению, нарушению зон охраны памятников.

Еще одна проблема, с которой мы сталкиваемся в своей повседневной работе, решать которую на Кавказе надо совместными усилиями, — это борьба с грабительскими раскопками.

Анализ динамики грабительских раскопок привел нас к выводам об их прямой зависимости от социально-экономического положения субъектов. Первый пик грабительских раскопок на Кавказе приходится на годы после окончания так называемой Русско-кавказской войны, второй пик пришелся на 20 — 30-е годы XX в., третий начался в годы, последовавшие за распадом СССР. В настоящее время мы наблюдаем очередной всплеск нездорового интереса к древностям.

Фото 3. Наборный пояс из грабительских раскопок в КЧР

Фото не приводится.

Фото 4. Кольчужные доспехи из грабительских раскопок

предположительно в Малокарачаевском районе КЧР

Фото не приводится.

Одна из основных причин — массовая безработица, характерная для большинства субъектов Северо-Кавказского федерального округа. К примеру, по данным «Программы содействия занятости населения Кабардино-Балкарской Республики на 2002 — 2006 годы» на конец 2001 г. трудовые ресурсы Кабардино-Балкарской Республики составили порядка 497 тыс. человек, а численность занятых в экономике составила всего 302 тыс. человек; доля занятых в экономике от трудовых ресурсов составляла 64%.

Средний возраст безработных по Кабардино-Балкарской Республике в 2001 г. составил 33 года. Около 50% безработных граждан были представлены сельским населением. Учитывая, что абсолютное большинство памятников археологии расположено в сельской и горной местности, становится понятным масштаб грабительских раскопок.

В районе селения Терезе в Карачаево-Черкесии грабители древностей поставили этот промысел на «промышленную» основу — здесь за последние несколько лет с применением землеройной техники уничтожено около 500 подземных каменных гробниц аланской и гуннской эпох. В Малокарачаевском районе Карачаево-Черкесской Республики около 70% курганов разграблены.

Мы не исключаем возможности, что часть вырученных от перепродажи предметов антиквариата денежных средств идет на финансирование деятельности, направленной на подрыв основ конституционного строя Российской Федерации, так как именно в этом районе число сторонников радикального ислама значительно превышает среднереспубликанские показатели.

Несколько слов о туризме и возможностях использования объектов культурного наследия региона в туристско-рекреационной сфере.

На фоне всего сказанного представляется весьма актуальным и своевременным то, что на высшем государственном уровне поставлена задача о необходимости возрождения и развития туризма в Северо-Кавказском регионе, причем не только в традиционных его формах, а с учетом новых тенденций.

Убежден, что наряду с государственной поддержкой экономики в других сферах развитие этнического, познавательного туризма является одним из способов вывода в кратчайшие сроки Северо-Кавказского региона из кризиса не только экономического, но и духовного.

Нам часто приходится слышать об особом положении Кавказа на юге России и на карте мира. Это обусловлено не только его многонациональностью и исторически сложившимися ментально-психологическими особенностями кавказских народов, но и геополитическим статусом в так называемой лимитрофной зоне, промежуточной между великими цивилизациями мусульманства и христианства, в зоне их стыка. Согласно популярной сейчас версии американского политолога С. Хантингтона в XXI в. наибольшую опасность будут представлять вооруженные конфликты, совпадающие с линиями «разломов» между цивилизациями, а наиболее взрывоопасным представляется положение многонациональных и многоконфессиональных стран, относящихся к разным цивилизациям, культурам, этносам. В свете этих идей геополитическое положение Северного Кавказа как части Российской Федерации представляется особенно сложным. Недавние вооруженные конфликты в регионе, рост сторонников ваххабитского движения, география распространения террористических актов, реально существующие этнонационализм и тенденции сепаратизма служат весомыми аргументами сказанному.

Использование культурного наследия в туристско-рекреационных целях позволит выявить самобытность каждого проживающего в ней народа и ощутить единство культурного пространства Российской Федерации. Кавказ в этом отношении представляет собой наилучший, если так можно выразиться, «полигон».

После распада СССР Черноморское и Каспийское побережья, бальнеологические курорты Кавказских Минеральных Вод и Нальчика, горы Центрального Кавказа с высочайшей вершиной Европы, одним из семи чудес России — горой Эльбрус, стали главным внутренним рекреационным потенциалом России. В свете предполагаемого строительства на Северном Кавказе к 2020 г. пяти новых горнолыжных курортов — в Матласе (Дагестан), Мамисоне (Осетия), Архызе (Карачаево-Черкесия), Лаго-Наки (Адыгея) и на Эльбрусе (Кабардино-Балкария) — с предполагаемой стоимостью 451 млрд. рублей («Коммерсант» от 17 мая 2010 г.) использование богатейшего историко-культурного наследия Северо-Кавказского региона позволит перейти туристической и горнолыжной отраслям с сезонного на круглогодичный цикл работы за счет перенаправления потоков туристов с одного вида услуг на другой. Одновременно будет решена проблема сокращения сроков окупаемости инвестиционных проектов с 7 — 10 до 4 — 5 лет. Хотелось бы надеяться, что члены рабочей группы по подготовке туристических кластеров на Северном Кавказе обратят внимание на эту проблему и пойдут на сотрудничество с органами охраны объектов культурного наследия.

