Квалификация преступлений, совершенных в соучастии

04-03-19 admin 0 comment

Кладков А.
Законность, 1998.


А. Кладков, профессор кафедры уголовного права МГЮА.

Часть 1 ст. 34 УК РФ устанавливает, что ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления. Несомненно, что характер участия каждого соучастника в совершенном преступлении должен найти отражение и в квалификации содеянного им. Однако указания УК требуют уточнения.

Действия соисполнителей в соответствии с ч. 2 ст. 34 УК должны быть квалифицированы только по статье Особенной части без ссылки на ст. 33 УК, в которой дается определение каждого вида соучастника.

Рассмотрим вначале ситуацию, когда исполнителем преступления было одно лицо. Хотя в ч. 2 ст. 34 УК говорится о соисполнителях, но изложенное в ней требование относится и к единоличному исполнителю преступления.

Выполнение указанного в ч. 2 ст. 34 УК требования означает, что квалификация деяния исполнителя скроет тот факт, что преступление совершил он не один, а в соучастии (так называемом сложном соучастии, т.е. с распределением ролей, когда помимо исполнителя есть хотя бы еще один преступник — организатор, подстрекатель или пособник либо все сразу). Чтобы отразить в этом случае факт соучастия, надо бы предусмотреть в УК, что и действия исполнителя (при сложном соучастии) следует квалифицировать со ссылкой на ст. 33 УК и ту ее часть, в которой дается понятие исполнителя.

В той связи целесообразно изложить понятия исполнителя и понятие соисполнителя преступления в разных частях ст. 33 УК, указав, что под соисполнителем понимается лицо, выполнившее полностью или частично совместно с другим (другими) объективную сторону преступления. Это необходимо сделать потому, что при наличии двух или более исполнителей (соисполнителей) преступления оно признается совершенным группой и при назначении наказания за него должны учитываться требования об обязательном усилении назначаемого наказания, изложенные в ч. 7 ст. 35 УК. При нынешней редакции ч. 2 ст. 34 УК на нее нельзя ссылаться при квалификации деяний исполнителя преступления, если он один, ибо в ней сказано о соисполнителях.

Деяния организатора, подстрекателя и пособника ч. 3 ст. 34 УК требует квалифицировать по статье Особенной части со ссылкой на ст. 33 УК, однако не обязывает указывать соответствующую часть этой статьи, в которой дается понятие вида соучастника.

Однако для отражения характера участия в совершенном преступлении необходимо указывать не только ст. 33 УК, но и ее часть. А если соучастник выступал в нескольких качествах, например, подстрекателя и пособника, то ссылка должна делаться на обе части (в данном случае на ч. 4 и ч. 5 ст. 33 УК). Это, кстати, возможно и без внесения каких-либо изменений и дополнений в УК. В противном случае (со ссылкой только на ст. 33 УК) квалификация будет скрывать роль и, соответственно, опасность соучастника.

В соответствии с ч. 1 ст. 35 УК преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя (а точнее, соисполнителя) преступления. Соответственно ст. 35 УК указывает четыре вида преступных групп.

Совершение же преступления при сложном соучастии, т.е. с распределением ролей, УК не относит к числу преступлений, совершенных группой. Такая позиция не безупречна, ибо и в таком случае преступление совершает не один человек — двое или более преступников объединяют свои усилия.

Когда преступление совершено группой соисполнителей, возникает вопрос: как квалифицировать действия каждого из них, если нормой Особенной части УК группа (или ее вид) не предусмотрена в качестве обязательного или квалифицирующего признака состава?

Исходя из требования, изложенного в ч. 2 ст. 34 УК, деяния каждого соисполнителя должны быть квалифицированы только по статье Особенной части УК. Если, например, группой лиц (причем независимо от степени ее соорганизованности) совершен вандализм (ст. 214 УК), то действия каждого преступника будут квалифицированы как действия исполнителя — одиночки. Ясно, что такая квалификация не отражает, а, наоборот, скрывает истинное положение вещей, маскирует роль каждого из соучастников. Такая квалификация не соответствует требованию обязательного усиления наказания, предусмотренному ч. 7 ст. 35 УК.

