Задержание и доставление лица, причастного к совершению преступления

04-03-19 admin 0 comment

Вольский В.
Законность, 1998.


В. Вольский, прокурор Киренского района Иркутской области.

Ни в действующем УПК, ни в проекте УПК РФ понятие «задержание лица, причастного к совершению преступления» не упоминается. Вместе с тем, этот вопрос не может быть оставлен без внимания, поскольку он неразрывно связан с соблюдением прав и свобод человека. Речь идет о «захвате» и доставлении в орган внутренних дел лица, в отношении которого есть оперативно — розыскные данные о совершении им преступления, хотя оснований для задержания в порядке ст. 122 УПК РСФСР еще нет.

Причастный — имеющий непосредственное отношение, касательство к чему-нибудь <*>.

———————————

<*> Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1986. С. 522.

На практике различаются два вида задержания: без составления и с составлением протокола задержания по основаниям ст. 122 УПК РСФСР.

При втором виде задержания вроде бы не возникает проблем. Однако протокол задержания составляется, как правило, лишь после доставления фактически задержанного в орган дознания (как правило — милицию), к следователю или к прокурору. Уголовно — процессуальный закон исходит из того, что кто-то фактически задержит подозреваемого на месте происшествия (ином месте) и доставит его в орган дознания, к следователю или к прокурору. Кто это должен сделать и в каком порядке — закон не отвечает (исключение составляет ст. 94 УПК УССР, допускающая задержание подозреваемого частными лицами). Поэтому следует признать, что задержание без составления протокола практически остается «незамеченным». Возможности прокурорского надзора за соблюдением законности при таком, не урегулированном процессуальным законом, принуждении фактически сводятся к нулю.

В отношении такого задержанного (доставленного) возможны меры, которые могут повлечь признание в совершении преступления без соблюдения тех гарантий, которые установлены законом для подозреваемого и обвиняемого. При этом, однако, в материалах уголовного дела не будет сведений о том, при каких обстоятельствах получено признание в совершении преступления.

Как правило, допроцессуальное задержание осуществляется оперативными работниками уголовного розыска, ОБЭП, РУОП, органов ФСБ. Статья 6 Закона «Об оперативно — розыскной деятельности» позволяет проводить такие оперативно — розыскные мероприятия, как опрос граждан, отождествление личности. Согласно его ст. 7 основания для проведения оперативно — розыскных мероприятий — сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Итак, если есть разрешенная законом возможность проведения опроса и сведения о совершении преступления и лицах, его совершивших, но нет достаточных оснований для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, то в этих случаях может осуществляться «захват» (доставление) для проведения опроса.

Чем может быть регламентирован вызов по повестке лица, в отношении которого есть оперативно — розыскные данные, дающие основания для проведения опроса, и каким процессуальным документом должен быть задокументирован?

Как соотнести права милиции вызывать граждан и должностных лиц по делам и материалам, находящимся в производстве милиции, и получать от них объяснения, с правом гражданина, не являющегося подозреваемым или обвиняемым, не являться в органы милиции?

Результаты оперативно — розыскной деятельности могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно — процессуального законодательства, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств (ст. 11 Закона «Об оперативно — розыскной деятельности»). Кроме того, допустимыми могут быть признаны при наличии оснований, предусмотренных УПК, результаты оперативно — розыскных мероприятий, осуществленных как до возбуждения уголовного дела, так и в процессе производства по нему; как произведенных в соответствии с собственной компетенцией органов, осуществляющих оперативно — розыскную деятельность, так и по поручению следователя <*>. Проект УПК РФ (ч. 2 ст. 68) определяет, что фактические данные и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, устанавливаются также и иными документами. К таковым, безусловно, могут быть отнесены письменные результаты опроса.

———————————

<*> Миньковский Г.М. В кн.: Научно — практический комментарий к Уголовно — процессуальному кодексу РСФСР. М.: «СПАРК», 1996. С. 112.

Исходя из буквального толкования этого понятия, опрашиваемое лицо не может быть признано свидетелем, подозреваемым или обвиняемым. Полученные от него данные фиксируются в письменных объяснениях, в которых нет упоминания о разъяснении опрашиваемому его прав, предусмотренных ст. 51 Конституции, нет отметки о том, что он отказывается от оказания ему юридической помощи и от услуг адвоката (ст. 48 Конституции). Объяснения приобщаются к материалам уголовного дела, если он признается в совершении преступления. Одновременно они являются поводом для задержания в порядке ст. 122 УПК. Если же опрашиваемый не дает «нужных» показаний, то письменные объяснения, как правило, вообще не составляются.

Проведение опроса в подавляющем большинстве случаев проводится в помещениях органов внутренних дел. К этому стремятся оперативные работники, поскольку — одно дело давать или не давать объяснения по месту жительства опрашиваемого и другое — в стенах правоохранительных органов, что само по себе оказывает на гражданина определенное психологическое воздействие.

Доставление гражданина в орган внутренних дел должно фиксироваться в дежурной части. Это требование зачастую игнорируется, поскольку, если в книге доставленных произвести отметку о времени и мотивах доставления, а затем в кабинете оперативного работника вести опрос, который не даст желаемого результата, то может возникнуть вопрос о превышении должностных полномочий или незаконном задержании (ст. ст. 286, 301 УК РФ). Поэтому зачастую опрашиваемого сразу доставляют в кабинет оперработника, где он может содержаться длительное время, в течение которого производится опрос.

