Проблемы законодательного регулирования отсрочки исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей

04-03-19 admin 0 comment

Яковлева Л.В.
Электронный ресурс, 2010.


Отсрочка исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей, существует в российском законодательстве более 17 лет, однако следует признать, что определенные пробелы закона в сфере регулирования рассматриваемого института все же существуют. В первую очередь необходимо остановиться на вопросах соотношения назначенного судом срока наказания и срока отсрочки, а также на соотношении сроков отсрочки и сроков давности обвинительного приговора.

По закону отсрочка может быть предоставлена осужденной, совершившей преступление любой степени тяжести, за исключением определенных категорий женщин (ч. 1 ст. 82 УК РФ). Соответственно максимальный размер наказания, назначаемого женщинам, определяется ст. 15 УК РФ и может составить от двух лет (за умышленные и неосторожные деяния небольшой тяжести) до десяти и свыше лет за умышленные тяжкие деяния.

Максимальный срок отсрочки составляет чуть более 14 лет. Закономерно возникает вопрос: есть ли смысл беременной женщине или женщине, имеющей ребенка, например, в возрасте одного — трех лет и совершившей умышленное преступление небольшой или средней тяжести, соглашаться на отсрочку, в результате чего она будет находиться под надзором гораздо более длительное время? Очевидно, что в каждом конкретном случае женщина сама должна решать, как ей поступить. Вопрос в том, гуманно ли ставить женщину перед таким выбором. Не спекулирует ли общество в этом случае материнскими чувствами? Вероятно, в этой части закон нуждается в определенной корректировке.

Полагаем, что наиболее целесообразно было бы закрепить в законе положение, в соответствии с которым срок отсрочки, предоставленной женщине, совершившей преступление небольшой или средней тяжести, считался бы истекшим спустя три года после окончания назначенного судом срока наказания. Этот срок аналогичен установленному в законе сроку погашения судимости за преступления данных категорий.

На женщин, осужденных за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, данное положение закона не распространялось бы. В отношении их действовала бы норма, закрепленная в действующем законодательстве, согласно которой окончание срока отсрочки определяется достижением ребенком определенного в УК РФ возраста.

В то же время нельзя забывать, что женщина совершила преступление, ей назначено соответствующее наказание, которое она должна была отбыть. Правильно ли будет досрочно освободить женщину, совершившую преступление небольшой или средней степени тяжести, как это предложено нами, если ребенок не достиг установленного в законе возраста? Разрешению складывающего противоречия могло бы послужить дополнительное ограничение срока отсрочки, помимо возраста ребенка. В некоторых публикациях предлагалось, например, при соблюдении указанных в законе требований наказание, отбывание которого отсрочено, считать отбытым по истечении срока, назначенного приговором суда, даже если ребенок не достиг указанного в законе возраста <1>.

———————————

<1> См.: Середа Е.В. Тенденции правового совершенствования исполнения наказания в виде лишения свободы в отношении женщин // Пенитенциарная система: настоящее и будущее. М., 2001. С. 41.

Одобрить это предложение нельзя. При его принятии окажется, что суд не предоставляет отсрочку отбывания наказания, а освобождает женщину из исправительного учреждения условно-досрочно. В качестве наложенной обязанности будет выступать требование о необходимости воспитывать собственного ребенка.

Действительно, отсрочка имеет ряд сходных черт с некоторыми институтами досрочного освобождения от отбывания наказания <2>, но не тождественна им. С условно-досрочным освобождением отсрочку роднит положение закона о правилах назначения наказания в случае совершения нового преступления. Только при предоставлении отсрочки к женщинам предъявлены более строгие требования, поскольку для них в любом случае будет действовать норма о назначении наказания по совокупности приговоров. К условно-досрочно освобожденной это правило будет применено, только если она совершит в течение оставшейся неотбытой части наказания умышленное преступление. При совершении неосторожного преступления положения закона о назначении наказания по совокупности приговоров будут действовать только в случае отмены судом условно-досрочного освобождения. Вместе с тем отсрочка, предоставляемая женщинам, и условно-досрочное освобождение являются разными уголовно-правовыми институтами, и основания их применения не могут быть одинаковыми. В отличие от условно-досрочного освобождения, женщине отсрочка предоставляется не только в зависимости от ее поведения и достигнутой степени исправления, но и в связи с медико-социальным фактором, которому придается правовое значение (беременность, наличие ребенка).