Положение может быть исправлено дополнением ст. 35 УК о том, чтобы квалифицировать действия соисполнителя преступления в случаях, когда группа не указана в норме Особенной части УК как обязательный или квалифицирующий признак состава, по статье Особенной части с обязательной ссылкой на соответствующую часть ст. 35 УК в зависимости от того, членом какой группы был соисполнитель.

Новый УК не решил вопрос, как квалифицировать действия исполнителя преступления, если в группе только он один отвечал признакам субъекта преступления, а остальные члены такими признаками не обладали, например, были невменяемы или не достигли указанного в законе возраста. Известно, что только по трем видам преступлений — грабеж, разбой и изнасилование — даны разъяснения Пленума Верховного Суда РФ признавать их в подобных случаях совершенными группой, несмотря на то, что к уголовной ответственности привлекается только один человек.

А как быть с остальными преступлениями? Распространять указанные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ на них тоже? Ответ на этот вопрос — по существу вопрос об основании (или отсутствии основания) применения даже санкции, предусматривающей смертную казнь. Если убийство, совершенное в подобных случаях, считать групповым, его надо квалифицировать по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК (санкция за убийство допускает смертную казнь), если нет, то по ч. 1 ст. 105 УК (максимальное наказание — лишение свободы до 15 лет).

Этот вопрос должен решить сам УК. При положительном его решении, т.е. о признании преступления групповым, возникает другой сложный вопрос: с какого минимального возраста лицо может считаться членом группы, хотя и не являющимся субъектом преступления. Нельзя же считать преступление групповым на том основании, что оно совершено вместе, например, с дошкольником. Ведь фактически дети выступают «в руках» преступника в качестве «орудия» совершения преступления. Но нельзя отрицать и тот факт, что у группы, особенно когда ее члены лишь немного не «дотягивают» до установленного законом возраста, больше возможностей для совершения преступления, опасность его повышается. Для поиска правильного законодательного решения вопроса необходимо обобщение судебной практики и предложений научных и практических работников.

В ч. 4 ст. 34 УК сказано, что лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части УК (специальным субъектом), участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, несет уголовную ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя или пособника.

Это положение не вызывает трудностей, когда выполнение объективной стороны преступления невозможно не специальным субъектом, например, при дезертирстве (ст. 338 УК). Но в некоторых составах преступления со специальным субъектом есть такая возможность. Например, при изнасиловании (ст. 131 УК), специальным субъектом которого является мужчина. Объективная сторона этого состава состоит из полового сношения и физического насилия или угрозы его применения. Ясно, что часть объективной стороны — применить насилие или угрожать его применением — может и женщина, не являющаяся специальным субъектом этого преступления. По предыдущему УК они признавались субъектами группового изнасилования. Новый УК предложил считать их в подобных случаях пособниками изнасилования. Но пособник (женщина) и исполнитель (мужчина) не образуют группу, дающую основание в соответствии со ст. 35 УК для признания изнасилования групповым.

В связи с этим новый УК обладает обратной силой в отношении групповых изнасилований, совершенных до 1 января 1997 г., с участием женщин, когда они признавались соисполнителями. Однако применение обратной силы порождает ряд вопросов. И не только связанных со снижением наказания. Если изнасилование в силу отсутствия группы подлежит переквалификации по ч. 1 ст. 131, то для возбуждения уголовного дела требуется заявление потерпевшей. Но его сейчас по тем или иным причинам может быть и невозможно получить, тем более когда речь идет о распространении обратной силы на отбывающих или даже отбывших наказание. Подлежит ли в таком случае дело прекращению за отсутствием жалобы потерпевшей, а отбывающий наказание освобождению от него?

В составе изнасилования в качестве квалифицирующего признака указана организованная группа (п. «б» ч. 2 ст. 131 УК). Члены организованной группы признаются соисполнителями преступления, хотя лично кто-то из них может и не выполнять объективную сторону преступления. Членом такой организованной группы может быть и женщина и в этом качестве признаваться соисполнителем изнасилования.

Представляется, что ч. 4 ст. 34 УК целесообразно было бы продолжить, указав после слова «пособника»: «за исключением случаев, когда не специальный субъект является членом организованной группы или в составе иной группы выполняет хотя бы частично объективную сторону преступления и, следовательно, является соисполнителем».