Кстати, идея создания в районе Архыза первоклассного горноклиматического курорта не нова. Еще до революции рассматривались предложения по созданию горноклиматических курортов в этом регионе, а в советские годы было разработано несколько проектов, лучшим из которых был признан проект строительства, разработанный в 1975 г. доктором архитектуры А. Полянским. Во время проведения в апреле 2010 г. XXVI международных Крупновских чтений по археологии Северного Кавказа, которые, кстати, прошли на базе оздоровительного комплекса Армхи в Джейрахском ущелье Республики Ингушетия, д.и.н. В.А. Кузнецовым было высказано предложение о создании национального парка Российской Федерации на территории горного Карачая.

Самобытная социальная культура и история горцев, их обычаи, ремесла, архитектура, национальная кухня, одежда, традиционные праздники могут и должны стать неотъемлемой составляющей индустрии отдыха на Кавказе.

Весьма актуальным представляется совершенствование законодательной базы в части решения вопросов создания этнографических музеев-заповедников непосредственно в местах проживания коренных народов, что способствовало бы сохранению и развитию их традиционной культуры и исторической среды обитания, созданию этнических парков и формированию сети природно-исторических и этнографических охраняемых территорий. В то же время надо помнить, что развитие туризма должно идти параллельно с разработкой комплексных программ по выявлению, научному изучению, сохранению и популяризации культурного наследия региона, что явится мощным оружием против идей национализма и сепаратизма, которые активно используют данные археологии в своих целях.

Необходимо разработать систему выделения налоговых льгот для населения, проживающего на особо охраняемых природных и историко-культурных территориях как уникальной этнокультурной составляющей последних с тем, чтобы население выступало активным элементом в сфере охраны природы и объектов культурного наследия. Высокая экономическая эффективность многих зарубежных горно-оздоровительных центров объясняется именно подобной практикой.

В каждом из субъектов Северного Кавказа имеются достаточно большие территории, необходимые для сохранения целостной природной и историко-культурной среды, а не только отдельных памятников истории, культуры или природы. Веками проживавшие на этих территориях народы смогли не только сами приспособиться к экстремальным горным условиям, именно они сформировали единое целостное образование, включающее разнообразные культурные и природные ландшафты, в которых элементы традиционной культуры создают неповторимый облик каждого ущелья.

В каждом из субъектов бывшего Южного федерального округа разрабатывались региональные программы развития туристско-рекреационного комплекса, достаточно привлекательные, но страдающие одним недостатком — все они носили локальный характер. Нам представляется, что наиболее полно отвечающие современным условиям и требованиям программы должны предоставлять возможность посещения нескольких регионов — скажем, «Большой Кавказ», «Кавказ и Великий шелковый путь», «Христианские памятники Кавказа», «Замки и башни Кавказа», «Горы-пятитысячники Кавказа» и т.д.

В рамках реализации указанных программ необходимо создание историко-этнографических музеев-заповедников, воссоздание в примыкавших к феодальным резиденциям оборонительно-жилых постройках этнографических деревень с комплексом туристско-экскурсионных услуг, предполагающих размещение в индивидуальных домах-гостиницах, восстановленных и функционирующих в духе традиционных «кунацких», проведение этнографических праздников, карнавалов, конных путешествий, посещение археологических и этнографических достопримечательных мест, восстановление и сохранение традиционной этнокультурной среды обитания народов региона, сохранение и возрождение традиционных народных промыслов: изготовление с целью реализации национальной одежды, войлочных и шерстяных изделий, продукции художественной деревообработки, художественной обработки металлов, камнеобработки, издание научной и научно-популярной литературы, привлечение (за счет этнографического, национального колорита) дополнительных значительных потоков туристов, так называемый экстремальный, экологический и научно-познавательный туризм и т.д.

Очевидно, настало время, когда сложившуюся практику управления наследием, при которой основным принципом являлась безусловная консервация или музеефикация памятников, надо сочетать с иными формами и масштабами использования, которые не влекут за собой ухудшения состояния объектов, а разумно интегрируют их в себя и наполнят новой жизнью. Наша задача — задействовать местное население в сохранении привычного уклада жизни, развитии традиционных для данной местности видов хозяйствования и ремесленничества, а не только в сфере обслуживания туристов.

Гармоничное сочетание охраны природы и историко-культурного потенциала, рекреационного использования территории и традиционной хозяйственной деятельности возможно при следующих условиях:

— минимальное количество землепользователей, хозяйственная деятельность которых несовместима со статусом уникальной территории;

— недопустимость коренного преобразования ландшафтов рассматриваемой территории;

— государственная поддержка деятельности существующих и создаваемых на данной территории предприятий всех форм собственности, в особенности если их деятельность направлена на сохранение, возрождение, туристское освоение памятников и их естественной среды, воссоздание традиционного природопользования и бытового уклада;

— разработка и первоочередная реализация комплексных программ изучения и восстановления памятников истории и культуры.

Разрешение этих вопросов не может быть осуществлено в форме разовых мероприятий или кампаний, во всех случаях это относительно долговременный процесс, оптимальное управление которым возможно в рамках и в контексте региональной политики, интегрирующей в себе интересы федерального и местного уровней управления.

В силу своей трудоемкости и наукоемкости использование объектов культурного наследия (предполагающее полномасштабные исследования, реставрационные и консервационные работы, мероприятия по охране), приспособление памятников к целям и задачам познавательного туризма предполагают достаточно большие финансовые затраты. Однако выгоды, которые можно извлечь при комплексном подходе, будут несравненно больше, а главное — все это позволит наладить на качественно более высоком уровне индустрию туризма, которой некогда славился Юг России.