Особенности соглашения о новации в процедуре несостоятельности (банкротства)

04-03-19 admin 0 comment

Аминов Е.Р.
Электронный ресурс, 2010.


В статье анализируются особенности соглашения о новации в рамках процедуры несостоятельности (банкротства). Автор рассматривает специфику гражданско-правового соглашения о новации в рамках процедуры конкурсного производства, а также на примере мирового соглашения.

Ключевые слова: арбитражный процесс, несостоятельность (банкротство), новация, мировое соглашение.

The article analyses peculiarities of agreement of novation within the framework of the procedure of insolvency (bankruptcy). The author considers the specifics of civil-law agreement of novation within the procedure of competitive proceeding and also at the example of amicable agreement.

Key words: arbitrazh procedure, insolvency (bankruptcy), novation, amicable agreement.

Гражданский кодекс Российской Федерации <1> вводит детальное нормативное регулирование такого способа прекращения обязательств по соглашению сторон, как новация (ст. 414 ГК РФ). Несмотря на то что данный способ прекращения обязательств отсутствовал в российском и советском законодательстве на протяжении длительного периода, в теории гражданского права возможность прекращения обязательств новацией признавалась всегда. В литературе отмечалось, что указанный институт, как правило, используется в рамках обычной практики гражданского оборота <2>. Однако действующее законодательство о несостоятельности (банкротстве) содержит специальные правила регулирования соглашения о новации как способа прекращения гражданско-правовых обязательств в процедуре банкротства должника (ч. 9 ст. 142, ч. 1 ст. 156 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» <3>). Представляется, что указанные специальные правила о новации подлежат самостоятельному исследованию, так как новация является прежде всего институтом материального права, рассчитанного для применения в обычной практике гражданского оборота.

———————————

<1> См.: Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (в ред. от 27 декабря 2009 г.) // СЗ РФ. 1994. N 32. Ст. 3301 (далее — ГК РФ).

<2> См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юрид. лит., 1975. С. 193; Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. М.: Юрид. лит., 1950. С. 408 — 409; Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Под ред. С.Н. Братуся, О.Н. Садикова. 3-е изд., испр. и доп. М.: Юрид. лит., 1982. С. 233.

<3> См.: Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в ред. от 27 декабря 2009 г.) // СЗ РФ. 2002. N 43. Ст. 4190 (далее — Закон о банкротстве).

Следует отметить, что особенности новации как способа прекращения обязательств, как гражданско-правовой сделки в рамках процедуры несостоятельности (банкротства) обусловлены целым рядом причин в связи с комплексным характером регулирования отношений, возникающих при несостоятельности (банкротстве) субъектов предпринимательской деятельности.

Институт несостоятельности характеризуют определенные цели, которые свойственны всем стадиям процедуры банкротства, и задачи, относящиеся к конкретным ее стадиям (наблюдение, конкурсное производство и т.д.), находящиеся на стыке частноправовых и публичных начал в правовом регулировании. В юридической литературе подчеркивается, что основной целью процедуры банкротства является восстановление платежеспособности должника как в частных интересах отдельных кредиторов, так и в интересах государства, участвующего в банкротстве через специально уполномоченные органы для решения социальных задач — «создания эффективного механизма обеспечения стабильности и устойчивости рыночных отношений», защиты прав и законных интересов отдельных категорий граждан, недопустимости возникновения негативных последствий для общества и экономической системы государства в результате неспособности хозяйствующего субъекта в полном объеме удовлетворить взятые на себя денежные и иные обязательства <4>. Заявленные цели института несостоятельности (банкротства) достигаются решением различных задач, свойственных отдельной стадии процедуры банкротства, например, на стадии конкурсного производства — обеспечение сохранности имущества должника в целях формирования конкурсной массы, соразмерное и справедливое удовлетворение требований кредиторов за счет имущества должника, защита прав и законных интересов кредиторов при принудительной продаже имущества должника, составляющего конкурсную массу.

———————————

<4> См.: Карелина С.А. Механизм правового регулирования отношений несостоятельности. М.: Волтерс Клувер, 2008. С. 339 — 348.