———————————

<2> См.: Кузнецова Н.Ф., Тяжкова И.М. Курс уголовного права. Т. 2. Общая часть. Учение о наказании. М.: Зерцало-М, 2002. С. 250.

Сопоставляя положения ст. 82 и 83 УК РФ, нельзя не заметить, что сроки предоставленной отсрочки противоречат нормам института давности обвинительного приговора. Согласно ст. 83 УК РФ лицо, осужденное за совершение преступления, освобождается от отбывания наказания, если обвинительный приговор суда со дня вступления его в законную силу не был приведен в исполнение в течение двух, шести, десяти или пятнадцати лет в зависимости от категории преступления. Совершенно справедливо поэтому А.И. Трахов задается вопросом об основаниях замены оставшейся части наказания при отсрочке более мягким по достижении ребенком четырнадцати лет. За исключением осужденных за особо тяжкие преступления к этому моменту у женщин истечет срок давности обвинительного приговора. Поэтому такие женщины должны освобождаться от дальнейшего отбывания наказания по истечении срока давности, и замена оставшегося срока наказания другим, более мягким наказанием неправомерна <3>.

———————————

<3> См.: Трахов А.И. Уголовный закон в теории и судебной практике. Майкоп, 2001. С. 44.

Соглашаясь в целом с приведенным выше мнением, хотелось бы обратить внимание на следующее обстоятельство. Как известно, отсрочка может быть предоставлена женщине с момента, когда по закону ей предоставляется отпуск по беременности и родам, и до достижения ребенком указанного в законе возраста. В связи с этим необходимо различать беременных женщин, которые воспользуются отсрочкой, и женщин, имеющих детей разного возраста. Иными словами, максимальный срок, на который может быть предоставлена отсрочка, составляет более 14 лет, минимальный — менее одного года. Говорить об истечении сроков давности преступлений небольшой, средней тяжести или тяжких можно только применительно к женщинам, срок отсрочки у которых больше установленных в УК РФ сроков давности. У женщины, имеющей, например, девятилетнего ребенка и осужденной за совершение тяжкого преступления, срок давности к моменту достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста не истечет. Учитывая приведенные выше аргументы, формулировку ч. 3 ст. 82 УК РФ следовало бы изменить с учетом соотношения срока отсрочки и сроков давности за преступления определенных категорий.

В неразрывной связи с проблемой сроков давности обвинительного приговора стоит вопрос о возможности отмены отсрочки. Трудно оспорить мнение А.И. Рарога, утверждающего, что отмену отсрочки на основании ч. 2 ст. 82 УК РФ можно производить только в течение двух лет со дня вступления в законную силу приговора, вынесенного за совершение преступления небольшой тяжести, и шести лет — приговора за преступления средней тяжести <4>. Иными словами, отменять отсрочку допустимо только в течение срока давности вынесенного обвинительного приговора.

———————————

<4> Высказанное мнение относилось к первоначальной редакции ст. 82 УК РФ, когда отсрочка предоставлялась до достижения ребенком 8-летнего возраста (см.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1996. С. 175).

Истоки нынешнего несовершенства закона следует искать, полагаем, в определенной механистичности заимствования нормы об отсрочке из УК 1960 г. Однако по УК 1960 г. отсрочка могла длиться до достижения ребенком трехлетнего возраста, и никаких противоречий с иными нормами Кодекса не возникало. Желание законодателя облегчить положение беременных женщин и матерей привело к продлению срока отсрочки сначала до 8, а затем до 14 лет. Однако эти нормы не были увязаны с другими нормами Общей части УК РФ и оказались в противоречии с некоторыми из них, а также и с принципом гуманизма уголовного законодательства в целом.

Разрешению создавшейся коллизии может способствовать изменение законодательства, в результате которого момент окончания отсрочки будет дифференцирован с учетом ряда обстоятельств. К последним относится категория совершенного женщиной преступления, назначенный судом срок наказания, а также возраст ребенка. Соответствующие изменения следует внести в ч. 1 ст. 82 УК РФ.