Фактически это лицо является задержанным по подозрению в совершении преступления, но на него искусственно не распространяются конституционные и уголовно — процессуальные гарантии. Но ни действующий УПК, ни проект УПК РФ не включают это время в срок его держания. Фактически лицо лишено свободы с момента его задержания на месте и доставления. В отдаленных местностях со слабо развитой сетью путей сообщения и неблагоприятными климатическими условиями доставление задержанного может продолжаться долго.

Таким образом, доставление в милицию гражданина для опроса на основании ст. ст. 6 — 7 Закона об ОРД и задержание по ст. 122 УПК по своей сути, на наш взгляд, одинаковые понятия. Причем первое более «удобно» для работников милиции, которые не намерены «утруждать» себя соблюдением процессуальных гарантий доставленного (для беседы — так иной раз в повестках указывают причину вызова) или задержанного. Отсутствие в проекте УПК норм, регламентирующих права и обязанности граждан и работников милиции при проведении доставления и опроса, фактически означает предоставление милиции чрезвычайных прав при раскрытии преступлений, сопряженных, как правило, с нарушением закона. Как некие «успехи в борьбе с преступностью» представляют общественности ответственные сотрудники МВД РФ с экранов телевизоров случаи, когда вооруженные, в масках работники ОМОНа и СОБРа врываются в рестораны, квартиры, заставляют находящихся в них лечь на пол и т.п. Дескать, пресекли преступную сходку «авторитетов», «воров в законе». Впоследствии оказывается, что и уголовное дело не возбуждается, и практически всех «задержанных» таким образом отпускают.

Систематические нарушения полицией конституционной привилегии против самообвинения вынудили Верховный суд США в 1966 г. при решении по делу Миранды установить общие правила допроса подозреваемого. Гражданину, задержанному полицией по подозрению в совершении преступления, должно быть прежде всего объявлено, что он имеет право не давать показания вообще. Полиция обязана также разъяснить ему, что он вправе пригласить на допрос адвоката, что адвокат будет назначен, если задержанный беден, и что его показания, коль скоро он добровольно согласится их дать, могут быть использованы против него на суде. Нарушение этого правила полицией влечет за собой исключение признания подозреваемого из материалов дела и безусловную отмену обвинительного приговора, даже если в деле были иные, кроме показаний обвиняемого, доказательства вины.

Это правило стало именоваться «правилом Миранды», а напоминание подозреваемому о его правах — «предупреждением Миранды».

Действительно ли новые требования сильно связали руки полиции в борьбе с преступностью?

Бывший Генеральный атторней США Р. Кларк, который писал, что «в одних юрисдикциях эти предписания вообще, как правило, не выполняются — таких большинство, в других — их выполняют не во всех случаях и, наконец, в третьих — выполняют неправильно».

В США нет учреждения с функциями прокурорского надзора: органы обвинения — атторнейские службы не надзирают за полицейским расследованием, неохотно привлекают к ответственности полицейских, допускающих злоупотребления. Разумеется, обвинители не могут открыто поощрять незаконную полицейскую практику, о которой они знают. Но они делают вид, что не имеют ни малейшего понятия об этом.

Возможности прокуратуры в Российской Федерации значительно шире. Однако размытость норм о процессуальном статусе задержанного и опрашиваемого лишает ее возможности в полной мере обеспечивать соблюдение конституционных гарантий граждан при расследовании по уголовным делам.

Так или иначе, во всех случаях «захвата» лица, в отношении которого есть оперативно — розыскные данные о том, что оно может быть причастным к совершенному, совершаемому или подготовляемому преступлению, должен составляться соответствующий протокол. Субъектами составления такого документа могут быть любые работники правоприменительных органов, на которых распространяется действие законов о милиции, оперативно — розыскной деятельности, безопасности и др. Если же «захват» и доставление произведены другими гражданами (частными лицами), то протокол с их слов составляют названные работники.

По нашему мнению, в законе следует урегулировать отношения, возникающие в случаях фактического захвата (поимки) и доставления лица в органы дознания и (или) предварительного следствия, в отношении которого нет достаточных оснований для решения о возбуждении уголовного дела. Ведь не случайно в ст. 85 проекта УПК РФ идет речь о том, что в срок не более трех часов после доставления задержанного… составляется протокол.

Имеет смысл дополнить гл. 11 «Задержание подозреваемого» проекта УПК статьей следующего содержания:

«Статья 89.1. Доставление лица, в отношении которого отсутствуют достаточные основания для задержания в качестве подозреваемого.

1. В отношении лица, доставленного в органы, осуществляющие оперативно — розыскную деятельность в связи с проведением оперативно — розыскных мероприятий, но при отсутствии достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, а также переданного указанным органам гражданами, полагающими, что лицо причастно к совершению преступления, составляется протокол доставления с соблюдением гарантий, предусмотренных для задержанного по подозрению в совершении преступления.

2. Протокол должен содержать следующие данные: должность, фамилия, имя, отчество лица, составившего протокол, время и место его составления; подробные данные о лице, в отношении которого составлен протокол; основания составления протокола (если таковыми являются оперативно — розыскные данные, то об этом должно быть указано без их расшифровки); время, место и обстоятельства захвата и доставления; отметка о разъяснении прав, предусмотренных ст. ст. 48, 51 Конституции.

3. Не позднее трех часов после доставления при отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела и задержания по подозрению в совершении преступления лицо подлежит освобождению на основании постановления начальника органа, осуществляющего оперативно — розыскную деятельность.

4. Копии протоколов доставления и постановления об освобождении немедленно направляются прокурору».

На наш взгляд, предлагаемая норма позволит обеспечить гарантии гражданам от необоснованного ограничения права на свободу и неприкосновенность личности.