Специфические цели и задачи процедуры банкротства с необходимостью требуют соответствующих им методов, приемов и средств правового регулирования отношений, складывающихся в связи с неплатежеспособностью должника. Во многом это достигается наличием публично-правовых норм, несвойственных гражданскому праву. Действительно, достижение подобных целей и задач государство не может и не должно отдать всецело на усмотрение участников гражданского оборота — кредитора и должника, действующих своей волей и в своем интересе (п. 2 ст. 1 ГК РФ). В связи с этим в законодательстве о банкротстве появляются правовые институты, юридические конструкции, несвойственные гражданскому праву, во многом неприемлемые им. Этому имеется вполне разумное обоснование: публичные отношения не могут регулироваться частноправовыми средствами <5>.

———————————

<5> См.: Алексеев С.С. Общая теория права: В 2 т. Т. I. М.: Юрид. лит., 1982. С. 295 — 296.

Юридический инструментарий современного гражданского права, основанный на признании самостоятельности и независимости участников гражданских правоотношений, их автономии в регулировании имущественных отношений, недопустимости произвольного вмешательства в частные дела (п. 1 ст. 1 ГК РФ), не способен решить задачи, стоящие в процедуре банкротства. Так, появляются институты, «чуждые» общей концепции Гражданского кодекса Российской Федерации <6>, например запрет на применение такого способа прекращения обязательств, как зачет, при введении процедуры наблюдения; мораторий на удовлетворение требований кредиторов в ходе внешнего управления; прекращение начисления процентов, неустоек (штрафов, пеней) и иных санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств при открытии процедуры конкурсного производства и т.п. Гражданское право подобного не приемлет, однако законодательство о банкротстве допускает, при этом в процедурах несостоятельности многие права и обязанности участников обязательственных отношений (кредитора и должника) зачастую из гражданских правоотношений <7>.

———————————

<6> См.: Алексеев С.С. Кодекс цивилизованного рынка. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая / Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. М.: МЦФЭР, 1996.

<7> См.: Химичев В.А. Защита прав кредиторов при банкротстве. М.: Волтерс Клувер, 2005. С. 33.

Несмотря на наличие подобного «публичного» элемента в правовом регулировании процедуры несостоятельности возникающие в связи с неплатежеспособностью должника в имущественной сфере отношения не перестают утрачивать свой гражданско-правовой характер: обязательственные отношения продолжают регулироваться нормами гражданского права — и понятия, и термины обязательственного права понимаются законом о банкротстве в контексте гражданско-правовой доктрины (договор, обязательство, убытки и т.п.). В связи с этим частноправовые конструкции используются и должны использоваться при регулировании отношений в сфере несостоятельности (банкротства). Это касается как применения отдельных юридических конструкций (договор залога, уступки права требования, соглашение о новации, зачет т.д.), так и в субсидиарного применения к обязательственным отношениям норм гражданского законодательства. Такая «двуединая» природа отношений несостоятельности (банкротства) и правовых норм, их регулирующих, определяет институт несостоятельности (банкротства) как комплексный, включающий в себя не только нормы гражданского права, но и публичные, имеющие административно-властный характер, что, безусловно, оказывает влияние на институт новации <8>.

———————————

<8> См.: Белых В.С., Дубинчин А.А., Скуратовский М.Л. Правовые основы несостоятельности (банкротства): Учебно-практическое пособие / Под общ. ред. проф. В.С. Якушева. М.: НОРМА, 2001. С. 22.