Ни в Уголовном, ни в Уголовно-исполнительном кодексе не установлено, предоставляется ли отсрочка в обязательном порядке всем женщинам, отвечающим закрепленным в законе условиям, или на это необходимо их согласие. Очевидно, предполагается, что женщина не возражает против применения к ней данного вида досрочного освобождения. Однако может случиться, что администрации исправительного учреждения захочется избавиться от женщины и отсрочку ей предоставят против ее воли. Во избежание произвола со стороны администрации при предоставлении отсрочки отбывания наказания следовало бы законодательно закрепить правило об обязательном письменном согласии женщины на применение к ней данной нормы.

В то же время нельзя не признать правильной практику предоставления отсрочки отбывания только основного наказания. Такое решение обусловливается природой дополнительных наказаний, которые призваны воздействовать на те сферы жизни осужденного, которые не охватываются основным видом наказания и в то же время позволяют учесть обстоятельства, способствовавшие совершению преступления. В качестве дополнительного наказания женщинам наиболее часто назначается лишение права занимать определенные должности. Если предположить, что исполнение и этого наказания будет отсрочено, то женщина может продолжать трудиться там же, где и прежде, а это незаконно, поскольку по этому поводу существует вступившее в законную силу решение суда. Смысл отсрочки заключается прежде всего не в избавлении женщины от содержащихся в наказании правоограничений, а в создании нормальных условий для ухода за ребенком. И если основное наказание реально не исполняется, то государство все же обязано повлиять на те стороны личности осужденной, которые проявились в преступлении и были учтены при назначении ей дополнительного наказания.

Нельзя согласиться с мнением ученых, полагающих, что наказание должно считаться отбытым автоматически, если до достижения ребенком установленного в законе возраста у осужденной женщины срок назначенного судом наказания истекает <5>. Действующее законодательство вполне оправданно предусматривает иной порядок освобождения этой категории женщин, не зависящий от факта истечения срока наказания. Вместе с тем даже при внесении в УК РФ предлагаемых нами изменений женщина не должна будет считаться отбывшей наказание автоматически. В любом случае ее поведение и отношение к ребенку должен оценить суд, чтобы принять соответствующее решение.

———————————

<5> См.: Комментарий к Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации. М.: ИНФРА-М-НОРМА, 1997. С. 387.

С целью облегчения процесса адаптации женщины в законодательстве заложены определенные социально-бытовые гарантии обеспечения жизни детей после освобождения матери по отсрочке. Согласно ч. 2 ст. 177 УИК РФ к представлению об освобождении осужденной женщины прилагается справка о согласии родственников принять ее и ребенка, предоставить им жилье и создать необходимые условия для проживания либо справка о наличии у нее жилья и необходимых условий для проживания с ребенком. Признать эти гарантии достаточными нельзя. Скорее, речь идет о минимальном уровне заботы, которую государство проявляет о подрастающем поколении. Женщина обязана будет сама или с помощью родственников обеспечивать надлежащие условия для воспитания ребенка.

Трудности, с которыми может столкнуться женщина после выхода на свободу, являются частью более общей проблемы социальной адаптации освобождаемых лиц. Для их успешного преодоления необходимо законодательное закрепление социальных и правовых гарантий, которое в настоящее время отсутствует <6>.

———————————

<6> См.: Петрова И.А. Отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2005. С. 13 — 14.

Закон не содержит запрета на повторное применение отсрочки в случае ее отмены. Полагаем, что некоторыми женщинами это право будет реализовываться, хотя в оправданности такого шага возникают сомнения <7>. С одной стороны, конечно, женщина может изменить свое отношение к ребенку в лучшую сторону, и этот факт нельзя не учитывать. Но с другой стороны, для предоставления ей отсрочки администрация учреждения должна будет располагать определенными данными о ее поведении, которые должны являться результатом наблюдения за осужденной в течение определенного времени. Вполне вероятно, что у осужденной за этот период может возникнуть право на условно-досрочное освобождение или замену наказания более мягким, которым она постарается воспользоваться. Поэтому теоретически не отрицаемое, на практике положение о повторном предоставлении отсрочки вряд ли будет часто применяться.

———————————

<7> См.: Гаджирамазанова П.К. Отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (уголовно-правовые, уголовно-исполнительные и криминологические проблемы): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Махачкала, 2002. С. 6.