Специфику отношений несостоятельности (банкротства), помимо вышесказанного, определяет тот факт, что процедура банкротства регулируется специальными нормами арбитражного процессуального законодательства (гл. 28 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) <9>. Так, С.А. Карелина отмечает, что «в целом все законодательство о несостоятельности представляет собой сплав частноправовых и публично-правовых норм, в котором тесно переплетаются материальные и процессуальные нормы (основная часть процессуальных норм, регламентирующих порядок разрешения дел о банкротстве, содержится в гл. III Закона о несостоятельности 2002 г.); кроме этого, часть норм процессуального характера включена в главы, касающиеся особенностей применения процедур банкротства в отношении отдельных участников имущественного оборота» <10>. Процессуальный аспект регулирования отношений несостоятельности определяется также и тем, что процедура несостоятельности происходит под общим руководством и контролем арбитражного суда, судебные акты которого влияют не только на динамику процессуальных правоотношений, но и на движение материальных правоотношений, имеющих гражданско-правовой характер (например, определение о введении процедуры наблюдения, определение о включении в реестр требований кредиторов, определение об утверждении или расторжении мирового соглашения, решение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении его процедуры конкурсного производства, определение о завершении конкурсного производства) <11>. Действующий Закон о банкротстве расширил полномочия арбитражного суда на всех стадиях процедуры несостоятельности, фактически возложив на него «управленческие» функции по ведению всего процесса банкротства: от стадии наблюдения до стадии конкурсного производства.

———————————

<9> См.: Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. N 95-ФЗ (в ред. от 9 марта 2010 г.) // СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3012 (далее — АПК РФ). Так, в специальной литературе подчеркивается, что «Закон о банкротстве представляет собой интерес… по той причине, что он формулирует и сводит воедино нормы, регулирующие как отношения материально-правового характера, так и нормы, которыми регламентируются процессуальные отношения. С этой точки зрения Закон о банкротстве как никакой другой позволяет рельефно отобразить взаимосвязи между материальным и процессуальным правом, а в прагматическом плане дает возможность наиболее результативно обеспечить обслуживание нормами процессуального права материально-правовых отношений». См.: Скворцов О.Ю. Соотношение законодательства о несостоятельности (банкротстве) и арбитражного процессуального законодательства // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 8. С. 28.

<10> Карелина С.А. Указ. соч. С. 331.

<11> См.: Дорохина Е.Г. Характер полномочий арбитражного суда в деле о банкротстве // Журнал российского права. 2007. N 8. С. 50 — 51.

Комплексный характер Закона о банкротстве, совмещение гражданско-правовых и публичных начал в регулировании обязательственных отношений, а также процессуальный аспект в правовом регулировании отношений несостоятельности (банкротства) определяют особый правовой режим соглашения о новации.

Представляется, что новация в таких отношениях должна быть рассмотрена на стыке публичного и частного (гражданского) права.

Обратимся непосредственно к анализу специальных норм о новации в Законе о банкротстве. Так, в соответствии с ч. 9 ст. 142 Закона о банкротстве погашение требований кредиторов путем заключения соглашения о новации обязательства в конкурсном производстве не допускается. Закон предусматривает императивный запрет на новацию обязательств в рамках процедуры конкурсного производства. Однако имеется ли обоснование данного запрета? Исходя из смысла гл. VII Закона о банкротстве целью конкурсного производства является, во-первых, соразмерное удовлетворение всех требований кредиторов, включенных в соответствующий реестр на стадии наблюдения или после опубликования сообщения о признании должника несостоятельным (банкротом). При столкновении законных интересов кредиторов в процессе конкурсного производства решается задача пропорционального распределения среди кредиторов конкурсной массы. Во-вторых, данная стадия направлена на «обеспечение определенности имущественного положения сторон в делах о банкротстве» <12>. В-третьих, на надлежащее завершение мероприятий по ликвидации несостоятельного должника, что в конченом итоге влечет исключение должника из Единого государственного реестра юридических лиц на основании определения суда о завершении конкурсного производства (ч. 3 ст. 149 Закона о банкротстве). При такой постановке целей конкурсного производства законодательный запрет на новации очевиден и обоснован. Новация предполагает возникновение нового обязательства должника с иным предметом или способом исполнения, причем подразумевается возникновение именно новой обязанности на стороне должника <13>. В связи с этим ни о какой правовой определенности в отношении имущества должника и его обязательств перед кредиторами речи не идет, что может привести к невозможности формирования конкурсной массы в результате инвентаризации имущества должника. Соглашение о новации также может быть расторгнуто по договоренности сторон, признано судом недействительным или незаключенным. В связи с этим первоначальное обязательство не прекращается, что может нарушить сложившиеся имущественные отношения между кредиторами, с одной стороны, и должником — с другой. Более того, конкурсный кредитор, заключающий соглашение о новации на рассматриваемой стадии, включен в реестр требований кредиторов, так как его требования к должнику подтверждены определением арбитражного суда. Возникновение новой обязанности (обязательства) должника перед таким конкурсным кредитором ведет к процессуальным проблемам, вызванным необходимостью дальнейшего подтверждения требований кредитора к должнику, так как процессуального механизма для отмены такого определения ни в АПК РФ, ни в Законе о банкротстве не существует. Ситуация усугубляется при истечении процессуального срока на обжалование вступившего в законную силу определения суда о включении такого кредитора в реестр требований кредиторов должника. Более того, обязательство кредитора, заключившего соглашение о новации, может быть квалифицировано как текущие платежи в соответствии со ст. 5 Закона о банкротстве, что изменит правовой статус конкурсного кредитора в рамках рассмотрения дела о банкротстве (ч. 2 ст. 5 Закона о банкротстве). Возникновение нового обязательства на стадии конкурсного производства с иным предметом или способом исполнения, а часто и с иным основанием (causa) может также нарушить пропорциональность и очередность удовлетворения требований конкурсных кредиторов, так как формально Гражданский кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо юридически значимых требований к новирующему обязательству, указывая только на необходимость изменения предмета или способа исполнения первоначального обязательства.

———————————

<12> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2004 г. N 254-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации на нарушение конституционных прав гражданки М.Г. Ершовой положением пункта 5 статьи 114 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» // СПС «КонсультантПлюс». Далее судебные акты будут цитироваться из СПС «КонсультантПлюс».

<13> См.: Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. соч. С. 408; Каган Е. Соглашение о новации, или соглашение об отступном // ЭЖ-Юрист. 1999. N 19. С. 3.

Очевидно, что возникновение нового обязательства перед кредитором может создать препятствия для завершения процедуры конкурсного производства в связи с несоответствием сроков данной процедуры и срока исполнения возникающего обязательства. В связи с этим в юридической литературе обоснованно отмечается, что, «поскольку в результате завершения конкурсного производства должник будет ликвидирован, погашение требований кредиторов путем заключения соглашения о новации обязательства в конкурсном производстве не допускается» <14>.

———————————

<14> Пустовалова Е.Ю. Судьба требований кредиторов при банкротстве должника. М.: Статут, 2003. С. 196.

Указанные выводы подтверждаются тем, что в анализируемой норме ч. 9 ст. 142 Закона о банкротстве нет подобного запрета на применение соглашения об отступном (ст. 409 ГК РФ): погашение требований кредиторов путем заключения соглашения об отступном допускается в случае согласования данного соглашения с собранием кредиторов (комитетом кредиторов). Представляется, что это неслучайно, так как при соглашении об отступном не возникает нового обязательства должника, а должнику предоставляется право на замену первоначального предмета исполнения. Именно с момента предоставления должником предмета отступного первоначальное обязательство следует считать прекращенным, что укладывается в представление о соглашении об отступном, построенном по модели факультативного обязательства <15>. При отступном стороны остаются в рамках существующего обязательственного правоотношения, меняется только его содержание. В этом аспекте подчеркнем необходимость и значимость разграничения института отступного и новации, в том числе для целей банкротства <16>. Безусловно, Закон о банкротстве содержит дополнительный запрет на новацию обязательств, помимо п. 2 ст. 414 ГК РФ, определяемый приоритетом норм Закона о банкротстве перед соответствующими нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 3 ст. 2, п. 3 ст. 65), что не вносит ясности в механизм правового регулирования имущественных отношений.

———————————

<15> См.: п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 102 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 409 ГК РФ» // Вестник ВАС РФ. 2006. N 4; Бациев В.В. Обязательство, осложненное условием об отступном (замене исполнения). М.: Статут, 2003. С. 14, 100.

<16> См.: Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 8 декабря 2006 г. N 17АП-1996/2006-ГК.