В отношении женщины, добросовестно выполняющей материнские обязанности, не должно возникать конкуренции между нормами об отсрочке и замене наказания более мягким, хотя об этом пишет Л.В. Иногамова-Хегай, предлагая разрешать ее в пользу первой из них <8>. Во-первых, основания применения указанных видов освобождения различаются, и соответственно, могут быть разными фактические обстоятельства в каждом конкретном случае. Во-вторых, при одновременном возникновении у женщины права на оба вида досрочного освобождения и при наличии оснований для применения любого из них выбирать должна женщина, а администрация учреждения уже в соответствии со сделанным ею выбором подготовит необходимые документы в суд. Привлекательность замены заключается и в том, что она является безусловной. При совершении нового преступления к назначенному за него наказанию можно будет присоединять только неотбытую часть нового наказания, а при отсрочке по правилам совокупности приговоров присоединена будет неотбытая часть лишения свободы.

———————————

<8> См.: Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм об освобождении от наказания // Государство и право. 2000. N 2. С. 64.

Однако законодательная формулировка оснований отсрочки не дает ответа на вопрос, отбывание каких видов наказания может быть отсрочено женщине. С одной стороны, указание на отбывание наказания как бы предопределяет ограничение их только срочными наказаниями. В УК РФ к таким наказаниям относятся исправительные работы, ограничение свободы, лишение свободы и до сих не применяемый арест. Вместе с тем, поскольку отсрочка направлена на обеспечение воспитания ребенка его собственной матерью в условиях совместного проживания, ее нецелесообразно применять к осужденным к лишению права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, исправительным работам и ограничению свободы, поскольку женщины на время отбывания наказания остаются дома вместе со своими детьми.

С другой стороны, в ч. 1 ст. 177 УИК РФ говорится только о возможности предоставления отсрочки отбывания наказания женщине, находящейся в исправительной колонии. Следовательно, освобождение из других мест отбывания срочных наказаний исключается (например, из арестных домов). Кроме того, применять отсрочку к женщинам, осужденным к аресту, нецелесообразно, ввиду его краткосрочности и наличия ограничений на применение этого вида наказания к беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет (ч. 2 ст. 54 УК РФ).

Хотелось бы также отметить, что между УК РФ и УПК РФ существует терминологическое расхождение в обозначении рассматриваемой нормы. В УК РФ она именуется отсрочкой отбывания наказания. В УПК РФ, как и в УПК РСФСР, отсрочкой исполнения приговора (ст. 398 УПК РФ, ст. 361 УПК РСФСР), хотя в УПК РСФСР содержалась статья, предусматривавшая порядок освобождения от наказания осужденного, в отношении которого исполнение приговора отсрочено, или отмены отсрочки отбывания наказания (ст. 362.3). В свою очередь, УК 1960 г. включал статью об отсрочке исполнения приговора (ст. 46). В настоящее время, когда в УК РФ сохранена только статья об отсрочке отбывания наказания, а в УПК РФ по-прежнему упоминается об отсрочке исполнения приговора, приходится согласиться, что речь должна идти об одном и том же правовом явлении. Кроме того, в УПК РФ среди вопросов, подлежащих рассмотрению судом при исполнении приговора (ст. 397), не упоминается о предоставлении отсрочки отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей. Буквально толкуя норму уголовно-процессуального закона, придется признать, что суд может рассмотреть соответствующий вопрос только при постановлении приговора, а не в процессе отбывания назначенного женщине наказания.

Органом, осуществляющим контроль за поведением женщины, которой предоставлена отсрочка, является уголовно-исполнительная инспекция. Полномочия уголовно-исполнительных инспекций в отношении осужденных женщин, отбывание наказания которым отсрочено, подробно описаны в ст. 178 УИК РФ и продублированы в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 8 от 21 апреля 2009 г. «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» <9> (п. 25, 26).

———————————

<9> См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2009. N 5.

Вместе с тем представляется неоправданным отсутствие в законе положения о возможности досрочного прекращения отсрочки при хорошем поведении женщины и добросовестном отношении к воспитанию ребенка. Современная правовая регламентация контроля за поведением женщины отводит уголовно-исполнительным инспекциям роль только карающего органа. Вместе с тем если бы у женщин был дополнительный стимул для досрочного изменения своего правового положения во время отсрочки, а уголовно-исполнительная инспекция обладала бы полномочием по направлению соответствующего ходатайства в суд, то осужденные могли бы более ответственно относиться к соблюдению предписаний закона и точнее выполнять предъявляемые к их поведению требования.