Далее Закон о банкротстве упоминает о новации как о возможном условии, включенном в текст мирового соглашения (применительно к целям заключения мирового соглашения — как о возможном способе прекращения обязательств). В соответствии с ч. 1 ст. 156 Закона о банкротстве с согласия отдельного конкурсного кредитора и (или) уполномоченного органа мировое соглашение может содержать положения о прекращении обязательств должника путем предоставления отступного, обмена требований на доли в уставном капитале должника, акции, конвертируемые в акции облигации или иные ценные бумаги, новации обязательства, прощения долга или иными предусмотренными федеральным законом способами, если такой способ прекращения обязательств не нарушает права иных кредиторов, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

В современной юридической литературе возможность прекращения обязательств новацией в форме мирового соглашения между кредитором и должником не отрицается <17>. Как указывает А.М. Синякина, «в ряде случаев мировое соглашение представляет собой новацию обязательства, существовавшего до обращения в суд» <18>. Складывающаяся правоприменительная практика по делам о банкротстве также свидетельствует о частом применении в мировом соглашении такого способа прекращения обязательств, как новация <19>. Мировое соглашение может быть заключено на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве (ч. 1 ст. 150 Закона о банкротстве), поэтому возможность заключения соглашения о новации в особой процессуальной форме мирового соглашения между должником и конкурсными кредиторами сохраняется на всех стадиях процедуры банкротства. В отличие от запрета новации обязательств на стадии конкурсного производства возможность новации в форме мирового соглашения объясняется тем, что последствием заключения мирового соглашения при условии его утверждения судом является прекращение производства по делу о банкротстве (ч. 1 ст. 159 Закона о банкротстве). Поэтому возникающее при новации новое обязательство должника перед кредиторами напрямую не связано с истечением процессуальных сроков, ограничивающих процедуру банкротства. Однако следует обратить внимание на вопросы, связанные с особенностью новации в форме мирового соглашения (процессуальная форма такого соглашения, дополнительные ограничения по сфере применения данного института, субъектный состав новации, судьба первоначального обязательства при расторжении соглашения о новации в форме мирового соглашения и при отмене определения суда о его утверждении), а также влияние такого соглашения на динамику правоотношений между кредитором и должником.

———————————

<17> См.: Яцева Е. Общие условия действительности мирового соглашения по делу о банкротстве должника // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 10. С. 27.

<18> Синякина А.М. Мировое соглашение в делах о несостоятельности (банкротстве) // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 5. С. 26.

<19> См.: Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 14 марта 2007 г. N Ф08-408/2007.

Нормы ч. 1 ст. 156 Закона о банкротстве позволяют говорить о возможности включения в мировое соглашение условий о прекращении обязательств новацией как в отношении отдельного конкурсного кредитора, если такой способ прекращения обязательств не нарушает права иных конкурсных кредиторов, так и в отношении всех кредиторов, включенных в реестр. В литературе встречается мнение о том, что мировое соглашение является по своей юридической природе новацией в смысле п. 1 ст. 414 ГК РФ. Так, Е.Ю. Пустовалова отмечает, что «с точки зрения гражданско-правовых последствий, динамики гражданско-правовых обязательств мировое соглашение представляет собой такой способ их прекращения, который допускается законом и по своей правовой природе близок к новации» <20>. Сама автор расценивает мировое соглашение как самостоятельный способ прекращения обязательств, предусмотренный законом (п. 1 ст. 407 ГК РФ), так как в мировом соглашении применительно к каждому кредитору достаточно сложно оценить тот или иной способ прекращения обязательств должника. «Закон о банкротстве четко определяет, что с момента утверждения арбитражным судом мирового соглашения исполнение требований кредиторов должно производиться на условиях мирового соглашения. Поэтому необходимо признать за мировым соглашением силу способа прекращения обязательств должника в целом перед всеми конкурсными кредиторами, независимо от того, какие способы прекращения их требований «внутри» мирового соглашения предусмотрены для отдельных кредиторов (выделено мной. — Е.А.). Таким образом, отличительной чертой мирового соглашения как способа прекращения обязательств является то, что первоначальные обязательства между должником и кредиторами прекращаются заменой новыми в соответствии с условиями мирового соглашения с момента утверждения мирового соглашения арбитражным судом, что, в свою очередь, является отличительным признаком такого способа прекращения обязательств, как новация (выделено мной. — Е.А.)» <21>. При этом автор допускает, что в отношении отдельных кредиторов условия мирового соглашения нельзя расценивать как новацию, например, если не изменяется способ прекращения первоначального обязательства, да и само мировое соглашение трудно квалифицировать как соглашение о новации при явном отсутствии признаков новации, предусмотренных ст. 414 ГК РФ.

———————————

<20> Пустовалова Е.Ю. Указ. соч. С. 256.

<21> Там же. С. 258.

Безусловно, «суть мирового соглашения заключается в том, что в нем заново определяются отношения между должником и конкурсными кредиторами, изменяются ранее существовавшие отношения между ними» <22>. Как отмечал Г.Ф. Шершеневич, взгляд на мировое соглашение как на новацию был распространен в дореволюционном праве, равно как и современная правоприменительная практика склонна расценивать мировое соглашение как новацию обязательства, квалифицируя такую сделку по правилам ст. 414 ГК РФ <23>.

———————————

<22> Попондопуло В.Ф. Конкурсное право: правовое регулирование несостоятельности (банкротства): Учеб. пособие. М.: Юристъ, 2001. С. 252.

<23> См.: Шершеневич Г.Ф. Конкурсный процесс. М., 2000. С. 439, 454, 459 — 460; Постановление Президиума ВАС РФ от 13 июня 2000 г. N 6442/97.

Однако мировое соглашение не является новацией в том понимании, которое заложено в ст. 414 ГК РФ, ввиду отсутствия типичных гражданско-правовых признаков новации (субъектный состав, совершение новации по воле всех сторон новационного соглашения, обязательное изменение предмета или способа исполнения). Такое представление о мировом соглашении методологически является неверным: с одной стороны, мы имеем дело с процедурой банкротства, процессуальным актом, имеющим сделочный характер, с другой стороны, с самостоятельным способом прекращения обязательств, поименованным в Гражданском кодексе Российской Федерации. Безусловно, в качестве новации могут быть квалифицированы отдельные условия мирового соглашения или все его условия в случае их установления в отношении всех конкурсных кредиторов. Однако указанное не говорит о мировом соглашении как соглашении о новации в целом. Изменение предмета или способа исполнения возможно в отношении только отдельных кредиторов — юридически распространить квалифицирующие признаки новации на иных участников мирового соглашения невозможно. При этом Закон о банкротстве использует понятие «исполнение условий мирового соглашения», рассматривая его скорее как самостоятельный способ прекращения обязательств, нежели как новацию в контексте ст. 414 ГК РФ.

Особенности новации в форме мирового соглашения в данном аспекте во многом определяются не столько специфической процессуальной формой, в которую облекаются условия новационного соглашения, сколько особенностями самого мирового соглашения, заключаемого в процедуре несостоятельности (банкротства) в сравнении с мировым соглашением в рамках искового производства. В настоящее время указанные особенности, влияющие на процессуальное и на материальные правоотношения, в полном объеме раскрыты в специальной литературе и определяют двойственную природу мирового соглашения в рамках процедуры несостоятельности (банкротства) <24>.

———————————

<24> См.: Арбитражный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. 2-е изд., перераб. и доп. / Под ред. В.В. Яркова. М.: Волтерс Клувер, 2005. С. 442 — 445; Практика применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации: более 350 актуальных вопросов: Практическое пособие / Под ред. В.В. Яркова, С.Л. Дегтярева. М.: Юрайт-Издат, 2005; Рожкова М.А. Применение в коммерческом обороте мировой сделки // Подготовлен СПС «КонсультантПлюс». Синякина А.М. Указ. соч. С. 25 — 27.

(Окончание см. «Арбитражный и гражданский процесс»,

2010, N 6)